Чтение онлайн

Более того, непонятно, почему М.Е. Болтунов не включает хотя бы штатных членов экипажей этих БМП и БТР (командиров, механиков-водителей и операторов-наводчи-ков БМП, командиров, водителей и наводчиков пулеметов БТР) в число непосредственных участников штурма дворца Х. Амина. Почему такая предвзятость к армейским спецназовцам? Или они были людьми второго сорта в сравнении с офицерами КГБ? Или стреляли в них из игрушечного оружия резиновыми пулями?

В этой связи несколько иную версию, хотя и весьма схожую с версией М.Е. Болтунова, выдвигает «британский специалист в области спецопераций» Стив Крофорд: «Две спецгруппы КГБ брали штурмом дворец президента Афганистана Хафизуллы Амина во время вторжения в страну советских войск» [256] . Ему вторит комитетчик В. Братерский: «Нас было пятеро из ПГУ и две группы по 30 человек, которые и осуществляли операцию… Из 60 ребят в строю остались — 14» [257] . Об участии «мусульманского» батальона здесь также не говорится ровным счётом ничего. В свою очередь группе «Гром» в этих воспоминаниях отводится роль группы захвата, а группе «Зенит» — группы обеспечения. Таким образом, число офицеров КГБ, штурмовавших дворец Тадж-Бек, В. Братерским доводится уже до 65 человек, а именно: две группы по 30 бойцов каждая плюс пять офицеров из ПГУ (внешняя разведка) КГБ СССР. Однако, очевидно, в случае с процитированными воспоминаниями данного «участника штурма здания дворца Тадж-Бек», пожалуй, стоит дать дополнительные комментарии.

Заметим, что некоторые реплики и высказывания Валентина Братерского, приведённые в книге генерал-майора А.А. Ляховского, сразу стали вызвать определённые сомнения в достоверности этого рассказа. Так, например, В. Братерский утверждал, что Х. Амин «ещё пригнал двухтысячный полк, и они окопались вокруг дворца». И далее: «Полк мы прорезали, как кинжалом. Во время штурма он как-то рассеялся» [258] . Конечно, в этой связи можно предположить, что офицер КГБ, слабо знакомый с военнопрофессиональной терминологией, но при этом имеющий воинское звание, путает часть (полк) с войсковым соединением (бригадой). Однако трудно представить участника штурма дворца Х. Амина, не знающего, что его оборону обеспечивала афганская бригада охраны (гвардии). Более того, из ранее процитированного сообщения следует, что эти две тысячи афганских солдат и офицеров успели занять оборону на подступах к Тадж-Беку («окопались вокруг дворца…»). И то, что 65 сотрудников КГБ без каких-нибудь серьёзных трудностей первоначально прорвали (!?.) оборонительную линию названного двухтысячного армейского формирования, специально предназначенного, вооружённого и обученного для обеспечения охраны главы ДРА.

То есть по В. Братерскому выходит, что непосредственное огневое соприкосновение сторон началось задолго до подступов ко дворцу Тадж-Бек («Полк мы прорезали, как кинжалом…»). При этом рассказчик даже о существовании «мусульманского» батальона не говорит ни слова. К тому же, судя по его заявлению, двухтысячный отборный афганский полк, («пригнанный Амином») «во время штурма… как-то рассеялся» сам собой!?.. В эти слова В. Братерского поверить просто-напросто невозможно.

Короче говоря, очень странное заявление «участника штурма дворца Х. Амина» было опубликовано в книге А.А. Ляховского: слишком явно эти откровения от В. Братер-ского были «шиты белыми нитками». В данном случае воздержимся от предположений касательно мотивов подобного «свидетельства». Впрочем, в дальнейшем все сомнения, возникшие на этот счёт, полностью развеял генерал-майор госбезопасности Ю.И. Дроздов. Расставляя здесь все точки над «І», Юрий Иванович в книге «Шторм-333» так довольно нелицеприятно заметил: «Я глубоко сомневаюсь в правдивости отдельных утверждений В. Братерского. В составе штурмовых групп его не было. За его хлёсткими высказываниями я не вижу ничего, кроме незнания фактов, небрежности и некомпетентности… Так пишут те, кто сам там не был, но всё и больше всех знает» [259] .

