Чтение онлайн

Йога Рамакришны также была направлена только на внутреннюю реализацию внутреннего Божественного – не меньше, но и не больше. Я думаю, что Рамакришна, говоря о справедливом требовании садхака, предъявляемом Божественному, ради которого он пожертвовал всем, имел в виду требование, которое носило внутренний, а не внешний характер и было обращено скорее к внутреннему, а не к воплощенному в физическом теле Божественному; да ведь и требовал садхак полного духовного единства – это было требование, исполненное самоотдачи, исходящее от любящего Бога и ищущего Божественное, в ответ на которое Божественное также отдавало себя любящему и устремлялось ему навстречу. И здесь нечего возразить, ибо такое требование есть у всех ищущих Бога, но что касается конкретных способов осуществления этой божественной встречи, то, опираясь только на требования, мы не уйдем слишком далеко. Во всяком случае, моя цель заключается в реализации Божественного на физическом плане и я не согласен просто повторять опыт Рамакришны. Кроме того, насколько я помню, в течение довольно долгого времени он находился в уединении, погружаясь в себя, и далеко не всю свою жизнь провел с учениками. Вначале он обрел сиддхи в уединении, а когда из него вышел и стал принимать посетителей, то всего лишь за несколько лет его тело пришло в негодность. Думаю, он даже не противился этому, ибо, когда умирал Кешав Чандра, он высказал мнение, что духовные переживания должны разрушать тело. Но в то же время, когда его спросили, почему он заболел раком горла, Рамакришна ответил, что причиной этого являются грехи его учеников, которые он принял на себя и которые ему пришлось «проглотить». Я не могу быть удовлетворен, как он, только внутренним освобождением и я не могу согласиться ни с такими его идеями, ни с такими результатами, поскольку подобную встречу садхака с Божественным на физическом плане удачной не назовешь, пусть даже она озарит всю внутреннюю жизнь человека и полностью преобразит ее. Совершенно очевидно, что Кришна был проявлением Божественного и совершал великие деяния. Но я припоминаю отрывок из Махабхараты, где он жалуется на то, что его многочисленные последователи и почитатели делают его жизнь невыносимой, сетует на их постоянные требования и упреки, на несовершенства их непреобразованной витальной природы, которые он вынужден сносить. Да и в Гите он говорит об этом человеческом мире как о чем-то скорбном и преходящем и, вопреки своей доктрине божественного действия, кажется, почти соглашается с тем, что наилучшим решением было бы покинуть его. Традиции прошлого поистине велики, но на своем собственном месте, то есть в прошлом, и я не вижу оснований, почему мы должны лишь повторять их, а не идти дальше. В духовном развитии сознания на земле за великим прошлым неизменно должно следовать еще более великое будущее.

Есть определенные закономерности, существование которых вы все, по-видимому, полностью игнорируете, – а обусловлены они сложностью воплощения Божественного в физическом теле и божественной реализации на физическом плане. Для большинства из вас существует лишь одна простая альтернатива: либо Божественное должно низойти сразу во всем своем могуществе и трансформация произойдет мгновенно, без малейших трудностей, без соблюдения необходимых условий, без учета закономерностей или этапов этого процесса, иными словами, все совершится чудесным образом, как по мановению волшебной палочки, – или же это не Божественное. К тому же вы все (или почти все) настаиваете на том, чтобы Божественное, нисходя, приспосабливалось к человеческим меркам и ограничивало себя рамками человеческого сознания, и при этом сопротивляетесь любым попыткам сделать человеческую природу божественной. С другой стороны, если приходится иметь дело с чисто человеческими трудностями – испытывать мучительное напряжение в теле, вести порой безуспешную борьбу с враждебными силами, сталкиваться с препятствиями, задержками на пути, болезнями, – то поднимаются возгласы разочарования, удивления, недоверия, возможно даже возмущения, и некоторые начинают говорить: «Да где же оно, это ваше Божественное!» – как будто возможно, оставаясь в своем непреобразованном индивидуальном сознании и сохраняя зависимость от прежней витальной и физической природы, продолжать удовлетворять все ее требования и в то же время при любых условиях и в любых обстоятельствах быть свободным от напряжения, болезней и борьбы. Всякий раз, когда я пытаюсь обожествить человеческое сознание, низвести Супраментал, Сознание-Истину, Свет, Силу на физический план, чтобы трансформировать его и создать здесь условия, в которых Истина, Свет, Сила, Блаженство и Любовь смогли бы проявиться во всей своей полноте, мне отвечают либо неприятием, либо страхом, либо глухим сопротивлением – или же сомнением в том, что это вообще возможно. С одной стороны, все требуют, чтобы болезни и прочие человеческие трудности стали невозможны, а с другой – категорически отказываются выполнять то единственное условие, при котором они действительно могут исчезнуть. Я знаю, такова противоречивая натура человеческого витального ума – желать одновременно того, что взаимоисключает друг друга и полностью друг другу противоречит, и уже только поэтому темную человеческую природу необходимо трансформировать и заменить ее чем-то более светлым.

