Чтение онлайн

Повсюду были гигантские башни, да ведь Ирем и называют многоколонным. Между ними иногда тянулись веревочные мостки, и по ним сновали те демоны, что не умеют летать и не способны просто оказаться где пожелают, но и месить грязь внизу им не по чину.

В отличие от диких пустошей, где смерть ждет каждого, кто не способен за себя постоять, в Иреме уже есть какие-никакие законы и правила. Нет, слабого и тут разорвут в клочья при первой возможности, но здешние жители уже достаточно разумны, чтобы понимать, кто перед ними, чтобы не разевать пасть на архимага. Креол шествовал по улицам, помавая жезлом, и одни Надзиратели перед ним расступались, а другие трусливо скалились, не смея большего.

Поначалу маг просто шагал, сам толком не зная куда. Почему-то ему казалось, что едва он войдет в Ирем, как сразу и встретит Троя. Но он быстро понял, что столь чудесное стечение обстоятельств ему не светит. Ирем — не деревушка, а Трой не стоит на видном месте, размахивая стягом.

Осознание этого настигло Креола в квартале маскимов. Тот был грязен даже по меркам Ирема — дороги покрывал толстый слой навоза, стоял смрад отхожего места и везде торчали вымазанные дерьмом каменные статуи. Те изображали Азаг-Тота, и маскимы то ли молились на них, то ли просто любовались… Креол не знал, да и не собирался узнавать.

Он просто огляделся и осознал, что вокруг демоны и дерьмо.

Креол был плохого мнения о Трое, сыне Гишбара. Но все же не настолько, чтобы вообразить его жителем квартала маскимов. Морщась, маг пошел дальше, спеша скорее оставить вонь позади, а поскольку та в какой-то момент стала уж совсем непереносима — воскурил палочку благовония Зкауба.

Оно приятно пахнет, это чудесное средство. Его аромат глубок и насыщен, в нем сочетается терпкий хвойный дым и сладкая ваниль, есть полынная нотка и щепоть острого запаха чеснока. Человеку курения Зкауба доставляют только удовольствие, в голове проясняется, а на лицо набегает непрошеная улыбка.

Не то — демону. Креол возжег всего одну палочку и перед самым своим лицом, но все маскимы сразу обернулись с такими рожами, словно смертный испустил ветры. Один, весь перемазанный, отделился от стены и вразвалочку подошел к Креолу.

С перемещением в другой мир маг получил знание языка Наг-Сотх и хорошо понял, что сказал ему демон, но лучше бы уж не понимал, потому что сказал он такие вещи, после которых ты не живешь дальше, если сказал их Креолу Урскому. Во всем похожий внешне на человека, маским однако ж человеком не был, так что Креол не испытал угрызений совести, выпустив в него Огненный Шквал.

Нет, он бы их в любом случае не испытал. Но сейчас выходило так, что он не убил кого-то, кто, быть может, любезен богам и у кого найдется владетель, что спросит: Креол, Креол, для чего ты убил моего слугу? Нет, то всего лишь демон, а за жизнь демона с Креола не спросит никто, так что… почему его не убить, кто осудит?

Маскимы страшно боятся пламени. Огонь — их уязвимость, даже самый обычный жжет их, ранит, убивает. Креол бы охотно спалил их всех, сколько ни есть… но знали бы вы, как воняет жженое говно! У Креола заслезились глаза, он почти закричал от смрада и самым постыдным образом бросился бежать!

Маскимы улюлюкали ему вслед. Преследовать благоразумно не стали, но осыпали насмешками и такими оскорблениями, что Креол лишь чудом удержался, не повернул обратно. Ему пришлось напомнить себе, что даже архимаг не одолеет всех маскимов Ирема в одиночку, да и ему довольно повезло, что среди них не оказалось высших, шестого и седьмого рангов. Такие не сгорели бы так просто и даже в одиночку доставили бы Креолу хлопот.