Из воспоминаний Я.Ф. Семёнова, опубликованных в альбоме «Вымпел. Группа специального назначения КГБ СССР», следует: «Моей подгруппе и подгруппе «Гром», которой руководил Михаил Романов, предстояло с двух направлений атаковать дворец и за 45 минут захватить его целиком» [260] . Заметим, что Яков Семёнов об участии в штурме дворца Х. Амина бойцов «мусульманского» батальона в этом издании вообще не упоминает. Но возможно, это проистекает из того, что для выполнения «основного замысла операции», то есть физической ликвидации Х. Амина, планировалось привлечь только бойцов спецназа КГБ. Поэтому им уделялось большее внимание как перед штурмом, так и после него. Или вновь некомпетентные журналисты всё перепутали?..

В этой связи хотя бы приведём тот факт, что офицерам спецназа госбезопасности были переданы бронежилеты, полученные на личный состав «мусульманского» батальона незадолго до начала событий. Поэтому спецназовцы ГРУ ГШ были в бою без минимальных средств индивидуальной защиты.

Что ещё следовало бы упомянуть об этих бронежилетах, так это то, что (при всей призрачности их возможностей) они сыграли должную роль в ходе непосредственного огневого контакта бойцов спецгрупп КГБ с личными телохранителями Х. Амина. Последние в основном были вооружены не автоматами Калашникова, а западногерманскими пистолетами-пулемётами МГ-5, имевшими значительно меньшие поражающие возможности в сравнении с нашим АК. И это обстоятельство, вне всяких сомнений, существенно повлияло на весь ход штурма резиденции афганского диктатора.

И всё-таки, что можно сказать о тех советских «мусульманах»-спецназовцах, которые принимали непосредственное участие в штурме здания Тадж-Бека? К сожалению, не так уж и много…

В воспоминаниях генерал-майора В.В. Колесника говорится о двух группах спецназа из состава 154-го ооСпН ГРУ ГШ, которые в плановом порядке должны были принять участие в этих действиях. На сегодняшний день с определённой долей уверенности можно сказать, что руководство сводной группой третьей роты СпН «мусбата» осуществлял её командир В.С. Шарипов. Вместе с ним действовали его заместитель по политической части лейтенант Рашид Абдуллаев и (или) командир штатной группы спецназа лейтенант Абдул-лаев [261] . При этом, судя по публикации самого В.С. Шарипова, «взводный Абдуллаев» в ходе продвижения к зданию Тадж-Бека находился в БМП, которая была подбита, и получил тяжёлое ранение [262] . Кроме того, совместно с «зенитовцами» действовала группа спецназа ГРУ ГШ под командованием лейтенанта РТ Турсункулова из состава первой роты СпН «мусбата».

Среди солдат и сержантов 154-го отдельного отряда спецназа ГРУ, принимавших участие в операции «Шторм-333», назывались фамилии Джумаева, Богодирова, Мамаджанова, Сулайманова, Шербекова, Хусанова, Курбанова и Расульметова. Причём семеро последних из названных бойцов в ходе данных событий погибли.

В этой связи приведём ещё одно довольно существенно обстоятельство… Несколько ранее нам удалось определиться с вопросом об использовании для доставки штурмовых групп (групп захвата и обеспечения) к Тадж-Беку порядка четырнадцати бронеобъектов (десяти БМП и четырёх БТР) третьей и первой рот «мусбата». Кроме того, известно, что в захвате здания дворца Х. Амина принимали участие немногим более пятидесяти офицеров госбезопасности. Исходя из этого, получается, что на каждую единицу привлекавшейся техники приходилось где-то по четыре бойца «Грома» и «Зенита». Но ведь такое количество комитетчиков можно было разместить не на четырнадцати БМП и БТР а на всего пяти-семи боевых машинах: если постараться, то можно — проверено опытным путём.

