Шрамы нашей любви
Шрифт:
Сколько же тебе милый, пришлось пережить….
Так вот значит где, кроется начало, мрачного прошлого Олега! Вот почему он всегда был таким черствым, холодным и отталкивал от себя! С таким братом, с такой семьёй… Разве можно оставаться вообще адекватным, пережив такую трагедию?!!
— Зачем ты мне всё это говоришь? — роняю тихо, сдерживая рвавшуюся из нутрии ярость. — Хочешь, чтобы я тебя вот на этом месте и прикончила, — шиплю, ухватив стакан с водой на столе.
— Я понимаю твоё смятение…
— Смятение? — рычу, уже не сдерживая крик.
— Это была ошибка! Мимолётная злость, которая потянула за собой череду неудач! Думаешь, мне легко было жить, все эти годы, с пониманием, что я убил собственную мать и сестру, пусть и не от моего отца! Я любил их, но поступил так, как воспитывал отец! Ещё с самого детства, он научил меня драться и отстаивать свои права. Я был юным и глупым и сделал ошибку…
— Это твой брат, Селим! Как ты мог, даже мысль допустить, изуродовать ему лицо?! — кричу, и вижу как со стороны, к нам начали приближаться несколько человек из персонала ресторана.
— Я потерял контроль. Взбесился. Потому что любил Мику! Традиции нашего народа, воспитание — не позволяет нам делиться, своей женщиной.
— Прошу прощение, — вдруг вмешивается девушка администратор, и я окидываю её испепеляющим взглядом. Не вовремя.
— Заткнись! — бросаю ей. — И оставь нас!!! — после чего вновь поворачиваюсь к Селиму и продолжаю: — Тогда нужно было искать себе пару в своей стране! Тем более, Мика уже была с Олегом. Ваши обычаи позволяют отбирать любовь у своего брата?! — сержусь я.
— Мика, очень хитро всё провернула! Воспользовалась нашей идентичной внешностью, хотя прекрасно понимала, кто есть кто на самом деле! Олег повёлся на её развод, а я тем более! Поверил в искренность любви, прочертив отметку различия между нами, на лице брата! Я не знаю, что на меня тогда нашло! Словно некая пелена, заслонила ум! Сам Шайтан вселился!
— Замолчи! — раздражённо бросаю я, устало опускаясь на стул, закрывая лицо ладонями, и начинаю плакать. Так обидно, за Олега, за его жизнь, что все остальные неприятности, между мной и ним, на фоне всего этого, становились не значительными для меня!
Сердце с болью сжималось, хотелось сорваться с места и побежать к Олегу, чтобы обнять, успокоить себя и его в том числе! Чтобы знал, что я рядом, сопереживаю и понимаю! Что я люблю его, не смотря ни на что! Что я хочу быть рядом с ним…
Так было глупо бежать, опять психовать! Не поговорить! Не выслушать!
— Помоги мне, вернуть брата, — вдруг врывается в шквал моих мыслей, голос Селима, и я, на мгновение, перестаю дышать.
Так вот значит, для чего, я была ему нужна! Хочет наладить отношение с Олегом, за счёт меня? Думает, это так легко можно простить? Его предательство!
— Ты совсем больной что ли! — не сдерживаюсь от крика, запуская в него стакан с водой.
Делаю, а потом думаю! Знаю!
Вспыльчивости, мне хоть отбавляй!
Ведь после такого моего поступка, в зале ресторана появилось несколько крупных парней, с намерениями, вывести бунтовщицу. Один из которых, грубо приказывает мне покинуть заведение, угрожающе нависнув надо мной.
Я ещё была немного в шоке от услышанного, и не совсем пришла в себя, поэтому не спешу исполнять просьбу здоровяка. Тогда он хватает меня за предплечье руки, с болью сдавив своими огромными пальцами.
— Миша не тронь!!! — слышу у себя за спиной, грубый, властный приказ и рука здоровяка мгновенно отпускает меня. — Ну, привет Анжел! — добавляет этот же голос, более мягко, и по моей спине, проходит холодок, от знакомого хриплого тембра. Имени…
Словно один щелчок, и меня переносит в прошлое, почти на три года назад, где…клуб Резникова, танцы и серый, холодный взгляд, который так часто следил за мной из темноты….
Глава 22.
Анжела.
Анжел — мой псевдоним, которым я пользовалась, когда танцевала в клубе Резникова. Почти три года назад, судьба была не благосклонна ко мне, поэтому пришлось пойти на крайние меры.
Я помню, что иногда, целыми днями ничего не ела, потому что, не было за что, купить еду. А всё началось из ранней смерти родителей, когда папа умер в мои десять, а мама привела в дом нового мужа.
Александр Сомов — стал моим, самым большим кошмаром в детские годы. В принципе, можно было сказать, что у меня и детства не было из-за него! Он постоянно меня изводил, постоянно кричал, бил и мучил. Причём, за каждую, малейшую провинность. Я хорошо запомнила, его ремень и угол, в котором стояла на коленях часами, к тому же на гречке или горохе. Горох был мягче, не так колол в голые коленки, но всё же, это было очень больно. А самое ужасное, что это продолжалось до моих шестнадцати лет, и было бы дальше, если бы однажды, он не пришёл домой пьяным, и не попытался изнасиловать меня.
Мамы тогда уже не было в живых. А до этого, она вообще ничего не замечала. Синяки — значит так надо. Раны — заслужила! Ведь этот подонок, так всё умело прокручивал в свою сторону, что я стала для собственной матери, гадким, неуправляемым подростком. А за то, что Сомов со мной возился, беспрерывно благодарила его и просила прощение.
Первое время я рассказывала маме, как он относился ко мне, но она не верила. А потом, и вовсе начала кричать, за моё неблагодарное поведение.
Я терпела долго. Плакала в подушку и мечтала поскорей вырваться на свободу. И всё казалось сносным, до той трагедии, когда однажды, моей мамы не стало. Несчастный случай на заводе, где она работала крановщиком. Оступилась. Упала! Кровоизлияние мозга. Двухмесячная кома и… смерть!
Мои глаза не просыхали от слёз несколько дней. А Сомов, заливал всё алкоголем. И двух месяцев не прошло, как он посмел войти ко мне в комнату и попытался изнасиловать. С трудом отбилась, вырвалась, благодаря его пьяному состоянию. Целую ночь просидела под дверью гаража и плакала. А когда настал рассвет, мой отчим спокойненько ушёл на работу, делая вид, словно ничего не произошло.
Мне некуда было деваться. Ну, кроме брата, Рэма. Только к нему, было как-то стыдно идти, просится, рассказывать. Я решила просто закрыть на это глаза. Мало ли, вдруг перепил, перепутал, ошибся!
А когда это повторилось ещё раз, к тому же, более агрессивно и с применением силы, я убежала из дома. Правда, пришлось стукнуть Сомова по голове, чтобы отстал. После чего собрала рюкзак и умчалась к брату.
И с этого момента начались наши неприятности. Рэм, как раз был на удачном этапе своей жизни. В офисе работал, на повышение шёл. А когда меня увидел, и я рассказала ему обо всех своих бедах, он чуть не убил Сомова.
Нам пришлось бежать в другой город, бросить всё. Ведь Сомов имел на меня официальные права и пообещал вернуть обратно, а Рэма засадить за решётку.