Квартал маскимов не слишком велик. Он примостился возле куда большего, занимающего добрую четверть Ирема — квартала Тощих Всадников Ночи. Здесь воздух тоже напоен смрадом, поскольку Тощие Всадники Ночи в изобилии разводят скотину, но навоза на дорогах куда меньше, ибо об этом заботятся маскимы.

Костлявые лысые демоны были тут повсюду. С иссиня-черной кожей, вооруженные копьехлыстами, они разгуливали пешком и ездили на йорг-йоргах, этих склизких двуногих пауках. Те носились, как ошпаренные, едва касаясь ногами земли.

Повсюду была и любая другая скотина, от обычных собак и свиней, до шилопауков и других зверодемонов. Но только безмозглая, никого говорящего — этих разводят Погонщики Рабов. Тощие Всадники Ночи на каждом шагу держали загоны, скотобойни, лавки со свежим мясом и живыми созданиями всех видов.

В первые же несколько минут Креолу предложили купить ручного зуннабьяна, Птицу Лэнга в клетке и превосходные сапоги.

— Бери! — приклацывая длинными зубами, говорил торговец, сидящий в ярко освещенной лавке. — Бери, смертный, не пожалеешь! Смотри, какая тонкая работа! Из человечьей кожи!

Креол с любопытством погладил сапог. Работа действительно тонкая… но материал… если он будет разгуливать в Шумере в таких сапогах, это вызовет вопросы гильдейских магов.

— Дурак, зачем ты человеку сапоги из человечьей кожи предлагаешь! — прикрикнула на Тощего Всадника Ночи его, видимо, жена. — Пусть лучше Птицу Лэнга купит!

— Тут этих Птиц Лэнга — как крыс, — буркнул Креол.

— Э-э-э, нет!.. Это кто? Это дикие. А эта говорящая. Породистая. Смотри, какой хохолок! Какая бархатистая блестящая шерстка!

Креол поневоле заинтересовался. Обычные Птицы Лэнга лысые как колено, волос нет даже на головах. И воняют так, словно год без перерыва жрали тухлятину. А эту покрывала мягкая шерсть, а в глазах не было тупой бессмысленной злобы, как у сородичей.

— Она поумнее диких и не такая злобная, — сказала Тощая Всадница Ночи. — Ой, сейчас мало таких. До Мардука-то у нас столько пород было!.. Я развожу только этих, хохлатых серебрянок. Они самые беспроблемные и подойдут для новичка. У меня и документы есть, на каждую.

Креол перевел взгляд на Хубаксиса. Не заменить ли его ручной Птицей Лэнга?

— Не надо, хозяин, демоны обманут тебя, — заподозрил неладное Хубаксис. — Эй, вы зачем обманываете моего хозяина?!

— Почему обманываем? — не поняли Тощие Всадники Ночи. — Все честно. Цена средняя по рынку. Возьми, всего две сотни.

— Пожалуй… нет, — произнес маг неохотно.

Он вспомнил судьбу Гасителя Света и Повелителя Ветров. Домашние животные у Креола как-то не заживались, только кот по имени Кот прожил долгие тринадцать лет и скончался по естественным причинам.

— Мне не нужны ни сапоги, ни животные, — сказал маг. — Лучше скажи, куда пойти, если я ищу своего родича.

— К Погонщикам Рабов, — пожал плечами Тощий Всадник Ночи.

— Он не раб… думаю. В Иреме есть места, где свободно живут смертные?

— Своего квартала у них нет, — любезно ответил Тощий Всадник Ночи. — Их не настолько много. И если твой родич таков же, как ты, то он, возможно, и жив все еще, но если так — о нем знают в Башне Бумаг. Там знают все и про всех.

Креол благосклонно кивнул низшему демону. Ему нравились такие существа — знающие свое место, не дерзящие, но и не раболепствующие чрез меру. Те, что порывались бухнуться на колени и начать лизать Креолу сандалии, его раздражали, а те, что в каждом слове и взгляде таили насмешку — злили.