Чтение онлайн

Долгое время никто не мог сказать, чья чаша весов перевесит: стрелка склонялась то в одну, то в другую сторону. Ужасная магия Хокана Ашира косила целые отряды, и эльфы с оркскими шаманами сбились с ног, пытаясь отбросить или хотя бы ослабить его заклинания.

Битва продолжалась днем и ночью: утихая в одном месте, она разгоралась с новой силой в другом. Затишье наступало только в самые темные предрассветные часы, которые использовали, чтобы убрать погибших и перегруппировать армии.

Через несколько дней Хокан Ашир почувствовал, что теряет способность сосредоточиться. Усталость росла. Горен был рад, что Гримуар хранится в надежном месте, потому что, попади он в руки некроманта, тот нанес бы им всем страшнейший урон.

Марела и Звездный Блеск сбились с ног, врачуя раненых. Слухач таскал к ним пострадавших, а после лечения размещал в крепости, исходя из тяжести ранения. Вскоре Шейкур превратился в огромный госпиталь: нуждающиеся в помощи лежали повсюду, потому что подходящих для этого помещений не было. На Шейкур еще никогда не нападали, поэтому и лазаретов здесь не было. При строительстве крепости об этом никто не подумал.

Несмотря на нестерпимую, все усиливающуюся жару и недостаток воды в источнике под скалой, Горен был рад засухе: если бы не она, на них обрушились бы многочисленные болезни.

Участвовать в битве Горену запретили, хотя ему очень хотелось выйти на поле боя. Но против были все: Дармос Железнорукий, Марела, Звездный Блеск, Дьюрасс и даже его собственные друзья. С каждым днем он все глубже погружался в отчаяние.

– Марела, почему меня не пускают? – кричал он. – Я воин, меня учила этому мать, а сейчас идет битва за будущее моего народа!

– Твое время еще не пришло, – таинственным голосом сообщила она. – Больше ничего сказать не могу.

– Но мне этого недостаточно, вы держите меня в плену, прямо как Руорим, – набросился он на нее.

– Ты не должен бессмысленно погибнуть в битве, предоставь это простым солдатам, – возмущалась она, тыча ему пальцем в грудь. – Какой смысл рисковать сейчас, когда и так все идет хорошо! Хокану Аширу до сих пор не удалось прорваться, да и потерь у нас гораздо меньше, чем у него. Пока твоя помощь не требуется, ты останешься здесь!

– Все мои друзья сражаются, – с несчастным видом упрямился он. – Что они обо мне подумают?

– Сейчас я тебе объясню, что они подумают, – раздался голос подошедшей к ним эльфийки Звездный Блеск. – Они сражаются за тебя и не хотят, чтобы ты умер, потому что иначе все будет напрасно. Разве так трудно это понять?

– Почему речь идет только обо мне? Объясните мне наконец! – кричал он.

Она подняла руки вверх:

– Бульдр уже сказал, разве ты не слушал? Ты символ этой битвы. Ты часть Шейкура, непобедимой, неприступной крепости. Если падет Шейкур и погибнешь ты, мужество утратят все – и на Фиаре не останется ни одного безопасного уголка. Что будет на руку только магам Альянса. Так что все предельно просто. – Она отвернулась. А выходя, добавила: – Подожди, у тебя еще будет возможность пролить кровь, ты ведь так к этому стремишься.

Горен смотрел ей вслед, а потом у него вырвалось:

– Она все время меня обвиняет, и однажды я стану именно таким, каким она меня считает, и тогда я ее убью. Задушу ее своими собственными руками, медленно-медленно, тогда посмотрим, сколько еще недовольств она сможет обрушить на мою бедную голову!

Горену надоело безделье. Он пошел в библиотеку, откуда можно было докричаться до дракона.

– Ур, – громко сказал он, – мне нужно кое-что с тобой обсудить. Поднимайся на самый верх! Хокан Ашир должен тебя видеть, пусть вспомнит, что у нас в рукаве есть неплохой козырь. Заодно и поговорим.

И он пошел вверх по лестнице, мимо принадлежащего Мареле Зала Исцелений, в котором Звездный Блеск старательно готовила целебные настои и мази.

Она заметила его через открытую дверь и вышла:

– Что ты задумал?

– Хочу поговорить с Уром.

– Хорошо. Я пойду с тобой.

– Зачем? Чтобы я не натворил глупостей? Или ты думаешь, что я вынашиваю коварный план, который тщательно от тебя скрываю?

– Совершенно верно.

Горен уступил:

– Скажи мне лучше, как дела у Менора, если уж мы идем вместе и ты меня не избегаешь.

Звездный Блеск ответила не сразу:

– Плохо. Но он не сдается.

– Я могу его навестить?

– Пока нет, Горен. Мы стараемся оградить его от всех, он очень слаб и не приходит в сознание. Мы делаем все, что в наших силах.

– Да, я знаю. – Он потер подбородок. – То, как он поступил…

– В этом нет твоей вины, – перебила она. – Не кори себя понапрасну. Почему ты берешь на себя ответственность за весь мир?

Он кивнул:

– Согласен. Но мне очень жаль. Наверное, тяжело смотреть на него и чувствовать свое бессилие.

– Да. – Голос у нее был унылый. – Я очень его люблю. Он самый честный вор, какого я знаю.

Тут Горен не выдержал и засмеялся, от сердца вдруг отлегло.

Как ни странно, дракон действительно ждал его, лежа на большой платформе. Его было хорошо видно с Железных полей. У него, приподнявшего крылья, вид был величественный, но голос звучал тоскливо.

– Я не могу тебе помочь, – сказал он, прежде чем Горен успел открыть рот.

– Почему нет? Ты все еще связан с Руоримом? Я что, должен убить собственного отца, чтобы ты помог шейканам?

Пылающие глаза дракона заблестели еще ярче.

– Руорим закован в цепи. Я от него не завишу.

– Прекрасно! – строго сказал Горен. – Значит, сейчас ты обязан подчиняться мне, носителю души Малакея и наследнику Шейкура. Я, как и мой отец, чистокровный, так что, даже если и не сижу на троне, ты все равно должен выполнять свою клятву в отношении меня. Я не прав?

– Прав, – подтвердил дракон.

– Тогда напади наконец на войско Хокана Ашира! – потребовал Горен.

– Нет.

Горен готов был рвать на себе волосы:

– Бородавки Мериты, что же тебе мешает?

– Руорим закрыл войско своей магией. И она все еще действует.

– А Непобедимый? Его это тоже касается?

Ур отвернулся:

– Я не могу на него напасть.

Горен почти потерял терпение:

– И какие же у тебя причины?

– Я просто не могу, Горен. Меня что-то не пускает.

Молодой шейкан подошел к краю платформы и посмотрел на непрекращающуюся битву внизу. С такой высоты было не разобрать, кто бьется против кого. В некоторых местах все бурлило, кое-где бились отдельные всадники, в рукопашной сходились солдаты, наемники, немертвые и железные. Горен не понимал, как предводители умудряются не запутаться в этой неразберихе. Горнисты постоянно трубили, звуки сплетались в общую мелодию. Как воины разбираются в этих сигналах – неясно.