Чтение онлайн

«Надо было желание загадывать! Никогда я не успеваю! Всегда вспоминаю, когда уже поздно!» — подумал он с сожалением.

И Андрей решил подождать, уже заранее приготовив своё сокровенное желание и готовый в любую секунду сказать его вслух.

Пока он, задрав голову, внимательно следил за метеоритами, десятки спутников пролетели мимо. Причём два из них — в направлении, противоположном всем остальным.

— Сами по себе летят. Как Николай. Или как я… — тихо проговорил он вслух. — Надо же, и в небе люди уже изрядно наследили. Скоро там тоже не останется заповедных уголков. Везде нагадят, намусорят, подобно этим старателям! Человек совершенно не вписывается в созданный природой мир и даже не понимает, что всеми своими поступками разрушает гармонию, мешает почувствовать вечное, отвлекает душу от главного — созидания! «Человек природе не нужен, это природа нужна человеку!» — прав был егерь в Восточном Саяне, говоривший эти слова. Господи, как прав! Но когда же люди наконец осознают эту простейшую истину и перестанут жить, потакая сиюминутным желаниям и слабостям!..

Андрея уже трясло от холода. Температура, похоже, не превышала пяти градусов. Но все метеориты куда-то пропали. И он решил, что нет никакой разницы: сказать своё сокровенное желание во время падения «звезды» или после него. И он, обращаясь к тому месту, где пять минут назад прочертил небо самый яркий метеорит, чётко произнёс:

— Я хочу, чтобы все, кого я люблю и кто мне дорог, были здоровы и счастливы!

И когда Андрей произносил последние слова, упала ещё одна «звезда». Она пронеслась немного левее, но он был уверен, что это знак, что просто так ничего в жизни не случается! А поэтому — его сокровенное желание непременно исполнится!

И с этими мыслями окончательно замёрзший Андрей вошёл в тёплый вагончик и плотно затворил за собой дверь. Теперь внутри не казалось так душно и жарко. Печь весело потрескивала, но он не захотел подкладывать в неё дров, хотя об этом его и просил Николай.

«Ничего, быстрее проснёмся!» — подумал он, застёгивая спальник.

Николай продолжал тихо похрапывать во сне. Он не слышал, как скрипела под его соседом ужасная кровать, как тот выходил из вагончика и загадывал желание, он спал без сновидений, как спят уставшие за день люди, которым завра предстоит мерить по тайге и перевалам долгие непростые километры.

Через три минуты уснул и Андрей, быстро согревшись в тёплом сухом спальнике.

Проснулись они только в девять. По крыше барабанил дождь, и в некоторых местах с потолка вагончика лились тонкие струйки воды. Одна из таких струек попадала Андрею на спальник. Он быстро поднялся и убрал уже изрядно подмоченный мешок в сторону.

— Мы с тобой не проспали? — с волнением сказал Андрей, обращаясь к соседу, который в этот момент тоже подымался с кровати.

— Нормально. В одиннадцать выйдем — как раз успеем на «бичевоз»! — ответил, зевая, Николай. Он был спокоен и уверен в себе. Вечерние разговоры не оставили и следа в его настроении. Андрей всегда завидовал людям, которые могут так быстро переключаться. У него всё получалось гораздо сложнее — если какая-то мысль тревожила его, он становился её пленником на многие дни, пока проблема каким-то образом не решалась.

— Давай, я омлет сделаю. У нас тут есть немного яичного порошка! — предложил Андрей, вытащив из рюкзака пакет с продуктами.

— Ладно. Я тогда костёр разведу. Печь топить не будем, — бросил Николай на ходу, открывая дверь.

— Там дождь! — крикнул ему вдогонку Андрей, но тот уже вышел из вагончика и его не слышал.

Погода резко изменилась. Ночное звёздное небо с падающими метеоритами теперь казалось сказочным сном. Температура воздуха была по-прежнему очень низкой. Пришлось под энцефалитный костюм надевать термобельё и толстый свитер, а сверху — резиновый плащ. Рюкзак от этого, конечно, стал легче, но общий вес на плечах был примерно таким же.