Да неужели Божественное настолько ужасно, отвратительно и отталкивающе, что одна мысль о том, что оно может низойти и проявиться физически, превратив человеческую природу в божественную, должна вызывать отвержение, неприятие, сопротивление и страх? Я могу понять, почему непреобразованный витал, цепляющийся за свои ничтожные радости и страдания, за краткую и невежественную драму жизни, стремится избежать встречи с тем, что изменит его. Но почему любящий Бога, ищущий Бога садхак должен бояться преображения своего сознания в сознание божественное? Почему он должен противиться тому, чтобы стать единым по природе с тем, Кого он ищет, почему он должен отказываться от возможности освобождения путем отождествления с Божественным (sad'sya-mukti)? За этим страхом обычно скрываются две причины: во-первых, витал чувствует, что ему придется перестать быть темным, грубым, эгоистичным, нечистым (духовно), полным неуемных желаний, мелких удовольствий и страданий, за которые он держится с поистине удивительным упорством (ведь тем самым он отказывается даже от Ананды, которая должна прийти им на смену); во-вторых, в уме подспудно присутствует невежественная идея, которая, по-моему, обязана своим появлением аскетической традиции и заключается в том, что божественная природа представляет собой что-то холодное, бесстрастное, безжизненное, суровое, отстраненное, лишенное всех этих волнующих переживаний, которые составляют восхитительное богатство эгоистической витальной жизни. Как будто не существует божественного витала и как будто этот божественный витал сам не обладает целым рядом восхитительных качеств, которые он, получив возможность проявиться во всей своей силе, непременно сделает достоянием земли и превратит жизнь на ней во что-то неизмеримо более возвышенное и прекрасное, исполненное красоты, любви, великолепия, не иссякающей радости, воодушевления, божественной страсти и восторга бытия, он принесет сюда способность к неизмеримо большему блаженству, несопоставимому с тем, на что ныне способна бессильная, страдающая, легко возбуждающаяся по пустякам и быстро утомляющаяся витальная природа этого столь несовершенного существа, называемого человеком.

