Чтение онлайн

Командарм решил, что необходимо безотлагательно ехать в Новоборисов и узнать, что там происходит.

Лесом мы достигли поросшей кустарником поймы Березины. Чуть изогнутой дугой над рекой возвышался бетонный мост, который пересекало довольно широкое Минское шоссе. Здесь находилась команда саперов-подрывников, ее возглавлял капитан Воликов. Он доложил, что взрыв моста приказано оттягивать до последней возможности.

Без задержки мы перебрались на западный берег, где вскоре встретили полковника А. И. Лизюкова{24}. Он доложил, что является начальником штаба гарнизона Новоборисова, а начальник гарнизона (начальник танкотехнического училища корпусной комиссар И. 3. Сусайков) в настоящее время выехал на встречу с полковником Крейзером. Город обороняет сводное соединение, в которое включены вышедшие из окружения группы, их цементируют курсанты Борисовского танкотехнического училища. Всего в распоряжении командования находится до двух тысяч человек, в том числе 500 курсантов, имеются 10 танков, две батареи противотанковых орудий. Оборона города разделена на четыре участка во главе с опытными командирами полковниками Белым, Гришиным, подполковником Морозом и майором Кузьминым. Слабость обороны, по словам Александра Ильича,- в отсутствии зенитных средств. Город неоднократно бомбился с воздуха, но пока одиночными самолетами. Наземные бои шли на западной окраине, куда прорвалось несколько немецких танков.

– Если не будет массированного удара авиации,- заключил Лизюков,предмостное укрепление удержим до тех пор, пока не развернется дивизия Крейзера.

После этого мы отправились в Старый Борисов. Пока командарм занимался с Крейзером и Сусайковым, подполковник Модеев показал мне карту-схему с наметками плана действий мотострелковой дивизии. Ее полки развертывались на 50-километровом фронте, поскольку предстояло оборонять три переправы через Березину: борисовскую - в центре, зембинскую - на правом фланге и чернявскую на левом. Сплошной обороны, заверял Модеев, построить было невозможно, и с этим нельзя было не согласиться. Предполагалось основные усилия сосредоточить на прикрытии собственно борисовского направления. На этом участке командование дивизии намечало сосредоточить большую часть противотанковых средств, подчинив их командиру 175-го мотострелкового полка, силы которого составляли здесь ядро обороны. В распоряжении командира полка майора П. В. Новикова имелись два танковых батальона и артиллерийская группа из пяти противотанковых батарей. Один батальон полка Новикова, как уже знает читатель, оборонял чернявскую переправу. 6-й мотострелковый полк подполковника П. Г. Петрова с приданными танковым батальоном 12-го танкового полка и дивизионом 13-го артполка направлялся для обороны по восточному берегу Березины от совхоза "Веселово" до Борисова с основной задачей не допустить выхода врага к зембинской переправе. Промежутки между переправами прикрывались разведкой и охранением. Имелось в виду, что танковые батальоны в случае необходимости сманеврируют и прикроют эти менее угрожаемые участки.

Генерал Филатов утвердил предложенное командованием дивизии решение. После этого мы проехали до зембинской переправы и убедились, что подразделения 6-го мотострелкового полка толково совершенствуют ранее подготовленную курсантами Борисовского танкотехнического училища оборону. Затем полевыми дорогами объехали Борисов и двинулись в Березино.

Нам тогда казалось, что напор врага у зембинской переправы удастся локализовать, однако эта надежда оправдалась далеко не полностью. События тут после нашего отъезда развивались стремительно, но об этом несколько позже. А пока что мы ехали в Березино. По дороге завернули на армейский КП. Здесь А. В. Петрушевский доложил, что из штаба фронта поступила директива, наконец-то довольно реалистично рисующая обстановку. Мы с интересом ознакомились с ней. К сожалению, и она уже в значительной мере устарела. В директиве ставилась задача армиям фронта не допустить выхода противника к Днепру и до 7 июля удерживать рубеж реки Березина на линии Борисов, Бобруйск, Паричи. Конкретно нашей армии в составе 50, 64, 100, 108 и 161-й стрелковых дивизий, отрядов Борисовского гарнизона, 7-й противотанковой бригады, сводного отряда кавалерии, управлений 2-го и 44-го стрелковых корпусов, 31-го артполка РГК предписывалось в ночь на 3 июля отойти и упорно оборонять рубеж реки Березина на фронте Холхолица, Борисов, Бродец, имея 50-ю дивизию в резерве в районе Погодища и 7-ю противотанковую бригаду в районе Погоста. Выход частей в указанные места мы должны были осуществить с таким расчетом, чтобы до 2 июля удерживать промежуточный рубеж Холхолица, Смаков, Слободки, Черновец. Граница слева устанавливалась по Становичи, Червень, Быхов{25}.

Переночевав, мы рано утром 2 июля выехали в Березино, где вскоре разыскали КП 4-го воздушно-десантного корпуса. Филатову

представился командир десантников генерал-майор с кавалерийской выправкой и опаленным явно не здешним солнцем лицом А. С. Жидов{26}. Узнав, что имеет дело с командармом 13, он не очень уверенно доложил, что у него имеются сведения о подчинении корпуса 4-й армии.

– Когда они поступили?
– осведомился Филатов.

– 29 июня, утром, когда я прибыл в корпус, у нас побывал представитель штаба 4-й армии.

