Чтение онлайн

Горен покачал головой:

– У меня есть Шейкур? И что мне с ним делать?

Пожилая женщина засмеялась:

– Горен, от него тебе никуда не деться. Ты являешься наследником деда, матери и отца. Ты самый чистокровный шейкан в этом мире. Кроме того, Дармос оставил указания, как поступить. Нет ни малейшего сомнения, кто именно станет преемником. Поверь мне, никто не будет оспаривать твои права. Напротив, все ждут, что ты займешь трон. Ты ведь пример для шейканов. Они возлагают на тебя большие надежды.

– Клянусь Светом Аонира, их ожидает большой сюрприз. – Горен махнул рукой. – Лучше расскажи, как вообще обстоят дела! Конец я как-то пропустил.

– Шейкур спасен, – улыбаясь, ответила Марела. – Смерть Руорима почувствовали даже здесь, она прогнала последние отряды мародеров, которые никак не могли успокоиться. Хокан Ашир давно уже спешит в Каит-Халур, чтобы зализывать там свои раны. На какое-то время он оставит нас в покое.

Горен прислушался к себе.

– Я действительно потерял свою магию? – удивился он. – По-моему, теперь уже я даже с ветром поговорить не смогу…

– О, думаю, окончательно этот свой талант ты не утратишь никогда, – не согласилась Марела. – Однажды ты снова станешь Говорящим с ветром. Но пока ты должен насладиться возможностью побыть обыкновенным человеком, молодым и здоровым – как телом, так и душой. Ты великий герой и могучий воин. В какой-то степени теперь ты свободен, если не считать обязательств, которые совсем скоро тебе придется взять на себя. Тебе и самому нужна ответственность, иначе бы ты бегал от нее с самого начала. Именно для этого тебя воспитывала твоя мать. И ты, конечно же, быстро научишься находить удовольствие в том, чтобы брать на себя заботу о других.

– Давай не будем об этом!

Горену всегда хотелось избавиться от своей магии. Но теперь, когда это случилось, он чувствовал себя странно пустым и оглохшим. У него внутри образовалась огромная дыра, к которой для начала придется привыкнуть. Раньше ему казалось, что все будет гораздо проще. Его восприятие целиком изменилось, оно сдвинулось. Как будто он снова учится смотреть, обонять, слышать и осязать. Чувствовать. Сам себе он представлялся заново родившимся.

– А теперь я оставлю тебя одного, – сказала Марела, поднимаясь. – Когда сможешь, приходи. Тебя с нетерпением ждут.

– Да, скоро, – пробормотал он.

Горен еще подремал, но муки совести все-таки выгнали его из постели. Ну что ж, встречу с обществом он выдержит. Сумеет провести торжественный прием. В конце концов, он тоже приложил руку ко всем предыдущим событиям. А потом он поищет того, кто возьмет на себя его дела, а сам уедет. Мир большой, отправится куда глаза глядят, как мечтал в детстве. Свободным странствовать по свету и ни о чем не тревожиться…

Горен заставил себя встать с кровати. Встав, заметил, что еще не очень уверенно держится на ногах. Но чувствовал себя хорошо. Легкие раны были замечательно обработаны и уже заживали, а утраченные силы быстро восстанавливались.

Но, посмотрев в зеркало, юный шейкан испугался, потому что с трудом узнал самого себя. Лицо его осталось молодым, но в постаревших глазах застыли воспоминания.

Прежде всего о том, что он отказался от самого себя.

«У меня не оставалось воли, – с ужасом вспомнил он. – Почему же я еще жив? Я знаю, я хотел последовать за матерью и был уже на полпути к ней».

Он умылся, оделся в то, что принесла ему Марела. Никаких доспехов, даже перевязи нет. Куртка из тонкой парчи, шелковые штаны – все выдержано в синих тонах. Новые сапоги. И… рубашка с гербом, белая с золотистой головой дракона.

Собравшись, он еще раз посмотрел на себя в зеркало.

«Рад ли я тому, что остался в живых?»

«Дубина, – ответило ему зеркало. – Конечно рад. Ты молод, у тебя юная душа, теперь больше нет той, старой тени. Для своего возраста ты мудр, у тебя богатый опыт, правда, нет будущего. Но тут уже от тебя зависит, сможешь ли ты этим воспользоваться».

Горен вздохнул и вышел из комнаты. Только сейчас он обратил внимание, что его разместили в княжеских покоях.

В коридоре стоял караульный, Горену это понравилось. Солдат почтительно его приветствовал, но Горен нетерпеливо отмахнулся.

– У меня была пара вещей, – сказал он. – Старые помятые доспехи, толстая книга, вся в пятнах, драконов щит, покрытый кровью, и ритуальный нож с узорами. Найди их и принеси в Тронный зал, сложи около трона, но так, чтобы никто не видел. А потом снова займи свой пост или иди по своим делам.

Мужчина склонил голову, и Горен пошел дальше.

«Это доставило тебе удовольствие», – подумал он, весело усмехаясь. Так хорошо он давно себя не чувствовал.

Да, здорово остаться в живых!

Тронный зал был переполнен, и Горен все-таки испугался. Так много знатных господ, и все они ждут его!

– Мне… мне очень жаль, что вам пришлось долго ждать…

– Ерунда, Марела нам сказала, что ты проснулся, и мы все здесь собрались. – Громовой голос Бульдра ни с чем не спутаешь. Он, даже не подумав о вежливости, проталкивался сквозь толпу. – Я безумно рад снова видеть тебя целым и невредимым, мальчик! Дай тебя обнять.

Благородные дамы и господа терпеливо ждали, пока гном прижимал Горена Говорящего с ветром к своей груди, а потом подошел Хаг Сокол, который не желал дожидаться своей очереди, за ним последовал Вольфур Гримбольд, которого нельзя было не заметить, а потом…

– Менор! – закричал Горен. – Ты жив? Глаза его невольно увлажнились, когда он заключил своего друга в объятия.

– Да, кости мои оказались крепче, чем все рассчитывали, – ответил молодой человек, который, казалось, стал еще тоньше. Двигался он не слишком уверенно, рука и нога пока еще оставались в шинах, голова и грудь перевязаны. Но в глазах его снова плескалось веселье. – Я счастлив, что ты тоже жив, Горен. Значит, все это было не напрасно.

Горен кивнул и, помолчав, сказал:

– Пожалуйста, друзья, садитесь, извините, я ненадолго отвлекусь, мы заставляем ждать королей…

Смущенно он приблизился к благородным гостям, которые группой стояли у трона: король Конте из Хоенмарка, Айзенфюрст из Айзенштурма с троллем капитаном Шакком, король Хальдрин из Виндхолма, лорд Транвиль и леди Дервин из Финонмира, глава клана Хугвин из Нортандера, как две капли воды похожий на своего сына Хаг, только старше, и норкан Крэйг Ун'Шаллах.

Прежде чем Горен смог что-то сказать, они прокричали ему здравицу и по очереди пожали руку. У всех, даже у гордых, привыкших не показывать свои чувства эльфов, были растроганные лица.