Шри Чинмой. Жалобные слезы и парящие улыбки жизни
Шрифт:
Священник был смущен, но его вера в Мать Кали была непреклонна. Он очень осторожно снял прекрасное ожерелье Матери Кали и отнес домой жене. Она была в восторге. Затем он рассказал жене об условии Матери Кали. Теперь жена оказалась в серьезном затруднении. Она не хотела умереть через четыре дня.
Священник сказал:
— Ты хотела иметь это ожерелье, и я тебе его принес. Теперь тебе нужно решить, что делать. Я сыграл свою роль.
Глупая жена стала носить ожерелье Матери Кали. В душе священник обливался слезами: «Это богохульство! О моя Мать, о всевышняя Богиня, моя жена носит то, что по праву принадлежит Тебе». Но он утешал себя, говоря: «Все в порядке. Моя Мать разрешила. Что я могу сказать?»
На ночь, отходя ко сну, жена священника не надевала ожерелье. Она оставляла его возле самой кровати. Случилось так, что на вторую ночь в дом священника вздумал пробраться вор. Священник и его жена крепко спали. Вор увидел ожерелье и похитил его. Он не знал, что это было ожерелье Матери Кали.
По пути домой вор увидел, что дверь в храм Матери Кали была немного приоткрыта. Он удивился: «Что происходит? Почему дверь открыта?» Он вошел в храм и заметил, что за статуей Матери Кали кто-то прячется. Вор подкрался к статуе сзади и обнаружил прячущегося там другого вора. Первый вор начал бить второго вора. Он сказал:
— Ты что-то украл у Матери Кали, я в этом уверен. Раньше у Матери Кали было прекраснейшее ожерелье. Ты украл его!
— Нет! — сказал второй вор. — Я ничего не крал!
— Ты где-то его прячешь! — воскликнул первый вор и начал безжалостно бить беднягу, прятавшегося за статуей.
Пока воры дрались, наступил третий день. Никто не мог носить ожерелье Матери Кали больше трех дней. На четвертый день что-то должно было случиться.
Когда священник на следующее утро пришел в храм, воры все еще дрались. Он увидел их и не знал, что с ними делать. Мать Кали явилась перед ним и сказала:
— Иди домой!
— Мать, я еще не провел богослужение тебе. Как я могу идти домой? — удивился священник.
— Нет, нет. Иди, иди, иди! Приходи завтра, — сказала Мать Кали.
На следующий день священник пришел и увидел двух воров лежащими замертво. Он сказал:
— Я знаю, что за эти смерти ответственна моя жена. Мать Кали предостерегала меня, что кому-то придется умереть через три дня — и вот что произошло. Потворство жене — это моя ошибка.
Затем он пошел, лег между двумя ворами и стал умолять Мать Кали забрать также и его жизнь.
Мать Кали сказала:
— Поднимайся, поднимайся! Ты абсолютно не виноват. Эти двое были очень плохими. Поэтому они мертвы. Ты найдешь мое ожерелье в кармане одного из воров. Теперь ты можешь снова надеть его мне на шею. Оно сыграло свою роль.
Священник сделал так, как просила Мать Кали. Затем он убрал тела из храма и отправил их на кремацию. Наконец с тяжелым сердцем он пошел домой. Слезы катились из его глаз.
Жена увидела, в каком он состоянии, и воскликнула:
— Что сегодня произошло?
— Чтобы доставить тебе радость, я украл ожерелье Матери Кали, и теперь в результате этого умерли два человека, — сказал священник.
И он поведал всю историю. Жене стало очень стыдно. Она сказала:
— Я больше никогда так не сделаю. Я буду достойной тебя женой. Отныне я буду вести очень, очень простую жизнь. Я никогда не попрошу тебя покупать мне дорогие вещи. Я буду довольна тем, что ты мне приносишь. Я никогда не нарушу свое обещание. Я буду тебе самой верной и преданной женой.
И с тех пор она оставалась верной своему слову.
Искатели, монахини, учители — и привидения!
Эта история произошла десять тысяч лет назад, не меньше! Жила духовная искательница по имени Вивиан. Она была очень, очень искренней, и у нее был духовный Учитель высшего ранга. У этой искательницы была подруга-монахиня. Звали ее Линда. Эта подруга была очень предана Спасителю Христу. В религиозной общине, где жила Линда, жила другая монахиня, которая всегда говорила то, что противоречило мнению других. Ее имя было Гаил.
Вивиан регулярно посещала свою подругу Линду и всегда возвышенно говорила о своем духовном Учителе. Она рассказывала о своих вдохновляющих делах и о высоких внутренних переживаниях.
Бедная Линда не получала никаких переживаний от своей христианской веры. Она очень интенсивно молилась Иисусу Христу, но не была так счастлива в духовной жизни. Ей чего-то не хватало. Постепенно ее убеждения слабели, поскольку Вивиан убеждала ее оставить свой путь и присоединиться к пути Вивиан. И Линда серьезно намеривалась последовать ее совету.
Однажды Вивиан пришла навестить Линду и обнаружила, что все тридцать монахинь смеются и смеются. Они просто ревели от хохота. Линда была одной из них. Только одна монахиня не смеялась, и это была Гаил. Она намеренно не присоединялась ко всем остальным. Поэтому Вивиан спросила:
— Почему все вы смеетесь и смеетесь, и что случилось с Гаил? Почему она такая серьезная?
— С Гаил ничего не произошло. Просто она никогда нам не верит. Все мы придерживаемся одной точки зрения в отношении некоторых вещей, но она довольствуется другим мнением, — ответили они.
Все это время Гаил оставалась очень серьезной. Вивиан спросила Линду:
— Скажи, пожалуйста, не случилось ли чего-то, что огорчило Гаил?
Тогда Линда объяснила, что произошло. Из окон монахинь было видно кладбище. Там они каждый вечер наблюдали блуждающих привидений и пугались. Это происходило каждую ночь без исключений. Но Гаил никогда этому не верила. Она всегда говорила: «Нет, это не привидения». Остальные видели, что это привидения, но Гаил всегда посмеивалась над их мнением. Прошлой ночью Гаил сказала им:
— Докажите! Докажите, что это привидения.
— Мы их видим. Они шумят, они плачут и вскрикивают. Разве ты сама их не слышишь? — сказали ей остальные.
Но Гаил их не слышала. Она просто смеялась над остальными. Затем она сказала:
— Я могу доказать, что привидений не существует. Я иду туда! Дайте мне три гвоздя и молоток. Если привидения существуют, то я вобью в них гвозди и, вернувшись, принесу показать вам кровь. А если я не вернусь с кровью привидений, это будет доказательством, что их не существует.