Чтение онлайн

– Не называй меня так!

– Если тебе не нравится это имя, выбери любое другое.

– У меня уже есть имя – Креол!

– Оно мужское. Выбери себе новое – женское.

– Ты играешь с огнем, лугаль, – предупредил Креол. – Ты ходишь по краю пропасти. Я слышал, у тебя вчера родился сын?

– Верно.

– Так вот, если ты не хочешь, чтобы он стал сиротой, – сгинь немедленно!

Что-то в голосе Креола подсказало Аханиду, что на сей раз лучше подчиниться. Сейчас магу явно плевать и на имперские законы, и на волю Верховного Мага.

– Пришли за мной раба, если тебе что-то понадобится, – сказал Аханид, закрывая за собой дверь.

Оставшись один, Креол уселся на корточки, зажав голову между колен. Сразу после злосчастного превращения он – к своему страшному стыду – упал в обморок и пролежал так несколько часов. Очнувшись и убедившись, что этот кошмар произошел на самом деле, маг еще часа полтора бушевал, бросался на стены, крушил мебель и швырял куда попало заклинания.

Собственно, Аханид остался жив исключительно потому, что Креол истратил всю ману до капли. Иначе он кинул бы в лугаля отнюдь не табуретом.

Но теперь, выплеснув ярость, маг немного успокоился. Ему пришло в голову, что он зря отверг предложение позавтракать. Да и вообще тело напоминает о своих потребностях – например, неплохо бы сходить в отхожее место.

С первой проблемой в женском теле Креол столкнулся, когда ему стало трудно дышать. Туника на новой груди разве только не лопалась. Но эта беда решилась достаточно просто – снятием туники. Какое-то время Креол вообще расхаживал голышом, но потом почувствовал определенную неловкость и надел шаровары. Он никогда не любил эту варварскую одежду, но ничего более подходящего под рукой не оказалось.

А в отхожем месте Креол столкнулся со второй трудностью. Он никак не мог справить малую нужду. Вставал и так и этак, задирал ногу, даже попробовал левитировать – ничего не получалось. В конце концов Креол смирился и уселся над вазой царцару на корточки.

– Неудобно, – пробурчал маг, подпирая щеку ладонью. – Чрево Тиамат, до чего же это неудобно! Как они вообще живут с этим?!

Покончив с мочеиспусканием, Креол воздел очи горе и громко провозгласил:

– Мардук, благодарю тебя, что сотворил меня мужчиной! Обещаю завтра же принести в храме богатую жертву во славу тебя, о Двуглавый Топор! – Оглянувшись через плечо, Креол понизил голос и добавил: – А если еще и вернешь все на место, обещаю выстроить тебе новое святилище!

Дав это обещание, маг выжидающе замолчал. Потом с надеждой пощупал себя между ног.

Ничего хорошего там не появилось.

– Что, нет? – разочарованно посмотрел вверх Креол. – Ну как хочешь. Ходи без святилища.

Вернувшись в главную комнату, маг осмотрел учиненный часом ранее хаос и цокнул языком. Верно говорят – кто собой не владеет, тот сам с собой враждует. Что хорошего в том, что он выместил злобу на ни в чем не повинной утвари? Горшки и тарелки перебиты, мебель переломана, стены изуродованы. Креол был на волоске от того, чтобы разрушить весь дом.

Немой раб-киммер сидел возле соседской стены, когда на улицу вышла черноволосая женщина с обнаженной грудью. Стараясь не глядеть по сторонам, она холодно приказала:

– Приготовь завтрак. Потом прибери в доме.

Ожидая завтрака, Креол ожесточенно листал книги. Он заложил закладками все известные ему способы снять проклятие – а их оказалось на удивление много. Раньше Креол не особенно интересовался этим направлением Искусства, не видя в нем большого проку, но теперь он изменил свое мнение.

В течение получаса Креол испробовал четыре наиболее простых метода. К счастью, на магических способностях изменение пола не сказалось.

К сожалению, проклятие оказалось неподатливым. Простые методы ничем не помогли. Поэтому после завтрака Креол закутался в плащ и отправился в храм Мардука.

По дороге он скрежетал зубами. Его раздражали взгляды прохожих. В его сторону постоянно оборачивались. Какой-то наемник коснулся его плеча и хотел что-то сказать – но прежде, чем он успел раскрыть рот, Креол отшвырнул его заклятием Броска.

Войдя в храм, маг грубо рявкнул на заговорившего с ним жреца. Тот нахмурился, покачал головой, но все же оставил невежливую женщину в покое.

Оставшись наедине с идолом Мардука, Креол вздохнул, воздел руки и заговорил со своим богом. Он читал искупительную молитву наизусть, перечисляя свои прегрешения, умоляя простить его и снять проклятие.

Креол перечислял очень-очень долго. Не прерывая целительной молитвы, он принес в жертву несколько ячменных лепешек и кувшин пива, воскурил благовонные масла, высыпал перед каменным кумиром горсть золотых сиклей.

За этим молча наблюдал жрец. Наблюдал и гадал – что за беда случилась с этой женщиной, какое проклятие ее настигло? Но сам не вмешивался – женщина все делала правильно, советы жреца ей не требовались.

Всем известно, что полностью безгрешный человек неуязвим перед демонами и злыми чарами. Его не способно настичь никакое проклятие, никакая темная сила. Но также известно, что полностью безгрешных людей не существует. Даже младенец не выходит из материнского лона безгрешным, ибо у него есть предки, а они несомненно совершали какие-то проступки. Совершая проступок, человек влияет не только на свою судьбу, но и на судьбу своих родичей. И никто не знает, что из деяний однажды вернется в виде болезни или злого проклятия.

Тем временем Креол, вновь воздев руки, завершал искупительный ритуал:

Закончив и постояв немного неподвижно, маг пощупал свою грудь. Она по-прежнему оставалась большой, упругой – и несомненно женской. Не помня себя от злости и разочарования, Креол смачно плюнул на пол и вышел из храма. Вслед ему полетел гневный окрик жреца.

До самого полудня Креол ходил взад-вперед по своим покоям, ища способ вернуть мужественность. Он испробовал еще несколько методов, но и они ничем не помогли. Очень уж необычное проклятие ему выпало.

Шумерским мудрецам известно великое множество проклятий-мамит – но среди них нет ничего похожего. Разные виды болезней, несчастий, страданий, потерь, злых чар – все они понятны. Они причиняют такой-то и такой-то вред, лишают того-то и того-то, так-то и так-то портят жизнь.

Но они очень редко бывают настолько… странными.