Вы, конечно, можете возразить и сказать, что отвергаете вовсе не Божественное – напротив, вы принимаете его и стремитесь к нему (при условии, что оно не должно быть уж «слишком» божественным), – а не приемлете вы Супраментал, который вам представляется чем-то ужасно величественным, чуждым, непостижимым и недостижимым – некоей разновидностью неприступного и бесформенного Брахмана (Nirakar Brahman). Этот пугающий образ Супраментала был создан той частью вашего витального ума, которая хочет напугать саму себя и тем самым оправдать свою позицию. В основе этого более чем странного представления лежит, по-видимому, идея о том, что Супраментал это новое определение бескачественного и невыразимого Парабрахмана Веданты, беспредельного, величественного, бесстрастного, безучастного ко всему, бесконечно далекого, подавляющего своей необъятностью; конечно, Супраментал и Парабрахман не совсем одно и то же, хотя бы потому, что Супраментал может низойти в земную природу, но это мало что меняет с практической точки зрения! Странно, что, признавая свое полное неведение относительно того, что такое Супраментал, вы, будучи не в духе и заняв критическую позицию, не только не избегаете категоричных высказываний о его возможностях, но и решительно отвергаете мой опыт как не обладающий никакой практической ценностью или же обладающий ею лишь для меня одного! Я никогда ни на чем не настаивал и все мои упоминания о Супраментале были вызваны лишь вашими вопросами, я ведь не призываю вас прямо сейчас перестать быть обычным человеком и стать богоподобным, тем более супраментальным существом; но поскольку вы, подвергаясь атакам витала, постоянно возвращаетесь к этой теме и делаете ее источником – или, по крайней мере, главной причиной – своей депрессии, я вынужден столь резко и определенно отвечать. Супраментал не есть нечто подавляюще великое, неприступное, холодное и суровое; нечто, не допускающее возможности витального и физического проявления во всем его многообразии или же несовместимое с ним, – как раз наоборот, Супраментал несет в себе единственную возможность проявления всей полноты витальной силы и физической жизни на земле. Именно потому, что это так, – потому, что я увидел в нем эту возможность, и не по какой иной причине, я устремился к нему и не отступал до тех пор, пока не смог установить с ним устойчивую связь и низвести вниз хотя бы какую-то часть его силы и влияния. Меня интересует земля, а не потусторонние миры ради их благ; я стремлюсь к реализации Божественного на земном плане, а не к спасению на далеких вершинах. Все остальные учения йоги считают эту жизнь иллюзией или переходным этапом; только супраментальная йога рассматривает ее как нечто, созданное Божественным для своего постепенного проявления, и поэтому ставит своей целью полное раскрытие всех возможностей, заключенных в жизни и в теле. На самом деле, Супраментал это просто Сознание-Истина, и то, что он принесет в результате своего нисхождения, это полная истина жизни, полная истина сознания в Материи. Действительно, чтобы достичь его, необходимо подняться на высочайшие вершины, но чем выше мы восходим, тем большую силу мы можем принести вниз. Без сомнения, жизнь и тело должны избавиться от того состояния невежества, несовершенства и бессилия, в котором они пребывают сейчас; но почему изменение, которое раскроет всю полноту силы жизни и силы тела, должно рассматриваться как нечто чуждое, отталкивающее и нежелательное? Максимальное переживание Ананды, доступное витальному существу и телу в их нынешнем состоянии, представляет собой лишь кратковременное возбуждение витального ума, нервов или клеток, которое, по природе своей, ограниченно, несовершенно и скоротечно. Когда же произойдет супраментальное преображение, все клетки, нервы, витальные силы и ментальные энергии, воплощенные в теле, смогут наполниться тысячекратной Анандой, они станут способны к переживанию блаженства такой силы, которая превосходит всякое описание, и это состояние блаженства уже никогда не покинет вас. И как же это все чуждо, отталкивающе и нежелательно! Супраментальная любовь – это чувство глубочайшего единения души с душой, разума с разумом, жизни с жизнью, это всепоглощающее переживание единства на уровне телесного сознания, это ощущение присутствия Возлюбленного в каждой части и в каждой клетке тела. И все это тоже, по-вашему, нечто холодное, величественное и нежелательное? Когда произойдет супраментальная трансформация, то, на чем вы так настаиваете, станет возможным – свободное общение садхака с воплощенным Божественным на физическом плане, в котором не будет ни противоречий, ни нежелательных реакций и которое ничто не сможет ни нарушить, ни ограничить. Должно быть, это тоже нечто чуждое и нежелательное? Я мог бы еще долго продолжать в том же духе, но пока, думаю, достаточно.

