Чтение онлайн

Шофер покосился на него с явным изумлением.

— Шутите, товарищ командир?

— Да ты не бойся, «особистам» не сдам, — криво ухмыльнулся Григорий. — Я ведь про те времена только в книгах читал, вот и стало интересно.

— В книгах, — проворчал старшина. Глубоко затянулся и с шумом выдохнул сизый дым. — Жизнь, она куда страшнее любой книжки. Даже самой ученой. Я вам так скажу: что бы кто ни говорил, только, посудите сами, я свои первые ботинки и нормальные брюки с рубахой при Советской власти заимел. А до того все больше в лаптях или босиком. Армяк один на всю семью был. По очереди зимой носили. Молчу уж, что мяса вдоволь только в армии попробовал. Зато хлеб с лебедой до сих пор на вкус помню. И как мать с отцом братьев с сестрами на погост отвозили, когда они с голодухи помирали. Из тринадцати нас только пятеро выжило, — шофер вцепился в «баранку» с такой силой, что его пальцы побелели. — Нет, я Николашку не жалею и добром не вспоминаю! Сдох, паскуда, туда ему и дорога!

— Надо же, — подивился летчик. — А нам про это только на политинформациях рассказывали. И, знаешь, без подробностей.

Водитель недобро покосился на него, покачал головой, но промолчал. Григорий понял, что разговора по душам не получится, отвернулся и вновь принялся рассматривать пролетающую за окном местность. Редкие деревеньки то приближались к дороге, то отступали куда-то вдаль. Из нацеленных в низкое серое небо труб деревянных изб кое-где курился дымок.

— Греются?

— Или готовят, — равнодушно посмотрел водитель. — Здесь с продуктами не шибко богато, но есть кое-что. Да и с дровами проблем почти никаких. Не то, что в Ленинграде. Мне недавно на центральный аэродром пришлось ехать, а там как раз транспортник приземлился. Как начали по лесенке скелеты спускаться, я даже не сразу понял, что это люди!

— Да уж, — помрачнел Дивин. Желваки заходили на скулах. — Слышал. Я бы этих фашистских гадов, что целый город голодом морили, собственными руками! До последнего ганса или фрица!

— Ничего, посчитаемся с ними, время придет! И Берлину ихнему хана настанет.

— Придет, батя, придет. Блокаду ведь с Ленинграда сняли уже, даже салют был. Так что, теперь жизнь только к лучшему поворачиваться станет.

В штабе ВВС Дивину сразу же выписали пропуск и указали, куда нужно пройти.

— Генерал-майор уже ждет вас, — уважительно сказал офицер с широкой красной повязкой дежурного на рукаве. — Дважды справлялся.

Экспат оставил вещи в просторной приемной — адъютант хоть и поморщился, углядев любопытную морду Шварца над краем корзины, но выпендриваться или цепляться не стал. Просто сухо проговорил:

— В угол корзину поставьте. Вещи остальные туда же. Раздевайтесь и проходите.

— Позвольте, но я здесь уже два часа жду! — громко возмутился невысокий полковник с идеальным пробором. Он сидел на стуле возле двери в кабинет и нервно барабанил пальцами по портфелю, что стоял у него на коленях. — У меня срочное дело! Почему этот майор идет без очереди?

— Приказ генерала! — веско обронил адъютант, взглянув на него искоса.

— Черт знает что! — вскипел полковник, глядя на Дивина неприязненно. — Что за фрукт такой на мою голову выискался?

Экспат пристроил шинель и шапку на вешалку, одернул китель и повернулся. Полковник хотел было сказать что-то язвительное, даже рот раскрыл, но в этот момент взгляд его упал на гроздья орденов, Золотые звезды Героя и необычные кресты заграничных наград и слова застряли в горле. Офицер сначала покраснел, затем побледнел, выпучил глаза и замер. Адъютант довольно громко хмыкнул и посмотрел на него с веселым любопытством.

— Прошу вас, товарищ майор. Проходите.

Григорий подошел к высокой, обитой черным дерматином двери и с шумом выдохнул, словно собирался зайти в атаку на вражеские позиции. Екало слегка сердце, екало. Что-то ждет впереди?

