Чтение онлайн

279

Сергей Редькин. Шустрые ребята

— И конечно же, убийца так и не смог расстаться с ним в силу его несомненной ценности, — съязвил адвокат Берштейн.

Увлекшись своими прениями, окружающие на какое-то время со-всем позабыли о господине дворецком И как оказалось зря . С кри-ком « Этого не должно было случиться, ведь я так надежно спрятал его!» последний выхватил кинжал из рук Ивана и вонзил в грудь ничего не подозревающему адвокату, поразив того этим ударом на-смерть, а затем попытался заколоть и себя, правда, безуспешно, по-тому что к этому моменту, уже придя в себя, прокурор и детектив без труда скрутили дворецкого. После того, как ему дали сильнодей-ствующее успокоительное, тот взял себя в руки и рассказал прав-ду о случившемся. Оказывается, главным зачинщиком был не он, а адвокат Берштейн. А всё потому, что покойница собиралась пере-делать своё завещание. Теперь она хотела всё оставить мужу своей покойной дочери, потому что решила простить его. Вот, когда она направлялась к нему, чтобы сообщить эту радостную новость, её и убили. И сделал это он. Ибо кто же добровольно откажется от та-ких денег, тем более в случае чего господин адвокат обещал при-крыть его за долю в тридцать процентов. И если бы не эта ошибка со стилетом, надо было утопить его в заливе, а не оставлять в камере хранения на морском вокзале.

* *

— Нет, вы с Марьей всё же великие сыщики, — сказал прокурор города Кронштадта и почесал свинку за ушком. Когда они все втроём вновь собрались в его кабинете, чтобы обсудить уже более подробно перипетии этого довольно запутанного дела. Ибо Акакию Аполлоно-вичу по-прежнему кое-что было не понятно.

— Так ты говоришь, что сосулька попала зятю в плечо случайно. Когда он склонился над уже мёртвой тёщей, чтобы узнать в чём соб-ственно дело. И так сильно его ранила, что он, испугавшись за свою жизнь, срочно поспешил к себе домой, чтобы подруга оказала там ему хоть какую-то медицинскую помощь.

— Совершенно верно.

— А что же он там тогда делал в такое неподходящее время? — Говорит, что ходил в ларёк за папиросами.

— И ты ему веришь? — А почему бы и нет?

280

VIII. Совсем гротески

— Полагаешь, он мог и в самом деле не знать, о том что тёща именно ему отписала своё имущество?

— Нет, думаю, скорее всего он мог подозревать о том, что заве-щание ею ещё не подписано. И стало быть у него не было причины желать её преждевременной смерти.

— Понятненько! А как же тогда обстояло дело со стилетом? Ты что действительно так быстро отыскал его.

— Что вы, Акакий Аполлонович, это даже для нас с Машенькой уже чересчур. Просто я знал, что мне предстоит искать и позаимство-вал похожий предмет из коллекции своего друга.

— Ну ты, Иван, и даешь!! А если бы он не раскололся??

— Всё равно бы мы победили только немного позже. Ибо наше дело правое!!

— Это ты сказал правильно. За такое не грех и выпить. И прокурор в очередной раз наполнил коньяком три стопки.

1 января 2010 г.

Дело об убийстве певца

Когда в самом известном из Кронштадских частных сыскных агенств, даже в самый разгар обеденного перерыва, раздался настой-чивый, нет скорее наглый звонок телефона, директор его, Иван Не-путин, сразу заподозрил, что подобный знак явно не предвещает ни-чего хорошего. И он не ошибся, звонила его очень хорошая знакомая.

И просила срочно помочь, ибо ей предъявили обвинение в убийстве.

А ведь она точно знает, что не делала этого. Машенька, — сказал Иван своей компаньонке, вот уже два года, как честно делившей с ним все тяготы и лишения их нелегкой бродяжьей жизни, — подожди меня тут, часа через два я непременно вернусь. После чего Путилин, наско-ро дожевав остатки обеда, срочно отправился в местное управление внутренних дел. А так как он был и там на хорошем счету, то его сразу же допустили к арестованной.