Сверхразум – это сознание, основой которого является абсолютный покой, и какой бы интенсивной Божественной любовью Сверхразум ни обладал, она не только не нарушает этот покой, но делает его еще более глубоким. Опыт Чайтаньи не принадлежал плану Сверхразума, это было переживание Любви и Ананды, низошедших свыше на уровень витала, – в витале это вызывает чувство страстной любви к Божественному и переживание Ананды, доходящее до экзальтации, в результате чего и возможны подобные неуравновешенные эмоциональные реакции (vikaras). Чайтанья утверждал, что переживания Радхи являются вершиной духовного опыта и превозносил их над всеми остальными, обосновывая это тем, что план Ананды лежит выше зоны переживаний духовного разума: Ананда, согласно Упанишадам, – это высочайший план, на который способна подняться душа. Но с этим в целом логичным суждением нельзя полностью согласиться, поскольку для того чтобы достичь высочайшей Ананды, нужно преодолеть план Сверхразума, где как раз и происходит гармонизация и интеграция всех божественных Сил в единое целое (Силы Знания и т. д., в том числе Любви и Ананды). Каждый садхак провозглашает тот или иной аспект Божественного высочайшим, но именно единение всех его аспектов и должно стать подлинным фундаментом, лежащим в основе высшей реализации и высшего духовного опыта.

Нет необходимости следовать тем формам практики [Бхакти-йоги], которые использовались в далеком прошлом. Позвольте вашему психическому существу полностью проявить свойственную ему любовь и преданность, придайте этому чувству любую форму, которая естественно возникнет в процессе вашего духовного развития – именно такой способ практики Бхакти-йоги используется в нашей садхане.

Я отнюдь не единственный, кто сделал то, чего не делали ведические риши. Чайтанья и другие бхакты разработали методы единения с Божественным с помощью высочайшей любви и преданности, что совершенно отсутствует в Ведах. Можно привести и другие примеры. Почему прошлые достижения должны ограничивать наш духовный опыт?

Нет, не думаю, что новая раса может быть создана только в силу логической необходимости или что вообще возникновение той или иной расы подчиняется законам логики. С другой стороны, почему идея создания новой расы должна обязательно противоречить логике?… Что касается провидцев прошлого, то расхождение с ними меня не очень беспокоит. Если выходить за пределы духовного опыта мудрецов и провидцев прошлого считается предосудительным, то нужно признать, что каждый новый провидец или мудрец открывая новые грани духовного опыта, совершает тем самым тоже нечто предосудительное, – так было и с Буддой, и с Шанкарой, и с Чайтаньей, и со многими другими – все они совершили это «нечестивое» деяние. Иначе зачем бы им потребовалось развивать новые философские учения, основывать новые религии и школы йоги? Если бы они просто подтверждали истинность знаний и смиренно воспроизводили образ жизни и духовный опыт предшествующих пророков и мудрецов, не привнося в мир ничего нового, тогда почему их проповеди вызывали такой шум и переполох? Конечно, вы можете возразить, что они просто более правильно и доходчиво истолковывали старые истины, однако это означало бы, что никто до них не сумел растолковать или не понимал эти истины должным образом, и все опять сводится к «опровержению ошибочных взглядов» и т. д. Или же вы можете сказать, что все новоявленные учители (которые в свое время еще не носили такого звания и не были причислены к великим мудрецам прошлого, которых так почитает Х), такие, например, как Шанкара, Рамануджа, Мадхва, просто повторяли одни и те же священные истины, которые до них с тем же неутомимым упорством повторяли все предшествующие учители и пророки. Предположим, что все это так. Но почему же тогда эти истины повторялись таким образом, что каждый последующий пророк или учитель «опровергал» своих предшественников? Воистину, это поразительное благоговение перед прошлым и восхищает, и пугает. В конце концов, Божественное бесконечно и процесс развертывания Истины может быть столь же бесконечным или даже если это не совсем так, то, по крайней мере, в этом процессе всегда должна оставаться возможность для новых открытий, нового взгляда и, быть может, для новых достижений. Истину нельзя уподобить ореху, который когда-то расколол самый первый мудрец или пророк, извлек из него все содержимое и сделал его всеобщим достоянием, а что касается его последователей, то им оставалось лишь благоговейно раскалывать тот же самый орех снова и снова, с тревогой думая о том, как бы не «опровергнуть великих мудрецов и пророков прошлого».

