Чтение онлайн

Опытный командир боевой группы ясно сознавал: бежать некуда! Через силовую стену не прорваться, морем не уйти. Точнее можно, если вселиться в акулата, но Бона и Якану тогда не спасти. И все же Дэш всеми силами потянулся к «Дарам пардов», пытаясь пробудить аномальные способности. Со стороны его потуги оставались незаметными. Он не накачивал воздух в лёгкие и не кричал, как главарь Четырехпалых. Дэш будто окаменел, уйдя в себя, изо всех сил борясь с воздействием грамнистеров.

Главарь бандитов Карт кое-как справился с собой. Он тоже понял, что единственная возможность – уйти морем, причем отнюдь не в человеческом обличии, ведь акулатов всегда сопровождали главопасти. Эти мелкие, размером с кошку, зубастые амфибии-падальщики, внешне похожие на помесь крокодила с тараканом, обычно доедали останки зарезанных акулатами людей и животных. Главопасти, будто вышколенные слуги, крутились в воде возле пристани, ожидая, пока «господа» наедятся и покинут «пиршеский стол». Тогда-то придет и их очередь. Но если сбежавшая от акулатов добыча сама любезно пожалует им прямо в зубы, они ждать не станут. И от лакомства не откажутся. Набросятся, будто древние, ныне вымершие пираньи, отхватывая от бедолаги кусок за куском.

У Карта по-прежнему кружилась голова и двоилось в глазах, и все же он попытался сосредоточиться на вселении, обхватив голову руками и завопив что есть мочи, как обычно подбадривая себя криком.

– Включать второй режим? – спросил сержант Рух.

– Будь наготове, но не включай. Дадим Карту шанс внедриться в акулата, – откликнулся Вип. Он недоумевал, почему Дэш до сих пор бездействует, когда между подпольщиками и смертью оставалось всего две жертвы.

Один из акулатов оплел щупальцами ближайшего бандита Четырехпалых.

– Карт! – завизжал тот. – Да помоги же!

– Не могу, ты же видишь, – огрызнулся главарь. Он часто задышал, пытаясь активировать сверхспособности.

– Тогда убей меня. Пожалуйста! – взмолился бандит. Зубы чудовища вонзились ему в бедро, причиняя мучительную боль. Бедолагу перед смертью ожидал десяток невыносимо длинных и очень болезненных минут.

Карт нетерпеливо передернул плечами. Убить! Ну, вот еще! Пока монстры расправляются с его подельниками, у него самого появляется время на спасение. Перед лицом смерти каждый сам за себя.

Главарь бандитов рычал, исходя пеной на губах, пытаясь совладать с действием двух грамнистеров и «Убоища». Из глаз, носа и ушей сочилась кровь. Но запредельные усилия не прошли даром. В какой-то миг его тело стало терять четкость, распадаясь на облако темных частиц, но безжалостные звуковые волны помешали вселению, рывком вернув Карта назад в собственное тело.

Четырехпалого охватила паника. Он попробовал воспользоваться левитацией и взлететь, но поднялся всего на два метра.

Одно из чудовищ выстрелило щупальцем, оплетая ногу бандита, и резко дернуло его вниз. Карт грохнулся затылком о камни пристани, на мгновение теряя сознание. И тут же жуткие челюсти акулата сомкнулись на его руке, а остальные щупальца оплели тело главаря, не позволяя шевельнуться. Амфибии-людоеды ещё не наелись и не хотели терять добычу.

– Минус три! – Вип аж застонал от разочарования. Причем так горестно словно акулаты поедали заживо его самого. Карт был еще жив, но свой шанс он безвозвратно упустил. – Эксперимент провалился! Надо начинать все заново.

– Погоди! Смотри на Дэша, – воскликнул сержант, тыча свободной рукой в окно. Тело командира группы подпольщиков то становилось бесплотным, то вновь обретало форму. – Он борется. Он не сдался!

– Наш последний шанс, – Вип ещё больше подался вперёд, напряженно вглядываясь в командира «Безбашенной Пятерки». – Ну, давай же. Ну!

