Чтение онлайн

За американским шпионом Клигенсом, который начал было ползком выбираться из драки, устремились два внештатных сотрудника КГБ, которые давно следили за подозрительным американцем. Агент достал свой бесшумный пистолет. «Да здравствует господин Президент!» – хотел крикнуть Джек, но не успел. Кэгэбэшники начали профессионально избивать беднягу, стараясь отбить какие-нибудь жизненно важные органы.

– Обрати внимание, Мюллер, на этих двоих, – заметил Штирлиц, показывая на парней в штатском, лупцующих агента Клигенса. – Если они из милиции, то почему бы им не показать сначала свои документы, а потом уже начать бить его ногами? А ты говоришь, демократия.

– Какая тебе разница? – резонно ответил Мюллер.

– Господин Штирлиц! Господин Штирлиц! – по улице с криками бежали профессор Плейшнер и пастор Шлаг.

– Ну, что случилось? – остановился русский разведчик.

– Борман исчез из подвала! – выдохнул запыхавшийся профессор.

– Началось! – сказал Мюллер.

– Да, – задумчиво кивнул Штирлиц. – Видимо, тот, кто украл досье, начал шантажировать Бормана. Но что, черт возьми, Борман должен сделать?

– Наверняка, украсть бегемота! – всхлипнул пастор Шлаг.

– Нет, это должен сделать Бородатый.

– Да, но Борман может знать этого Бородатого и шантажировать его, чтобы Бородатый украл бегемота! – не унимался обеспокоенный пастор.

– Сегодня же приступаем к охране бегемота, – решил Штирлиц. – В зоопарке поймаем и Бородатого, и всех остальных уродов.

Вытащив из ресторана Айсмана, сотрудники ШРУ поехали в агентство. Штирлиц с Айсманом вооружились до зубов и отправились в зоопарк. А шеф гестапо решил взглянуть на свой любимый сейф.

Войдя в свой кабинет, Мюллер ахнул и чуть не умер от разрыва сердца. Сейф был опять вскрыт, досье разбросаны по всему кабинету. Светлана принесла шефу стакан воды и начала собирать пухлые папки.

– Нет, мне это надоело! – воскликнул Мюллер и начал снимать с дверцы сейфа отпечатки пальцев.

– Борман! – опешил он, сверив отпечатки с картотекой.

– Шеф, ничего не пропало, – сообщила Света.

– Странно, что же эта толстая скотина искала? – почесал в голове Мюллер.

Настал вечер и Москва наполнилась уличными огнями, простые московские обыватели водрузили на ноги тапочки и уселись перед телевизорами, только агентам Штирлица не спалось. Потому что они сидели в засаде. Вернее, сидели они в своем автомобиле, а автомобиль стоял в кустах около бассейна с бегемотом. Бегемот спал, время от времени чавкая во сне и пуская пузыри.

– Никак не могу понять, зачем этому африканскому принцу бегемот пастора Шлага, да еще за такие деньги? – шепотом поинтересовался Айсман.

– Ну, чего тебе непонятно? Вот тебе, например, Света нравится?

– Ну.

– Вот тебе и «ну»! А ему больше бегемоты по душе. Любит он их. Баб у него и так в гареме штук сто, а бегемотов не хватает.

– Так это же… этот, как его… зоофилизм, – осторожно заметил Айсман.

– Не знаю такого слова, – сказал Штирлиц. – Я же тебе говорю, любит он бегемотов, и все тут!

Айсман пожал плечами.

– Женщины лучше, – Айсман, похотливый, как июньский кролик, поерзал на сидении. – Секретарша Мюллера – очень красивая девушка. Я в нее уже дня два влюблен по самые уши. Теперь на Свету у меня одна реакция! Эрекция! – похвастался он.

Штирлиц глубокомысленно кивнул и отвернулся, то ли смахнуть набежавшую скупую мужскую слезу, то ли сплюнуть в открытое окно.

– Хватит болтать, – сказал он. – Вообще, неправильно, что мы сидим оба в машине. Предлагаю тебе спрятаться в кустах с той стороны бассейна. Будем следить с двух точек и переговариваться по радио.

– Отличная мысль, – одобрил Айсман и вылез из машины.

Через минуту запищала рация.

– Пока все тихо, шеф, – сообщил Айсман. – Штирлиц, мы с собой прихватили сортирную бумагу?

Штирлиц нервно разбирал и собирал свой «ТТ», пытаясь понять, куда надо вставлять патроны. Разговоры Айсмана о женщинах разбудили в нем воспоминания. Мысли о секретарше, с которой он проработал уже довольно-таки много времени, не оставляли его. Как он мог до сих пор не познакомиться с этой прекрасной девушкой поближе? Видимо, «вторая молодость» все-таки оставила в нем «комплекс пенсионера».

Штирлиц достал из кармана рацию, которая неожиданно для разведчика неприлично выругалась. Было ясно, что Айсман расслабился и забыл выключить свою рацию.

– Сам такой! – неприязненно ответил Штирлиц, выбрасывая рацию в окно. Он помнил, что именно на таких мелочах обычно и засыпаются супер-агенты.

Штирлиц взял радио-телефон и позвонил Наташе домой.

– Алло? Это вы, Штирлиц? – отозвалось в трубке.

– Я, – не стал обманывать Штирлиц.

– А это Наташа! – раздался в трубке довольный голос.

– Я, кажется, разбудил тебя? – спросил галантный Штирлиц, не зная, что в таких случаях говорят дальше.

– Нет. Я ждала вашего звонка.

– Это похвально. Я в общем-то хотел снова пригласить тебя в ресторан без этих придурков, но сегодня, к сожалению, я занят.

– Я знаю. Но не волнуйтесь, через минуту я буду возле вас.

– Да тебе сюда целый час ехать! – удивился Штирлиц.

– Успею. С вами говорит автоответчик. Повесьте трубку и посмотрите направо…

Штирлиц выключил трубку, повернулся и увидел Наташу.

– А вот и я. Я принесла вам горячий чай и булочку. Тяжело, наверно, всю ночь сидеть в засаде.

Наташа села в машину рядом с разведчиком. Они сказали одновременно:

– Наташа, я хотел сказать…

– Штирлиц, я хотела сказать…

Остальное договорили их влюбленные глаза.

Штирлиц привлек ее к себе, и они замерли в продолжительном поцелуе. Кто-то пробежал в темноте, ломая кустарник и опрокидывая урны. «Наверно, зайцы», – подумал Штирлиц. Они отдавались друг другу страстно и самозабвенно.

Все было хорошо, пока до них не донесся пронзительный крик Айсмана:

– Штирлиц! На меня напал Бородатый!

Разведчик насторожился. Теперь он понял, что выбрасывать рацию было непростительной ошибкой. Штирлиц вскочил и бросился спасать своего партнера.

Бегемота в бассейне не было. На глазах у Штирлица огромный и подозрительный рефрижератор скрылся за поворотом. Контуженный ломом Айсман даже не успел вступить с похитителями в перестрелку и теперь сидел на земле, потирая ушибленную голову.