Кабинет поразил своим размерами. Он был настолько огромен, что в нем, казалось, запросто можно было проводить футбольные матчи. А длинный, накрытый зеленым сукном стол напоминал взлетно-посадочную полосу. Экспат невольно присвистнул, озирая все это великолепие. И потому не сразу заметил хозяина кабинета, что, оказывается, поднялся со своего места на другом конце и неторопливо шел к летчику. Странное дело, но комплекция генерала как нельзя лучше соответствовала занимаемому помещению — был он высок и тучен.

— Наконец-то познакомился с тобой, Кощей! — генерал протянул руку. Бас, кстати, был под стать облику. — Все больше по бумагам читал, а ты вон какой! Да ты садись, — он отодвинул один из стульев, что в большом количестве стояли вдоль стола, и не торопясь уселся. Экспат молча последовал его примеру.

— Приказ по тебе получен, — не стал рассусоливать генерал. — Будет создана особая авиагруппа. Доводилось слышать о таких?

— В сорок втором, вроде, под Сталинградом, — неуверенно ответил Григорий, задумавшись. — Но там, если не ошибаюсь, истребителей лучших в ударный кулак сводили. Они прикрывали нас как-то. Отличные ребята — сопроводили так, что ни одна гадина по нам так и не врезала. Мы ведь тогда все больше на одноместных «илах» летали, без воздушных стрелков. Потери были страшные. Правда, дальше асы эти все больше «пешек» защищали.

— Верно. Все правильно говоришь, — благодушно кивнул генерал-майор. — В воздушной армии Хрюкина соколики воевали. Кстати, командовал ими в то время твой старый знакомый — полковник Сталин. И, действительно, работали по прикрытию пикировщиков. Или захватывали преимущество и удерживали господство в воздухе в нужных местах. Смекаешь, о чем я? То-то! Ну да я сейчас не об этом, — генерал улыбнулся. — У тебя-то история ведь совсем иная. Поедешь в Липецк. Там у нас курсы усовершенствования комэсков имеются, так что для твоей группы самое милое дело — затеряешься мигом. Оформим все, как учебную эскадрилью и спокойно займемся обучением личного состава и боевым слаживанием. Опять же, хорошо легендируется использование различных типов самолетов. Спросить что-то хочешь?

— Товарищ генерал, но ведь я так до конца и не понял, в чем именно будет заключаться задача авиагруппы? К чему следует готовиться?

— Документы получишь у моего секретаря. А в курс дела тебя введет твой командир. Он уже отбыл к месту назначения.

— Надо же, как быстро все закрутилось! — изумился экспат.

— Быстро? — засмеялся генерал. — Открою тебе один секрет, Дивин: решение о создании особой группы принято почти месяц назад. Твой опыт пребывания в полку бомбардировщиков оценили и на самом верху признали вполне успешным. Поэтому работа по созданию нового подразделения пошла полным ходом практически сразу.

— Погодите, — ошалел Григорий. — Выходит, меня специально с «бостона» ссадили? А академия? Или…

— Верно мыслишь, — усмехнулся генерал. — Академия — это лишь предлог. Равно, как и твой ночной вылет на перехват «юнкерсов». Товарищ Сталин решил лично убедиться в твоих способностях. И проверку эту ты прошел весьма успешно. Так что теперь начнешь работать всерьез.

Всерьез?! Это что же, до этого он лютики-ромашки собирал?!

Глава 3

— Товарищ капи…майор?

— О, старый знакомый! — улыбнулся экспат. Перед ним стоял тот самый старлей со шрамом на лице, что помог в день прилета в Москву найти попутку до академии. — Никак, опять в патруле?

— Ну да, — согласно кивнул офицер. — Служба. А я иду, смотрю, вы не вы? Потом пригляделся, корзинка вроде знакомая. И, что характерно, уши над ней те же самые торчат. Большие и черные. Ну, думаю, вряд ли нынче еще кто-то с собой кота таскает. Тем более, такого.

— Хотел оставить в деревне, да вот, уперся, зараза, и ни в какую, — шутливо пожаловался Дивин, слегка встряхнув корзину. Шварц возмущенно заорал. — Я тебе! Ишь, разоряется, меховой подонок. Главное, семья была хорошая, с детками малыми. И ухаживали за этим паразитом, как за родным. Что, спрашивается, еще было нужно?