Чтение онлайн

Заметка Проскурина:

Впечатляющие связи у господина Ульянова.

Донесение агентуры. Берн. Сентябрь 1914.

Ульянов (Ленин) провел совещание местной группы большевиков, на котором

выступил с докладом, критикующим европейских социал-демократов за

поддержку своих правительств в начавшейся войне.

Донесение агентуры. Берн. Сентябрь 1914 г.

Марксист Гельфанд (Парвус) призывает русских революционеров

способствовать поражению России в войне с Германией в интересах

европейской демократии. Прорабатываем его возможные связи с немецкой

разведкой.

Русская революционная газета «Социал-демократ». Швейцария. 1 ноября 1914 г.

Статья Ульянова (Ленина) «Война и российская социал-демократия».

Для российского рабочего класса наименьшим злом было бы поражение

царской монархии, самого реакционного и варварского правительства…

Превратить империалистическую войну в гражданскую.

Заметка Проскурина:

Гражданская война… что может быть хуже?

Команда аргентинских пограничников поднималась на наш пароход ‘Ре Викторио’. Несколько недель мы ждали этого события и вот так просто, обыденно на наш ковчег с уверенным видом идет военная команда представителей страны, где мы будем просить разрешение на право поселения, приспосабливаться к местным обычаям и нравам, удивляться новой, непривычной для нас жизни, учиться говорить на другом языке, мыслить по-иному, постоянно вспоминать о прошлом и сравнивать его с настоящим, конечно, не в пользу последнего. Сие я понял только потом. Опережаю события на сей раз.

Долговязый аргентинский офицер, увидев мои документы, сразу положил их себе в нагрудный карман и отставил меня в сторону, как подозрительный увесистый чемоданчик, в котором может быть упрятано полпуда контрабанды. Пропустив всех пассажиров, офицер повернулся ко мне, достал бумаги и пытливым взглядом искал что-то подозрительное на каждой странице.

– 

Большевик? Красная Армия? – спросил аргентинец.

Удивительная логика – у тебя на руках документы с имперским двуглавым орлом, а ты спрашиваешь про Красную Армию. Я в ответ покачал головой.

– 

Русо бланко? – спросил офицер, глядя на меня в упор.

– 

Да. Белая гвардия.

– 

Откуда знаете испанский? Вас специально готовили?

Он прав. Ожидать от русского иммигранта знание испанского весьма сомнительно. Отвечаю, как есть:

– 

Учил на пароходе.

– 

Так быстро выучили?

– 

Несколько быстрее, чем французский, немецкий и английский.

Офицер все испытывал меня стеклянным взглядом.

– 

Истомин Вэсэволод… – с трудом выговорил он мое имя. – Офицер Императорской армии? – он перешел на немецкий.

– 

Яволь, – отвечаю тоже по-немецки.

– 

Цель Вашего приезда в Аргентину?

– 

Иммиграция.

– 

Проиграли у себя войну? Плохо воевали?

Я промолчал. Он прав. Офицер постучал документами по ладони.

– 

Будем проверять! А пока посидите в камере.

Жаль. Выход был близко.

Сутки в камере, багаж конфискован. Утром беседа с тем же офицером.

– 

Можете быть свободны. Вот Ваши документы и разрешение на временное жительство. Устраивайтесь. Попробуйте обратиться в русское консульство. Думаю, Вам там помогут.

На первом попавшемся авто еду в консульство. Интересно, добралась ли сюда Советская власть. Если консульство Советское, то придется искать помощи в другом месте.

Но консульство оказалось еще Имперским. Консул Пташинков встретил меня по-деловому, с явным интересом к моей персоне.

– 

Ну давайте, милейший, Ваши документы. Оформим Вас на учет. Германский фронт, Добровольческая Армия, генерал Врангель… Собираетесь поселиться в Аргентине?

– 

По возможности.

– 

Тогда оставьте мне свои документы и послужной список. Переведем на испанский с консульским заверением. Вам сие поможет в трудоустройстве и получении права на постоянное поселение.

– 

Конечно. Благодарю.

– 

Есть где остановиться? Понимаю. К сожалению, при консульстве нет свободного жилья. Дам Вам рекомендацию в еврейское иммигрантское благотворительное общество. Там обустроят на первое время. Это в 5-ом квартале города.

– 

Господин Пташинков, – возмутился

я, – не лучше ли меня сразу отправить в Палестину?

– 

Не кипятитесь, милейший. Там многим помогают. Представитесь своим…

– 

Я уже Вам представился своим!

– 

Понимаю, но наши возможности крайне ограничены. Сами знаете, мы представляем тут государство, которое уже не существует. Финансирование отсутствует. Все держится по инерции и рухнет, как только Советы пришлют сюда своего консула.

Резонно. Но идти в предложенное общество все равно не хотелось.

– 

Есть ли здесь русская церковь?

– 

Есть. Там изволите искать приют? Ну что ж, вот Вам адрес – улица Бразиль, дом 315. В старой части города. Обратитесь к настоятелю отцу Константину. Он любит врангелевцев.

Я снова взял авто и отправился по указанному адресу. Хотелось по дороге посмотреть город, но почему-то не давала покоя последняя фраза Пташинкова – ‘он любит врангелевцев’. Как будто священник их любит, а сам консул нет. Ладно, разберусь позже.