Шри Кришна никогда не намеревался достичь физической трансформации, поэтому в его учении не следует искать ничего подобного.

Ни Будда, ни Шанкара, ни Рамакришна не думали о трансформации тела. Их целью было духовное освобождение и ничего больше. Кришна учил Арджуну действовать, оставаясь внутренне свободным, но он никогда не говорил ни о какой физической трансформации.

Не знаю, можно ли рассматривать это [восхождение Юдхиштхиры в царство небесное в Гималаях в своем смертном теле] как исторический факт. Сварга находится не где-то в Гималаях, это совсем другой мир, расположенный на другом плане сознания и созданный из другой субстанции. Поэтому, что бы ни подразумевалось под событиями, описанными в этой истории, они не имеют никакого отношения к земле и к проблеме физической трансформации.

Рамакришна никогда не думал о трансформации и никогда не пытался ее осуществить. Он полностью отдал себя служению Матери, и благодаря своей преданности и любви он получал от нее все необходимые знания и делал все, к чему она его побуждала. Обладая с самого начала пробужденным интуитивным и психическим сознанием, он просто все более и более углублял его по мере своего духовного развития. Он не испытывал потребности в трансформации, к которой стремимся мы; ибо несмотря на его слова о божественном человеке (Ишваракоти), способном как восходить, так и нисходить по лестнице планов сознания, он не имел никакого представления о новом сознании, новой расе и божественном проявлении в земной природе.

Какие бы изменения ни происходили с телами Чайтаньи или Рамалингама, какую бы физическую трансформацию они ни осуществляли, это не имеет никакого отношения к задаче супраментализации тела. Их новое тело было либо не-физическим, либо тонким физическим, не приспособленным для жизни на земле. Будь это не так, они бы до сих пор оставались в этом мире. Целью супраментализации является тело, способное выражать и воплощать физическое сознание на земле в условиях физической жизни. Это новый шаг в духовной эволюции на земле, а не переходный этап на пути в некий супрафизический мир. Супраментализация – наиболее трудная часть изменения человеческой природы, к которому подошла супраментальная йога, и весь вопрос в том, можно ли сейчас достичь такого изменения в сознании, которое было бы достаточным, чтобы этот шаг стал возможным; но не нужно забывать, что супраментальное изменение тела по самой своей природе совершенно отлично от того духовного преображения, которое является целью других направлений йоги. Поэтому от дискуссий на эту тему сейчас мало пользы – в первую очередь нужно в целом достаточно радикально супраментализировать ментальное, витальное и физическое сознание и лишь затем можно думать о супраментализации тела. Сначала должна осуществиться психическая и духовная трансформация и лишь после этого обсуждение проблем супраментализации всего существа вплоть до физического тела может иметь смысл или практическую пользу.

Когда мы говорим о божественной реализации, то имеем в виду реализацию духовную – реализацию высшего «Я», Бхагавана или Брахмана на духовно-ментальном плане или на плане Верховного Разума. Этой реализации (во всяком случае, на духовно-ментальных планах) достигли тысячи людей. Поэтому, конечно, сделать это намного легче, чем реализовать супраментальное сознание. Кроме того, никто не может реализовать супраментальное сознание, если он сначала не реализовал духовное… Верно и то, что никакая реализация не может быть достигнута по-настоящему и принести реальные плоды до тех пор, пока к ней не устремится все существо – пока в садхане не будут предприняты реальные и очень серьезные усилия, совершаемые в правильном духе… Действительно, я стремлюсь к Супраменталу не ради себя самого, а ради земли и тех душ, которые рождены на этой земле, и поэтому, разумеется, я не могу возражать против того, чтобы кто-то еще желал его достичь. Но существуют определенные условия. На этом пути человек должен прежде всего стремиться к исполнению божественной Воли, к искренней самоотдаче и духовной реализации (следуя по пути действий, бхакти, самопознания, самосовершенствования)…