Петр Михайлович сообщил десантнику о смене командования фронта и о содержании своего разговора с новым командующим генералом А. И. Еременко, его приказе обеспечить силами 2-го стрелкового и 4-го воздушно-десантного корпусов оборону Березино и переправы в этом районе через реку.

– Слава богу,- совершенно не по-уставному отозвался на эту весть Алексей Семенович.- А то сидим, не получая информации, кроме той, что 214-ю бригаду полковника Левашова заставили нанести удар в сторону от полосы наших действий, по бобруйской группировке немцев, и в последующем воевать в тылу врага как партизанскому соединению.

– Это ошибочное решение,- не задумываясь, ответил командарм, и тут же осведомился: - Где 214-я в данный момент?

– Мы вынуждены были сразу же отправить ее на автомашинах в район местечка Старые Дороги для совместных действий с мехкорпусом генерала Никитина. Она уже в соприкосновении с противником, но связь с ней по радио поддерживается.

– Полностью отменить этот приказ,- сказал Филатов,- я не могу. Но вы немедленно радируйте комбригу, чтобы в случае, если окажется в окружении, пробивался к главным силам.

Позже стало известно, что совместного удара у бригады полковника А. Ф. Левашова с корпусом А. Г. Никитина не получилось - слишком измотаны и обескровлены предыдущими боями были никитинцы. Десантники же прорвались в тыл врага, нанесли ему урон, а затем, выполняя приказ, пробились к главным силам в полосе 21-й армии.

Из дальнейшего разговора с Алексеем Семеновичем Жидовым выяснилось, что он прибыл из Среднеазиатского военного округа, где командовал 21-й Туркестанской горнокавалерийской дивизией. Вся его более чем двадцатилетняя предшествующая служба прошла в кавалерии, поэтому о десантных войсках он знал лишь понаслышке и даже с парашютом никогда не прыгал.

– А с действиями пехоты в обороне вы знакомы?
– последовал вопрос Филатова.

– Конечно,- заверил комкор.

– Тогда все в порядке,- сказал Петр Михайлович,- прыгать с парашютом нам с вами в ближайшее время не придется, самолетов-то практически нет.
– А куда же мне тогда девать парашюты? Ведь я их принял несколько тысяч, и они стоят громадных денег,- озабоченно осведомился наш собеседник.

– Найдите возможность отправить их фронтовым интендантам, они на станции Чаусы, близ Могилева.

Эта заключительная часть разговора заметно приободрила Алексея Семеновича, и он четко доложил, что направление Березино, Могилев прикрывается 7-й воздушно-десантной бригадой полковника М. Ф. Тихонова, один батальон которой выдвинут на западный берег Березины и закрепился по обе стороны шоссе Минск Могилев. Тут же было решено подготовить мост через реку к взрыву, но не взрывать его до последней возможности.

– 8-й воздушно-десантной бригаде подполковника Онуфриева,- продолжал командир корпуса,- приказано закрепиться в устье реки Свислочь, удерживать там переправу и одноименный поселок, чтобы не допустить прорыва противника к Могилеву и с этого направления. К расположению бригады уже выходят отдельные группы вражеских танков.

Услышав это, Филатов тут же решил ехать в Свислочь, а командиру корпуса приказал принять самые решительные меры для обороны Березино.

Когда мы прибыли в Свислочь, то убедились, что десантники действовали уверенно. После быстрого броска они развернулись, взяв мост под перекрестный огонь пулеметов и 45-миллиметровых орудий, благо боеприпасов было в достатке.

Однако враг не дремал. Разведка донесла, что к переправе движется крупная танковая часть. Это был авангардный полк 3-й танковой дивизии группы Гудериана. Вскоре он при поддержке авиации начал массированную атаку. Мост взорвать не удалось, что-то все-таки не сработало у саперов, и гитлеровцы прорвались на восточный берег Березины. Разрешив подполковнику Онуфриеву отход на рубеж реки Клева, генерал Филатов внял наконец моим настойчивым доводам о том, что в создавшейся обстановке он рискует остаться без связи и потерять управление армией, и мы вернулись в Березино, куда враг еще не прорвался благодаря самоотверженным действиям воинов 161-й и 100-й дивизий.

Десантники удерживали переправу в Березино до 3 июля. Мост здесь взорвали, но гитлеровцы тем не менее прорвались на восточный берег, и дивизии И. Н. Руссиянова и А. И. Михайлова оказались в окружении. Основные силы 100-й разорвали кольцо 13 июля около Монастырщины, а генерал Руссиянов с остатками 355-го полка - 24 июля в районе Подмошье. В тот же день обе группы соединились.

3 июля мы вернулись в район Борисова, где узнали, что немецкий генерал Неринг истово стремился выполнить приказ Гудериана и овладеть заречной частью города. Когда первые попытки врага были сорваны, гитлеровцы вновь ввели в дело 8-й авиакорпус пикирующих бомбардировщиков. Началась адская бомбежка. Мощь бомбовых ударов стервятников Рихтгофена, которым противодействовал всего лишь один зенитный дивизион, нарастала. Это вынудило наши части начать отход с правого берега. Уловив выгодный момент, на борисовский мост на предельных скоростях выскочили фашистские танки. Они порвали гусеницами шнуры для дистанционного подрыва, уничтожили саперов-подрывников и оказались на левом берегу Березины, где были встречены огнем 175-го мотострелкового полка и батальона курсантов. Противник понес большие потери, но тем не менее сумел, потеснив 175-й полк, овладеть восточной частью Борисова и создать таким образом плацдарм на Березине.