В какой-то момент дождь почти затих, и Андрей достал фотоаппарат и сделал пару снимков Николая на фоне вагончиков. Это были первые фотографии после падения Виктора.

«Я возвращаюсь к жизни! — думал по этому поводу Андрей. — До сих пор даже мысль заняться фотографией казалась мне странной. Это хорошо!»

Завтракали внутри вагончика, который сильно заливало водой сквозь дырявую крышу. Капли со звоном падали на пол, на металлические сетки-кровати, на остывающую печку. Да и самим приходилось уворачиваться то от одной наиболее сильной струйки, то от другой.

— Да, прохудилось жилище. Надо бы подлатать! — сказал Николай, смотря на потолок.

В половине одиннадцатого путники двинулись по тропе вдоль Баронки. Дождь разошёлся с новой силой. Земля была мокрая, скользкая, кусты и высокая трава тут же намочили штаны, и ощущение холода и сырости не покидало Андрея весь этот долгий день.

Николай шёл очень быстро. Он виртуозно прыгал по камням, нагибался под ветвями стланика, обходил наиболее густые заросли. Тропа была хорошо набита, но вскоре начались бесконечные броды через Баронку, и тут проводник показал настоящее мастерство, с точностью угадывая места для переходов. Создавалось ощущение, что он ходил по этому пути каждый день!

— Ты сколько раз здесь бывал? — не удержавшись, поинтересовался Андрей.

— Раза четыре, — ответил впереди идущий Николай. — Тут главное — не упустить броды! В первый раз я намучился: тропу на камнях не видно, она скачет с одного берега на другой, короче, весь день прыгал!

Старые стоптанные сапоги Андрея ужасно скользили. Но он не хотел мочить единственные ботинки, ведь сегодня придётся в чём-то ехать в поезде, а затем ходить по посёлку. И Андрей, еле поспевая за проводником, много раз поскальзывался, терял равновесие и падал. Николай не оборачивался на грубые слова, невольно вылетавшие в эти моменты из его уст. Он был озабочен одним единственным — бродами через реку. Он растворился в тропе, в этом ужасном пути, в бесконечно льющем дожде! И Андрей всеми силами старался не отставать от своего товарища, хотя давалось ему это с огромным трудом.

В одном месте, где Николай переходил через реку, прыгая по большим скользким валунам, Андрей, старающийся с точностью повторять все его движения, не рассчитал и промазал ногой мимо одного из камней. И тут же всем телом угодил в воду, больно ударившись коленкой и рукой.

Николай, услышав позади себя грохот, только крикнул, не оглядываясь:

— Живой?

— Да! — с остервенением прорычал Андрей, подымаясь и продолжая бежать вперёд уже по воде, не обращая внимания на то, что сапоги заливает через верх. На самом деле, разницы, где идти, давно никакой не было. Он промок до последней нитки, по спине и груди лились потоки холодной и противной воды, а портянки можно было выжимать каждые две минуты. Он не сетовал на дождь, на погоду, но у него вдруг появилась какая-то незнакомая ему до этого злость на Виктора, по чьей милости ему приходилось терпеть все эти «прелести жизни»!

«Кто тебя просил лезть к этому ручью? Ты ведь сам мне постоянно повторял: “Главное — осторожность и внимание!” И где была твоя осторожность, когда ты пошёл снимать свой дурацкий ручей? Ты о чём-нибудь подумал, кроме фотографии, ты обо мне подумал?..»

Через минуту Андрей слегка успокоился и уже ругал себя за то, что даже в мыслях позволил себе так рассуждать. Конечно, это с каждым могло случиться, никто не застрахован от несчастья. Вот только интересно, Виктор смог бы точно так же, как он сейчас, бежать за Николаем по камням?.. На этот вопрос Андрей затруднялся ответить. Ему казалось, что у его товарища давно бы закончились терпение и силы!