Чтение онлайн

С тех событий прошёл уже месяц. Брук увезла меня максимально далеко от того города, где мы с ней встретились, где я жила с Уолтером, где находился наш горячо любимый реабилитационный центр. Где жил Марк.

Я уговаривала её остаться со мной. Не представляла, как буду жить без неё, одна, в чужом городе. Видела, как тяжело ей было уехать, видела, как она переживала за меня. Я сама волновалась за неё не меньше. Но Брук отказалась. Пообещала, что будет звонить каждый день и чаще приезжать. И держала обещание.

Я устроилась секретарём в строительную фирму. Мой начальник — Джерри, вполне себе неплохой парень. Трудоголик и педант. Требует от сотрудников безукоризненно выполнять свою работу. У меня это получалось делать легко. Наверно, поэтому Джерри закрывал глаза на некоторые мои минусы, вроде ежедневных опозданий.

Я старалась не смотреть новости, ни по телевизору, ни в интернете. Боялась наткнуться на статью Элиота Пирса. Боялась, что не выдержу, не смогу снова это пережить. И тихо надеялась, что так далеко слухи обо мне не разлетятся и я, наконец, смогу жить нормально. Родителям позвонить так и не решилась.

Марка я больше не видела. Не говорила с ним. Хотела бы сказать, что не думала о нём, но…

После того, как разбила об стену в отеле свой телефон, номер я сменила. Дала его только Брук, запретив сообщать его кому-либо.

В череде серых будничных дней и ворохов работы, мне удавалось отвлечься от мыслей, которые разрушали меня изнутри с того самого дня, как Брук вставила флешку в разъём моего ноутбука. Засиживалась до поздна в офисе, брала на себя лишнюю работу, охотно помогала коллегам и изматывала собственный организм отсутствием нормального сна. Я не могла заснуть, не будучи уставшей, как лошадь после пахоты. «На износ». Это был мой девиз и лекарство от тоски и душевной боли.

Но в этом трудоголизме были и свои плюсы. Разумеется, большинство из коллег просто были рады спихнуть с себя заботы на другого, то есть на меня. Но среди лентяев и трутней попадались и адекватные ребята. Одним из таких людей была Соня.

— Лови, — крикнула мне девушка, появившись в дверях кабинета.

Я еле успела повернуться и поймать руками оранжевый шарик.

— Что это?

— Апельсин. Хотела подбодрить тебя с утра. А то ходишь какая-то хмурая.

Вспомнилось, как Марк кормил меня этими цитрусовыми после моей бурной ночи с текилой. Меня передернуло. В груди начинало жечь.

— Спасибо. Прости, я… не люблю апельсины.

— Я люблю, давай сюда, — послышался голос мимо проходившего коллеги. Соня тут же обернулась.

— Обойдешься. Я сама съем, — и добавила уже для меня. — Этот любит все, что бесплатно. Не удивлюсь, если это он ворует чайные пакетики и туалетную бумагу.

— Какой подлец!

Я театрально возмутилась, хихикнула, и Соня меня поддержала.

— Ты сегодня обедаешь здесь? — спросила она, отсмеявшись.

— Нет, хотела сходить на набережную.

— В такой холод?

— Да. Оденусь потеплее.

— Бррр, ну ты экстремал. И откуда у тебя такая любовь к океану.

Соню кто-то позвал, и она заторопилась к выходу, бросив мне приветливо:

— Заходи на чай, когда вернешься. Я купила пирожные. Без апельсинов.

Мы улыбнулись друг другу. Как же мне не хватает Брук…

— Зайду.

Время до обеда пролетело незаметно. Я ушла позже всех, стараясь тихо ступать по опустевшему офису.

Тёплый свитер согревал, а непродуваемая ткань плаща над"eжно защищала от ветра. Я села на скамейку на набережной, достала ланчбокс. Мне нравилось сидеть здесь в любую погоду. Сегодняшний ветер был не худшим её вариантом. Я смотрела на то, как волны бьются о каменную набережную, как вода свирепо ударяется об опоры пирса и разливается по его деревянному настилу. Ветер гнал барашки к берегу, взбивая пену, поднимал гребни, бросал их на холодный песок. Этот размеренный шум ласкал слух и остужал мысли и чувства. Я успокаивалась в эти моменты. И чем выше были волны, чем сильнее злился и бесновался океан, тем спокойнее становилась я сама.

Три недели назад мы сидели здесь с Брук. Первые дни она звонила мне чуть ли не каждый час. Думаю, она боялась, что я сорвусь. Приехала, скорее всего, тоже чтобы проверить.

— Как ты? — участливо спросила тогда подруга.

— Бывало и лучше. Но в целом… Я нашла работу, я говорила?

— Нет. Какую?

— Секретарь руководителя. Условия хорошие. Пока пару дней поработала, но, вроде, нормально. Расскажи о себе. Тебе ведь не легче.

Брук вздохнула.

— Пытаюсь уговорить Эшли снова подать в суд. Отказывается.

— Что они на это раз придумали?

— Натравили проверку, и она заключила, что жилые корпуса не пригодны для проживания и требуют капитального ремонта. Дали месяц на устранение проблем.

— Но?

— Спонсоров почти не осталось. Не тянут эти суммы. Да и не факт, что после этого от нас отцепятся. Это как снег убирать во время снегопада. Только сгр"eб всё в кучу, как новая порция осадков подходит и все усилия на смарку.

— Господи, Брук! Почему ты мне ничего не говорила?! Я бы приехала…

— Не надо тебе туда приезжать! — отрезала она. — Ничем хорошим это не закончится. Меня такой расклад не устраивает.

— Меня, знаешь ли, тоже не устраивает, что ты скрываешь от меня проблемы.

— Тебе мало своих?

— Хватает. Но бросать тебя и Эшли я не хочу.

— И что? Ты только нашла работу. Устраивай свою жизнь. А мы справимся. И ты нас не бросаешь, — она заговорила другим тоном. — Хочешь помочь? Я могу тебе предложить вариант помощи, которую можешь оказать только ты.

— Давай, конечно.

— Ты нужна нам, как специалист.

— Как…

— Да, как психолог. Денег, разумеется, нет. Ты сама это понимаешь…

— Дело не в деньгах, Брук… Я не уверена, что смогу… Что имею право…

— Имеешь. Ещё как имеешь. И побольше, чем другие. Ты на своей шкуре всё прошла, прочувствовала. Кому как не тебе этим заниматься.

— Но ты же сама только что сказала, что не хочешь, чтобы я приезжала туда…

— Все так. Приезжать не надо. Будешь работать онлайн. В этой глуши ведь есть интернет?

Я усмехнулась. Но больше от волнения.

— Есть.

— Вот и отлично. Завтра обрадую Эшли. Она тебе передавала привет.

— Она не знает? О нас…

— Кажется, нет. А может, делает вид. Это же Эшли. Она всегда даёт людям шанс.

Я улыбнулась. Эшли мне тоже не хватает. И родителей. И Марка… Черт!

Стоя у входа в зал регистрации, я крепко обняла Брук. Ненавижу прощаться. Она отстранилась от меня, убрала пальцами волосы с моего лица и заговорила шепотом:

— Рада, что ты держишься. Ты — молодец. Я боялась…