Чтение онлайн

— Споры, говоришь? Тогда это ботаника, — заметил Матвей.

— Да по мне хоть ядерная физика. Только бы остановить ее. Если оно продолжит так есть, вырастет в отдельный плавучий материк.

До Казани мужчины добрались на полчаса раньше запланированного. Трасса была свободна, если не считать редких машин, водители которых тоже не особо стремились соблюдать скоростной режим. Матвей сменил за рулем Эмиля после недолгой остановки у очередного придорожного кафе.

Ведущий новостей рассказывал о необычных вандалах, непонятным образом обваливших два десятка столбов линий электропередачи.

Эмиль прибавил громкость телевизора.

«Столбы свалены вдоль трассы М-7, на ее отрезку между Набережными Челнами и Уфой. Без электричества остались шесть сел. По счастливой случайности обошлось без жертв. Все произошло в утреннее время, время минимально свободное от движения. Специалисты приступили к восстановлению подачи. Опергруппа уже начали расследование происшедшего.

Вандалов ищут в близлежащих населенных пунктах. Кирилл Петров. Илья Дорончук. Татарстан. Специально для Первого канала».

— Это оно. Виктор ориентируется по трассе. Оно движется под землей, оставляя после себя большие пустоты в земле. — Эмиль откорректировал маршрут по навигатору. — Тысяча двести километров за десять часов — потрясающая скорость.

— Если он действительно идет вдоль трассы, мы встретимся уже в ближайшее время. — Матвей нещадно жал на педаль газа. — Еще мне интересно, как оно перебирается через реки? Пробирается под дном?

— Если это так, то на поверхности льда это тоже будет видно, — ответил Эмиль.

Внедорожник покрывал километр за километром. Мужчины заметно нервничали. В салоне висела завеса табачного дыма. Они не только не знали, где встретятся с тварью, но и как одолеть её.

Эмиль открыл новое сообщение о пожаре на нефтекачалке в Альметьевском районе. Профессор взглянул на карту. Сто двадцать километров от сгоревшей автозаправки.

— Замедлили ход, — проговорил Эмиль, после быстрых расчетов.

— Думаешь готовиться к более серьезной охоте? — спросил Матвей.

— Думаю, готовится к спячке.

Было еще достаточно темно, хотя часы показывали уже половину седьмого утра. Матвей остановил машину у магазина. Кока-кола, которую писатель пил последние два часа дала о себе знать. Мужчина устремился в туалет.

Улыбнувшись, Эмиль вытащил ключ. Он застегнул молнию куртку и вышел на улицу. Он поставил машину на сигнализацию и отошел от нее, рассматривая меню кафе, вывешенное на огромном баннере. Холодный ветер приятно обдул отрытую шею и лицо.

Достав трубку, профессор закурил. Он осмотрел выцветшую вывеску над входом в кафе и усмехнулся над смешным названием («Вдали от жен»). Его взгляд держался на замерзшем заправщике, пытавшемся согреется у обогревателя в тесной будке. На колоннах, с выгоревшими на солнце табличками, с указаниями марок бензина и их стоимостью.

На миг он представил, что все окружающее охвачено красно-зеленым пламенем. Клубы дыма, в разрез с законами физики не поднимались вверх, а стелились по земле. Дым расползался по асфальту, окрашивая его в цвет сажи.

Эмиль закрыл глаза. Назойливое видение отступило. Мужчина выдохнул, выпустив изо рта струю пара. Ему расхотелось курить, и он вытряхнул табак.

Профессор вздрогнул — фары его машины загорелись. Эмиль стоял спиной к машине и не решался оглянуться. Он нащупал в кармане брелок сигнализации. Он несколько раз нажал на кнопку блокировки дверей. Фары продолжали гореть, на этот раз ярче — включился дальний свет.

Заработали дворники. Проскрипев резиной по стеклу, они смолкли.

Эмиль взглянул на Матвея, расплачивавшегося за кока-колу и пиццу. Профессор начал медленно разворачиваться. Один за другим начали открываться и закрываться окна. Верх — вниз, верх — вниз…

Запела магнитола, предварительно выбрав одну из радиостанций. Послышались первые аккорды песни «Апрель» Виктора Цоя.

Профессор сглотнул. Он нащупал рукоять пистолета и снял его с предохранителя. Он еще раз взглянул на Матвея. Писатель стоял у кассы и шарил в карманах, видимо в поисках мелочи.

Вновь заработали стеклоочистители. Краем глаза Эмиль заметил, что работает аварийная сигнализация. Красные блики от мигания поворотников отражались от снега.

Профессор всмотрелся в темноту салона и чуть не вскрикнул.

За рулем сидела Лиза. Ее лицо было обезображено шрамами и ожогами. Пальцы, лежавшие на руле, были обмотаны узкими полосками тряпок. Такими же полосками была обвязана голова. От нее стекала зеленовато-прозрачная слизь. Бесцельный пустой взгляд девушки был устремлен вперед.

Эмиль сделал шаг. Она взглянула на него бесцветными (разварившимися?) глазами и улыбнулась. На панели копошились белесые насекомые, наполняя воздух легким жужжанием. Профессор взглянул на надгробия черных зубов. Губы девушки двигались, выговаривая неслышные слова. Затем они сомкнулись. Лиза вновь устремила взор вперед.

— Эмиль, с тобой все нормально? — Матвей положил руку на плечо профессора, стоявшего перед машиной в жутком ступоре.

Эмиль открыл глаза. Фары машины были выключены. Водительское сидение пустым, а панель была чистой.

— Ты в порядке? — Матвей взглянул в глаза профессору. — Ты что-то выкурил?

— Нет, нечего не курил. Галлюцинации. Или призрак, — ответил профессор. Эмиль часто дышал. Подойдя к машине, он заглянул внутрь. Убедившись в том, что ему все привиделось, он достал платок и вытер вспотевшее лицо.

— Пойдем, выпьем по чашке кофе, — Матвей взял Эмиля за локоть и повел в кафе.

— Все было весьма реалистично, — Эмиль покачал головой.

— Когда я заразился, мне приснился кошмар. Снились насекомые, такие же, как ты описываешь и старик-отшельник. Еще я видел их в зеркале, — Матвей говорил шепотом, чтобы обслуживавшая их официантка нечего не услышала их.

— В зеркале?

— Да. В больнице, когда пришел к отшельнику.