Дэш не стал тратить силы на то, чтобы освободиться из цепей, как главарь Четырехпалых. Способность вызывать сжигающее камень и металл ядовито-зеленое пламя, прозванное «кислотным огнем», у Дениса Эшворда была развита очень слабо. Он потратил бы уйму драгоценного времени, пытаясь активировать её. И Дэш сразу начал вселение, выбрав в качестве цели одного из акулатов.

Бон смотрел на командира, ясно понимая, что он затеял. Якана тоже не сводила с Дэша огромных голубых глаз, остро жалея, что сама она, как и остальные боевики «Безбашенной Пятерки», не владеют «Дарами пардов». Из них пятерых сахаем был только Дэш.

Поглощенный борьбой с воздействиями двух грамнистеров и «Убоища», Денис не видел лиц друзей. Он вообще сейчас почти ничего не видел – перед глазами стояла кровавая пелена, тело и голова разрывались от боли, рана на ключице открылась, а сломанные ребра трещали и ходили ходуном, задевая острыми краями лёгкие. Рот Дэша то и дело наполнялся кровью, он сплевывал её, заходился коротким злым кашлем, но продолжал тянуться из последних сил к акулату, проникая в его сознание, уничтожая и заменяя своим.

– Он сделал это! – ликующе завопил Вип, глядя, как тело подпольщика окончательно теряет плотность, распадаясь темными частицами, похожими на крупинки золы. Как металлические оковы бессильно повисают, упустив свою жертву, а одежда опадает мокрыми тряпками на каменные плиты. Как тёмное облако летит к акулату и растворяется в нем. – Сделал!

– Включаем на максимум? – сержант Рух сжал ручку помпы, готовясь повысить режим «Убоища». – Пора его возвращать.

– Нет, погоди, – Вип сделал протестующий жест. – Посмотрим, что он предпримет дальше.

– Уйдёт морем, вот что. Уйдёт – не поймаем!

– Не уйдёт. Или я ничего не понимаю в людях.

– В сахаях, – поправил сержант.

– В людях, Рух. В людях, – сейч-полковник усмехнулся, вспоминая их давний спор с сержантом.

Рух, как и большинство жителей Арейкийской Империи, ненавидел и боялся сахаев, считая их монстрами в людском обличии, но Вип придерживался иной точки зрения…

…Вселившийся в акулата Дэш застыл на миг, потом неуклюже пошевелил щупальцами, привыкая к новому телу. Якана радостно засмеялась, и даже хмурое лицо Бона прочертила тень улыбки, исполненная надежды.

Денис поспешно зацепил щупальцами цепи девушки, стараясь порвать их, но тройного плетения металл толщиной с женскую руку не поддавался. Жилистые, мускулистые щупальца акулата могли удержать на месте разъяренного бизона, но на разрыв работали плоховато. Пасть в такой ситуации тоже не годилась. Перекусить оковы акулат не мог физически – внешняя челюсть была тупой, играя лишь роль тисков, а острые зубы располагались уже за ней, в глубине пасти. Вместе с цепями Дэш оттяпал бы и руки Яканы по локти. К тому же оковы держали не только руки, но и ноги пленницы, да еще дополнительный железный обруч поместили на поясе. Снять его можно было только ножовкой. Точно так же был прикован и Бон.

Дэш оставил цепи в покое и попытался расшатать крепления, но и тут потерпел неудачу. Участки перил возле пленников укрепили толстыми металлическими штырями, впаянными в каменные плиты пристани. К тому же ранения подпольщика давали себя знать. Вселившись в акулата, Дэш не исцелился от ран, они лишь трансформировались в соответствии с анатомией амфибии: две лапы из шести плохо слушались, а дышалось с трудом, приходилось заглатывать воздух огромными порциями.

Драгоценные секунды утекали, как потоки дождя в сточную канаву. Металл цепей успешно сопротивлялся слабеющим щупальцам Дэша. Надежда на лицах подпольщиков гасла, сменяясь мрачной решимостью.