Чтение онлайн

– Озвучишь это ещё раз, и я лично напишу рапорт о твоём переводе с передовой.

Капитан понял, что сказал лишнее. Эмоции и впрямь брали верх. Сколько раз убеждал себя отпустить ситуацию, но честь не позволяла.

– Значит так, – размеренно произнёс Денисов, доставая сигарету из пачки на столе.

Принимаемое решение давалось нелегко. Да, несправедливо. Да, нечестно, но, уходя на задание, Шторм знал, что вернуться без потерь не получится. Слова Терехова однозначно не были лишены смысла, но это не их дело! Выполнять приказы, не задавая лишних вопросов, а выживет ли тот, кому пророчили смерть, уже не имело значения. Сука! Их нарочно загнали в угол, чтобы нельзя было спасти мальчишку. Живой ублюдок или информация, стоящая сотен невинных жизней: выбор очевиден.

– Слушай мой приказ, товарищ капитан, – произнёс уверенно полковник, глядя на карту. – Когда Шторм выйдет на связь, предупреди его об изменившихся обстоятельствах. Скажи, пусть идут на юг, к селению Башлар. Пусть делают, что хотят, но приказ должен быть выполнен! На кону стоит слишком многое. Ты меня слышишь, Терехов?

– Так точно, товарищ полковник.

Денисов не сводил пристальных глаз с друга, словно сканируя его насквозь, пытаясь нащупать слабину. Или оправдание себе?..

– Они справятся.

– Справятся, – кивнул Терехов, – и половина из них там поляжет.

Встав, он направился к выходу из палатки. Оставшись один, полковник громко выдохнул. Собственный голос звучал увереннее, чем внутренний, шептавший, что допустил огромную ошибку, не отозвав ребят назад. Только отступать было поздно. Поздно и некуда. Ставки сделаны. Теперь нужно ждать и надеяться, что им повезёт.

Выпустив сизое облако, Денисов закрыл глаза и, поставив локти на стол, закрыл ладонью лицо. Будь проклята эта война и те, кто её начал!

Глава 1.11. Сдача

Как и было приказано, когда Александр и его группа приблизились к селению Юрал-Харби, рядовой Кочетов вышел на связь со штабом.

– Сокол, приём. Видимость полёта.

– Сань, это Терехов, – позвал Кочетов Шторма.

Александр отошёл от наблюдавшего за селением младшего сержанта Зубова и взял у Ивана рацию:

– Шторм.

– Видимость полёта! – потребовал голос капитана.

– Горная местность, – Александр выдержал паузу, посмотрев на Зубова. Тот отрицательно покачал головой. – Чистое небо. Повторяю: чистое небо.

В рации всё стихло, а спустя несколько секунд капитан Терехов ответил:

– Мы знаем.

– Что значит «мы знаем»?

Внимание бойцов мгновенно переключилось на Шторма. Новые позывные?

– Что там? – спросил Киреев, подойдя ближе.

– Что значит «мы знаем»? – повторил вопрос Александр. – Я похож на дурака, по-Вашему?

Он крепко сжал рацию в руке. Такой путь, и всё напрасно?

– По-моему, ты забываешься, – начал Терехов. – Ты даже не лейтенант, чтобы разговаривать со мной подобным тоном.

– Что там, Сань? – спросил обеспокоенно Чудов, подойдя к другу.

Шторм посмотрел на солдата, а потом обратился к Зубову:

– Отставить наблюдение: там никого нет.

– То есть как «нет»? – сразу же отреагировал Киреев. – Что происходит?

Но Александр и в этот раз оставил вопрос без ответа. Растерянность – не то чувство, которое должен испытывать командир, однако держать себя в руках становилось сложно. Они не готовились к такому, чёрт бы их подрал!

– Это новые позывные? Почему нас не предупредили?

– Отставить панику, Шторм.

– Панику? Вы говорите «панику»? Тут пока ещё никто не паникует! Я хочу знать, почему…

– Молчать, товарищ младший сержант! – выкрикнул наконец Терехов, прерывая поток растущих возмущений. – Шесть километров к югу. Башлар. Задача прежняя.

Шторм не мог поверить своим ушам:

– Шесть километров…

– Задача прежняя. Конец связи.

Александр хотел ещё что-то сказать, но не успел. Сука! Неприятно, когда тебя обрывают на полуслове. Так вот как себя всегда чувствовал капитан, когда терял связь с разведкой. Паршиво. Шторм отдал рацию Кочетову.

– Что там? – спросил его Вадим.

Спокойный, Александр молчал, уставившись в ближайшее дерево. Мысли хаотично носились в голове в поисках верного решения. Грёбаная ответственность, мать её!

– Ты оглох?

– В селении никого нет, – Шторм повернулся к товарищам. – Боевики ушли на юг.

Ребята один за другим начали переглядываться, словно желая убедиться, ослышались или всё же нет.

– И что теперь? – первым ожил Обухов. – Мы возвращаемся назад?

– Задача осталась прежней. Местоположение – Башлар. Ром, дай карту! – обратился Александр к рядовому Орлову. – Чёрт! Терехов не учёл одного: боевики явно не оставят дороги чистыми. Сейчас начало шестого… До наступления темноты у нас есть пять, если повезёт, шесть часов.

– Башлар… Отсюда до него несколько километров, – Вадимой квадрат вместе с Александром.

– Мы не успеем, – Чудов посмотрел на Шторма. – Как ты говоришь, дорога вряд ли будет чистой. Придётся двигаться медленно.

– Действовать ночью? – выдвинул предположение Орлов. – Иначе никак.

Все молчали.

– Ночью так ночью! – вдруг нарушил тишину Киреев. – Или ты испугался, товарищ младший сержант? – посмотрел он с вызовом на Александра. – Генерал Богданов сделал большую ошибку, когда назначил главным такого слюнтяя, как ты.

Фамилия офицера подлила масла в огонь. Мощный кулак Шторма свалил Вадима с ног. Сержант упал на землю. Прошло несколько секунд, пока он пришёл в себя и, встав на ноги, замахнулся для ответного удара. Однако товарищи не позволили продолжить назревавшую вот уже целую неделю драку.

– Разошлись на хрен! – выкрикнул Чудов.

Освободившись от хватки Козырева и Орлова, Александр расправил плечи:

– Всё нормально, Кирь. Это была твоя сдача, – обратился он к Вадиму и направился к стоявшему с картой в руке Кочетову.

Развернув её, Шторм посмотрел на изображённую местность. От селения Юрал-Харби до Башлар было, как и сказал Терехов, километров шесть, не меньше. Но помимо него на карте значились ещё четыре объекта, располагавшиеся примерно на таком же расстоянии от места, где находилась их группа.

Хоть капитан и сообщил, куда ушли боевики, что-то подсказывало: если сейчас пойдут на юг, ничего хорошего не выйдет. Один раз уже доверились – хватит. Александр изучал другие четыре селения и никак не мог выбрать: слишком серьёзное решение, чтобы принимать его в одиночку; слишком тяжёлые последствия в случае неудачи.