Чтение онлайн

Несчастная школьница сидела на коленях у самого бортика и пыталась выловить из воды маленькую сумку. Девчонка опустила голову, и чёрные волосы полностью скрыли лицо. Хоть у меня глаз-алмаз, и я очень хорошо вижу детали даже на очень дальнем расстоянии – большая боль для владельцев тиров с игрушками – тут оказался бессилен. Рядом уже лежали промокший рюкзак и пара испорченных тетрадей. Конспектам хана, и, если физику у неё вёл мистер Френсис, бедняжке придётся писать их заново. Я прекрасно помнил, как за одну ночь писал всё, что задолжал за неделю, после чего рука болела целый день.

Раздалось хлюпанье, и девушка положила сумочку рядом с промокшим рюкзаком, а затем потянулась к очередной книжке, плавающей в воде.

Я с интересом наблюдал, как она пытается дотянуться до неё, при этом усиленно хватаясь за бортик и упираясь коленями в скользкий пол. Её роста явно не хватало, а книжка успела отплыть далеко, так что в момент девушка не удержалась и плюхнулась в воду с феерическим громким всплеском.

Не сдержавшись, я усмехнулся. Мне стало жаль бедняжку, с которой так подло обошлись, но упала она смешно. Хорошо хоть была в штанах, а не в юбке.

Ещё какое-то время я наблюдал за тем, как забавно она барахтается, пытается зацепиться за книжку. И только потом до меня дошло, что упала девчонка слишком далеко, и, судя по взмахам руками, плавать не умела, а в панике только делала себе хуже.

Выпрямившись, я огляделся и понял, что мы одни. Недолго думая, вскочил со стула, положил книгу и бросился к лестнице.

Прикинув, как вытащить утопленницу из воды, я сел на бортик и осторожно опустился в воду, чувствуя, как неприятно намокает и липнет к телу рубашка. Хорошо хоть рукава короткие, плыть легче. Вода оказалась холоднее, чем я думал.

Наконец мой навык плавания пригодился. Я легко оттолкнулся от стены бассейна и за пару движений оказался рядом с барахтающейся неудачницей. Пришлось дважды нырнуть, чтобы не получить удар по голове, затем я крепко схватил её за шиворот и дёрнул на себя. Она поддалась легко. Стоило ей оказаться вплотную ко мне, я обхватил её за талию и приподнял, чтобы дать возможность вдохнуть.

– Не дёргайся. А то и меня за собой утянешь.

Девчушка замерла, и я медленно поплыл обратно. Уцепившись за бортик, помог ей взобраться на него и неуклюже вылезти из воды. Она обессиленно повалилась на пол, пытаясь отдышаться.

Покачав головой, я огляделся. Рядом плавали две книги и парочка расплывшихся в стороны цветных карандашей. Понадобилось не так много времени, чтобы собрать всё это и положить на мокрый рюкзак. После я выбрался из воды, стуча зубами от холода.

– Эй, ты как? – я уселся напротив продолжающей откашливаться школьницы, при этом даже не запыхавшись. Широким движением вытер лицо от капель и поморгал. Хорошо, когда вода не капает с волос и ресниц. В этом тоже есть плюс.

Мокрые волосы облепили её лицо и шею, по щекам растеклись подводка и тональный крем, и это заставило меня поморщиться.

– Ты в этом возрасте плавать не научилась? – Так и не дождавшись ответа, я опёрся ладонями о скользкий пол. – А вдруг в будущем пригодится?

Девушка мельком глянула на меня и потянулась к рюкзаку, из которого продолжала литься вода. Молча запихала в него учебники, сумочку и карандаши. Но, когда дело дошло до испорченных тетрадей, не выдержала, уронила их обратно на мокрый пол и закрыла лицо ладонями.

До меня донеслись тихие всхлипывания.

– Эй, ты чего? – Мне не доводилось успокаивать девушек, да и вообще кого-либо. Ни разу не видел, чтобы сестра моя плакала или вообще грустила. Поэтому я понятия не имел, как это делается, и просто сел рядом. – Это всего лишь конспекты.

Плечи девушки продолжали сотрясаться в рыданиях, и я неуверенно обхватил её и потянул на себя. Что-то подобное я читал в одной из книг по психологии о том, как успокоить человека, а потому надеялся, что всё делаю правильно. Не умею я ладить с людьми, понимать их, читать эмоции и общаться, как полагается. Эта ситуация для меня стала крайне затруднительной.

Продолжая неловко держать плачущую девушку, я поглядел на промокшие тетради. Одна из них раскрылась, и я заметил внутри ноты, знатно поплывшие от воды.

Я тяжело вздохнул. С другой стороны, я никуда не спешил, поэтому мог просидеть здесь, успокаивая её, хоть до начала завтрашних уроков. Дома вряд ли заметят моё отсутствие. Главное, написать сестре, спросить, у кого она ночует сегодня. Хотя перспектива провести время в сыр ом и холодном помещении в насквозь промокшей одежде не слишком заманчивая. Немного поразмыслив, я сделал вывод, что пора действовать.

– Окей, – начал я с энтузиазмом, не разделяя настроения новой знакомой, и отстранил её от себя. Затем разочарованно поглядел на расплывшееся чёрно-бежевое пятно на белой ткани рубашки. – О, нет, она же совсем новая. Это уже не отстирать.

Услышав эти слова, девушка подала признаки жизни. Только теперь отшатнулась, вырвавшись из моих рук и едва снова не упав в бассейн, и поглядела на меня со страхом.

– Пра-асти, я не хотела, пра-авда… – пролепетала она, в ужасе глядя перед собой.

– Я же пошутил, чего ты так завелась? Это всего лишь вещь.

Девушка посмотрела недоверчиво.

– Слушай, я только что вытащил тебя из воды, а значит, не буду после этого делать с тобой ничего плохого. Бить там или снова толкать в воду. Я не получаю от такого кайф.

Я встал и, поняв, что девчушка не особо активная, поднял с пола её рюкзак и принялся небрежно закидывать в него оставшиеся вещи. Закончив и застегнув молнию, протянул его ей и практически насильно заставил надеть.

– Подожди, не уходи, я свои вещи заберу, – сказал я, опасаясь, что, как только исчезну из поля зрения, она сразу бросится бежать.

Но, когда вернулся, наспех закинув в рюкзак наушники и книгу, обнаружил её, стоящую на прежнем месте.

– Ну же! – воскликнул я, улыбнувшись, и подтолкнул девушку в сторону выхода. – Не стой столбом. Если нас с тобой поймают, заставят оставаться после уроков. А у меня и так проблем хватает.

Когда мы выходили из школы, я накинул на девушку свой пиджак. Хоть и середина осени, но уже достаточно прохладно. Я опасался, как бы она не простудилась на ветру. Потому что на ней всего лишь промокшая насквозь тонкая чёрная рубашка. Я, конечно, тоже остался в одной рубашке, и рукава на ней короткие, но всё же она – девушка. С моей стороны это вежливость.

– Куда тебя отвести? – Я склонился над школьницей, стоило нам выйти за ворота. Она оказалась низкого роста, доставала макушкой мне лишь до груди. В ответ она очень удивлённо на меня посмотрела. – В смысле: где ты живёшь? Я тебя провожу.