Чтение онлайн

– Гордыня твоя пуста и бесполезна, – сказал наконец Руорим. – Мне жаль тебя, старик. Я надеялся, что мы договоримся по-доброму, если ты поймешь, насколько ты неправ. Это ведь ты позор для Шейкура. Спроси Ура! – Он показал на вершину скалы. – У меня есть время, Дармос. Даю тебе два дня на признание собственных заблуждений. Если ты так ничего и не поймешь, я нападу. – Он кивнул Фугину, развернулся и пошел к лошади.

Энарт Обоюдоострый сначала замешкался, но потом все-таки побрел за хозяином.

Дармос подождал, пока они присоединятся к отряду. А потом повернулся к Фугину:

– Пойдем. По крайней мере, слово свое Мясник сдержит.

– Как ты думаешь, он на самом деле нападет?

– Только не с этой сотней. Он знает, что его угрозы пусты, и он также знает, что я это знаю. Но, само собой разумеется, он должен назначить мне срок, иначе выставит себя в смешном свете.

– Но что будет дальше?

– Он начнет осаду. Попытается сломить наш дух. Руорим не глуп, он вполне отдает себе отчет в своих поступках.

Когда ворота за ними закрылись, Дармос невольно перевел дух: тесные каменные стены его успокоили. Шейкур неприступный… Эту крепость не удавалось захватить никому!

Он собирался подняться по лестнице, но его остановил Фугин:

– Дармос, мы с тобой знакомы всю жизнь. Я самый старый твой друг и самый лучший. О чем говорил Руорим? Какие у него права?

– Никаких, – убежденно ответил Дармос. – Иначе бы я знал. Видимо, он считает, что из-за Горена получил какой-то особый статус. Но он ошибается.

– Тебе следует использовать эти два дня, – посоветовал Фугин. – Спроси в Галерее Шепота. А я тем временем подумаю, как с наименьшими потерями прогнать этого безумца за Железные поля.

Усталые лошади медленно продвигались вперед. Вокруг них вились полчища жужжащих мух, но клячи даже не дергались, когда насекомые облепляли их глаза и ноздри, покрытые липким потом. Единственная влага на высохшей равнине.

– Крэйг, ты много путешествовал, может быть, ты ответишь мне на вопрос: здесь всегда так уныло и, главное, так жарко? – спросил ехавший рядом с дрэгоном Хаг. – Ведь едва мы оставили позади плодородные земли Норимара, как тут же попали прямо в мертвую степь, словно переступили порог какого-то другого мира. Хуже не бывает даже в пустыне.

– Наверняка не бывает, – согласился Крэйг Ун'Шаллах. – У меня и правда остались более приятные воспоминания об этой местности. – Он показал на Клинок Аонира, где над пустыней нависло черное небо. – Думаю, это последствия заклинания Раита, теперь они ощущаются даже на расстоянии нескольких дней пути. Liber sinistrorum – весьма опасный Гримуар, им не следовало бы пользоваться в одиночку. Боюсь, что маг слишком себя переоценил.

Хаг провел по липкой от пота гриве своей лошади.

– Я беспокоюсь за Горена, – пробормотал он. – Ему ужасно не хотелось браться за это дело. Он старался держаться подальше от магии. И я прекрасно его понимаю, при таком-то наследстве. Никто не знает, вдруг из-за этого душа Малакея снова проснется.

Он посмотрел по сторонам. Менор, худой, с заострившимся носом, буквально висел в седле. Глаза почти закрылись, обмякшее тело раскачивалось в такт плавным движениям лошади. Казалось, бывший вор, больше похожий на мешок костей, вот-вот свалится на землю.

Молодой воин из клана Леонидаров сначала не поверил собственным ушам, потом прислушался и действительно разобрал жалобный голос друга, который пел себе под нос:

Ехавший рядом с ним Вольфур Гримбольд заткнул волосатые уши.

– Прекрати! – рявкнул он так, что лошадь, испугавшись, прыгнула вперед. – Это невыносимо! Менор, исхудавший ты страдалец, возьми себя в руки! Любовь твоя всегда была безнадежной, предмет твоих грез никогда не проявлял к тебе никакого интереса, а теперь она вообще тебя предала! Забудь ты эту девку! Эльфам все равно нельзя доверять: корчат из себя бог знает что, а за спиной держат наготове нож. Красивая оболочка, гнилое нутро… совсем как червивое яблоко!

– Не смей так говорить о Вейлин! – взвился Менор.

– Ага, значит, хоть небольшая искорка жизни в тебе еще теплится, – отозвался орк. – Следовательно, можно надеяться, что однажды ты все-таки возьмешься за ум. Он у тебя глубоко внутри, спрятан под толстым слоем жалости к самому себе!

– Она нас не предавала! – крикнул Менор.

В отчаянии он посмотрел на Хага. Его рыжие, сильнее обычного всклокоченные волосы торчали во все стороны, а веснушки на покрасневшем от солнечных ожогов лице казались почти такими же зелеными, как и глаза.

– Хаг, скажи ему! Руорим наложил на Вейлин какое-то заклятие, которое заставило ее повиноваться! Не знаю, зачем она ему понадобилась, но я все выясню и освобожу ее!

Смутившийся Хаг молча поехал вперед.

– Хаг! – умолял Менор. – Ты же там был! Ты же все видел!

– Не трещи! И без тебя жарко! – строгим голосом одернул его Вольфур. – Если ты сейчас же не заткнешься, то превратишься в ненужную обузу и нам придется тебя бросить. Ты этого хочешь? Наверняка нет. Так что будь мужчиной!

– Ты понятия не имеешь, что такое любовь, – хныкал Менор. – Вейлин ни за что не навредила бы нам по собственной воле. Мы ее друзья, у нас общее прошлое. Я ей верю. И именно поэтому не успокоюсь, пока не освобожу ее!

– Неужели ты думаешь, что из благодарности она тут же бросится тебе на шею?

– Мне все равно, Вольфур. Я ее люблю, и не важно, как она ко мне относится. Я сам виноват, что так и не набрался смелости объясниться. Я ей друг, и мой долг – вырвать ее из когтей Руорима.

– Ладно, приятель. Не всё сразу. Когда Горен справится со своей задачей и мы снова будем все вместе, когда нам перестанут мешать всякие маги Альянса, тогда и освободим Вейлин. Все равно ведь когда-то Горену придется предстать перед своим отцом. А пока потерпи.

Хаг больше не слушал, но и не оборачивался, только плотнее сжимал бока лошади. Стиснув зубы, он ехал вперед и вперед.

Спустя какое-то время наблюдавший за ним Крэйг тихонько спросил:

– А ты что по этому поводу думаешь? Ответь на вопрос как можно точнее, потому что я уже и так понимаю, что произошло. Не знаю только, что думаешь ты.

– Ума не приложу, – с несчастным видом ответил Хаг Сокол. – Все тогда так перепуталось, исчезло ощущение реальности. Мы хотели напасть на Руорима, но он задержал нас с помощью магии. А потом вдруг появилась Вейлин… и пошла за ним. Руорим сказал…