Более того, в условиях ожидавшегося сильного огневого противодействия не было никакого смысла гнать такую массу техники по узкому серпантину. А в случае со штурмом здания Тадж-Бека данные бронеобъекты использовались прежде всего как средства доставки личного состава к объекту захвата. Их огневые возможности в ходе марша и в непосредственной близости у дворца были весьма и весьма ограничены в силу недостаточных углов подъёма башенного вооружения БМП-1 и БТР-60ПБ. Исходя из перечисленных обстоятельств, привлечение такого количества бронеобъектов к штурму здания дворца Х. Амина можно объяснить лишь тем обстоятельством, что места десанта четырнадцати боевых машин пехоты и бронетранспортёров не пустовали, а были заняты не только офицерами КГБ из «Грома» и «Зенита», но и бойцами 154-го ооСпН.

В подтверждение данной точки зрения приведём слова офицера госбезопасности из штурмовой группы «Грома» Сергея Кувылина: «Была некоторая несогласованность в действиях. Мы ещё не успели отъехать, я ещё двери в БМП закрывал, а «Шилка» открыла огонь. Фактор внезапности оказался потерянным. Словом, садимся, а в машине людей битком. Все по полной выкладке, в бронежилетах. Смотрю: бежит полковник Бояринов. Я его немного знал, когда в Высшей школе учился. Кричит: «Ребята, ребята, меня забыли! Куда мне сесть?» А куда тут сядешь — народу, как селёдок в бочке. Но кое-как разместились, пришлось, правда, на пол, спиной к дверям, сесть. «Товарищ полковник, — говорю, взяв его за руку, — вот здесь кнопка, рычаг будете открывать, я не дотянусь…» [263] Таким образом, выходит, что бойцов в десантных отделения боевых машин было в действительности столько, сколько «селёдок в бочке». Что тут добавить?..

Исходя из этого, можно уверенно предположить, что общее число «мусульман» из спецназа ГРУ Генштаба, задействованных непосредственно в штурме здания дворца Тадж-Бек, было никак не менее семидесяти человек (с учётом экипажей машин). При этом следует иметь в виду, что если руководитель «Шторма» В.В. Колесник говорил о плановом участии спецназовцев ГРУ в штурме здания дворца, то В.С. Шарипов и РТ. Турсункулов — о том, что просто-напросто так сложилась обстановка, когда «мусульманам»-спецназовцам пришлось пойти на «нарушение приказа и войти в Тадж-Бек». Ведь их основная плановая задача состояла в том, чтобы доставить спецгруппы КГБ «Гром» и «Зенит» ко дворцу, принять участие в подавлении огневых точек Тадж-Бека, обеспечить на внешних подступах оборону здания и не допустить бегства из здания Хафизуллы Амина и его ближайших приспешников.

В этой связи В.С. Шарипов вспоминал и о таком напутствии, которое дал ему перед штурмом генерал-майор госбезопасности Ю.И. Дроздов: «Запомни! Нам отступать некуда. Я тебя, если неудача случится, в лучшем случае, смогу сделать перед афганцами психом-дурачком… Смотри, чтоб Амин не ушёл! Не дай Бог, объявится в другой стране!..» [264]

При этом бойцам спецназа ГРУ пришлось реально отражать сверху натиск аминовских гвардейцев. Дело в том, что после начала действий непосредственно в здании Тадж-Бека часть президентской гвардии предприняла попытку оказания помощи дворцовой охране снизу. Однако все эти атаки гвардейцев силами спецгрупп В.С. Шарипова и Р.Т. Турсункулова были отбиты. Боевые потери 154-го ооСпН во время этих событий были никак не меньше, а больше потерь «зенитовцев» и «громовцев». Тем не менее в материалах некоторых журналистов до сих пор звучат заявления такого рода: «спецназ ГРУ должен был только завязать бой на подступах к дворцу», «личный состав «мусульманского» батальона на период штурма дворца Х. Амина был придан спецгруппам КГБ», «ази-атский… батальон поддержки» и так далее. Разумеется, подобные заявления выглядят некорректно и даже нелепо, хотя тем, кто брался за освещение кабульских событий 27 декабря 1979 года, разобраться в этом вопросе всё-таки стоило бы.