— Что случилось, Раечка? — спросил Иван у заплаканной, но всё ещё хорошенькой женщины примерно тридцати с небольшим лет ­отроду.

— Меня обвиняют в гибели моего бывшего супруга.

— Значит, оперного певца Шкоду всё же грохнули?! Ну и какие у них на тебя улики?

281

Сергей Редькин. Шустрые ребята

— В том-то и дело, что самые неопровержимые. Он был застрелен из зарегистрированного на моё имя оружия.

— Понятно, и какова версия следствия?

— Что я убила его, коварно заманив на вечеринку по поводу присвоения начальнику нашего воинского гарнизона звания контр-адмирала. А ведь я даже и не подозревала о том, что его тоже при-гласили.

— И как же ты это проделала?

— Намекают, что подкараулила, когда он удалился в мужской туа-лет и застрелила в упор, после того как он, сделав дело, собрался по-мыть руки.

— И не стыдно тебе взрослой девушке, околачиваться в мужском туалете?

— Но мне просто необходимо было переговорить с ним. Ведь он до сих продолжает распространять слухи о том, что это он меня бросил.

— А разве это неправда.

— Конечно, это я сама первая намекнула ему о том, что больше не намерена терпеть его альфонсовы замашки. Тоже мне нашелся су-перплейбой, а деньги в дом за него жена, значит, таскай. Нет уж, дуд-ки. И она, сложив из пальцев комбинацию под названием фига, ловко покрутила оной перед самым носом Ивана.

— И чего ты так перепугалась. Стой на том, что ты этого не дела-ла. Я надеюсь, они всё-таки не поймали тебя с поличным?

— В том-то и дело, что да! — Не понял??

— У меня действительно был с собой пистолет. Причём я из него недавно стреляла.

— Опять на спор хвасталась перед сослуживицами, что с двадцати шагов непременно попадешь в игральную карту.

— Точно.

— И когда ты это делала?

— Как раз перед тем, как бывший супруг отлучился в туалет. — Ясненько, — сказал частный детектив, — попытаюсь помочь. После чего, явно в расстроенных чувствах, покинул помещение,

где находилась задержанная.

282

VIII. Совсем гротески

* *

Машенька, похоже мы с тобой, наконец-то, обеспечены серьезной работой. Сказал Иван Путилин, вернувшись в свой офис, при этом он ласково взглянул на свою помощницу. И только затем уже почесал у неё за ушком. Закрыв глаза, свинка блаженно захрюкала.

— Рая, а ты не помнишь чего-либо необычного, происшедшего с тобой во время гулянки.

— Постой, постой, кажется, что-то припоминаю. Похоже, я с кем-то столкнулась, ну да, именно тогда, когда шла к туалету.

— И кто это был?

— Кажется, какая-то женщина. По-моему, я видела её и раньше. — Акакий Аполлонович, дайте, пожалуйста, указание о том, что-бы меня, наконец, допустили ко всем результатам следствия по делу

гражданки Шкода.

— А что Машенькин нос снова учуял, какую-то неточность. — Очень надеюсь, что да.

— Хорошо, так и быть распоряжусь.

Когда спустя двое суток Иван Непутин снова появился в кабинете главного прокурора города Кронштадта, лицо его сияло откровенным торжеством.

— Ну и как успехи? — поинтересовался Акакий Аполлонович. — Считайте, что дело уже в шляпе. Гнуснинский только что по-

слал людей, чтобы арестовать настоящего убийцу. — Несомненно по вашему наущению.

— Я предпочёл бы не распространяться об этом.

— Ладно, больше не буду. А теперь расскажите-ка поподробнее, как вам удалось распутать и это дело?

— Прежде всего я начал с того, что пристально изучил пулю, ко-торой был убит господин певец. И пришёл к выводу, что похоже ею стреляли дважды. Потому как следы от ствола на её рубашке были немного затерты.