Чтение онлайн

— Вы поймите, я спрашиваю это не из простого любопытства, а намерена серьёзно поставить перед европейской общественностью вопрос о широкой финансовой поддержки борцов за независимость и свободу. Но первый же вопрос мне зададут — сколько это будет стоить? Что я должна на него ответить? Иначе это будет простое сотрясение воздуха.

— Чувствуется, что вы, мисс Керби, настроены по — деловому! — прочувственно похвалил Фатхи.

Они ещё долго обсуждали формы сотрудничества с европейской и мировой общественностью, и Фатхи обещал подготовить цифры и предложения по способам финансирования к следующей встрече. По окончанию встречи девушек отвезли обратно в дом Саламбекова, где они должны были сделать из речи интервью, разделив её своими вопросами. Договорились встретиться через два дня, так как работа предстояла большая. Но главное, за это время они должны хотя бы немного ознакомиться с городом, из которого предстояло выбираться с боем, если всё сложится не так, как хотелось бы.

— Интересный, всё — таки, человек этот Фатхи! Террорист — либерал, борец за свободу и права человека, — сказала Лена, когда они прослушивали запись. — Оказывается, террористы не только исповедуют, но и защищают либеральные ценности.

— Не одним же западным интеллектуалам эксплуатировать словоблудие, — согласилась Лариса. — Либерализм вообще гибкая штука, он позволяет дифференцировать террористов на хороших и плохих. Плохие — это те, которые взрывают их, а хорошие — те, которые взрывают других по политическим соображениям. Это как с грабежом банка. Просто ограбить и пропить — это грабеж. А ограбить, объявить, что деньги пойдут на политическую борьбу, а потом уже пропить — это называется экспроприацией. И это впоне легитивно.

С Ризваном Саламбековым девушки легко договорились об экскурсии по городу — видимо, Фатхи остался доволен беседой, поэтому к иностранным журналисткам было самой трепетное отношение. В пешеходной прогулке по городу их сопровождали переводчик и четверо чеченцев с автоматами. Заходить на базар охрана отказалась.

— Ткнут в толкучке ножом, и мы не уследим. А мы за вас головой отвечаем, — пояснил переводчик, но девушки не очень и настаивали.

Лена вела обстоятельную беседу с переводчиком о достопримечательностях города, а Лариса пыталась совместить в памяти карту с местностью, чтобы уточнить пути отхода, которые они прорабатывали на базе во время подготовки. Если повезет и уходить будут на машине, то на улицу Ленина или Титова даже соваться не следует — там повсюду разгуливают боевики с автоматами, а некоторые из них даже с гранатометами. А вот на юго — восток от центра, где находятся жилые кварталы, можно будет скрыться. И по улицам Асламбека и Больничной вырваться из города. Возле Урус — Мартановского перекрестка проходит трасса Ростов — Баку, но на неё выскакивать не стоит — именно на трассе их и будут ловить.

Вероятные пути отхода они наметили ещё на базе, но приблизительно, так как времени на подготовку отвели мало — что можно успеть за три недели? Но больше не давали, так как поджимали сроки — кто — то на большом верху требовал разобраться с Фатхи. Им там легко быть жесткими и решительными, сидя у себя в кабинетах. Возможно, под пулями они стали бы другими — когда штаны полные, то выглядеть жестким и решительным затруднительно: дерьмо стекает по ногам и запах скверный.

— Эра милосердия ещё не скоро придет, хотя непонятно, что под этим подразумевается, — сказал как — то Никитич, прапорщик с базы спецназа в Чучково, когда девушки, как обычно, угощали его чаем. — Мир становится всё подлее и подлее. В древности те, кто объявил войну, сражались впереди войска, терпели вместе с ним все невзгоды и опасности. Но в последние пару — тройку сотен лет всё изменилось: руководители государств и вдохновители войн отсиживаются в тылу, уверенные в своей безопасности и безнаказанности. Главнокомандующие и просто командующие руководят армиями из безопасных мест, а командиры частей прячутся за спины солдат. Не защищены только солдаты и народ — им негде и не за кого спрятаться. Кстати, главари террористов тоже следуют тем же правилам, что и государственные деятели — отдают приказы об убийствах мирных людей из безопасных убежищ.

Никитич удивлял девушек оригинальностью своего мышления. С первого взгляда, вроде бы простой и незатейливый, но, как это часто бывает с деревенскими мужиками, на поверку оказался человеком хитрющим, многоопытным и "себе на уме".

— А в четырех километрах южнее селения Грушевое, в долине реки Мартан, находится соленый источник, — рассказывал тем временем переводчик внимательно слушавшей его Лене. — Он выбивается из вертикального колодца глубиной около 7 метров на правом берегу реки и дает начало ручью, который течет в реку Мартан. Источник с давних времен используется в лечебных целях.

Лариса мельком взглянула на Лену и удивилась, с каким интересом та внимала переводчику. В разговор были втянуты и четыре охранника, поэтому Лариса могла спокойно осматриваться по сторонам, не привлекая к себе внимание сопровождающих. Если операция пройдет удачно, то за неё и наградить могут. Хорошо бы только не посмертно! А будет ли Вадим плакать, когда узнает, что она погибла? Хотя как он об этом узнает? Ах, да, тетя Лида подруга Таисии Тихоновны. Интересно, побывала ли она в Сибири у своей подруге?

Конечно же, если с ней что — то случится, то Вадька, безусловно, расстроится. Но надолго ли? А потом утешится с какой — нибудь девицей и забудет, что была такая Лариса. В груди у неё шевельнулось забытое чувство ревности. Ревность они с Ленкой испытали в далеком детстве, когда приревновали тётю Лиду к Андрюшке. Потому что были маленькие и глупые. Но потом немного подросли и поняли, что он её родной сын, а они просто… И ревность прошла, так как им некого и не к кому было ревновать. Их только двое — она и Ленка в этом злом мире. У многих детей в детском доме были родители — одни пили, другие сидели, но к детям иногда приходили бабушки, дедушки и другие родственники. И было совсем немного тех, у кого не было никаких родственников и родители были неизвестны. Такими были и они с Ленкой, но всех убеждали в том, что Овсянниковы их дальние родственники. Поэтому, мол, и приезжают так часто, и к себе на праздники забирают. Им не верили и они дрались, пытались доказать, что не одиноки, а как все люди имеют родственников. Но потом и это прошло.

Тетя Лида, настаивая на том, чтобы они готовили себя в артистки, записала их в кружок самодеятельности в школе. Вначале им там очень понравилось, но ужиться с другими девчонками не смогли. Может потому, что были одеты беднее всех, а дети это очень чувствуют? Или потому, что детдомовские чем — то отличаются от других детей? Их оттуда выгнали, когда Ленка расквасила нос одной высокомерной девчонке. За девчонку вступился мальчишка из кружка, и тогда Лариса тоже ввязалась в драку. Как их после этого ругала Лидия Афанасьевна! Они тогда с Ленкой очень испугались, боялись, что она их бросит, и больше никогда не будет забирать к себе.

Лариса попыталась отбросить все посторонние мысли. Самое важное в данный момент — это наметить пути отхода. Если им придется тащить с собою этого араба Фатхи, то придется очень туго. Его просто так не отдадут и будет та ещё рубка! Хотя бы Вася Буланов вовремя подоспел, потому что им с Ленкой надо уцелеть во что бы то ни стало — ведь это раньше они были одиноки, а сейчас есть люди, которые их любят и ждут. Её ждёт Вадька, её ждёт Таисия Тихоновна и они с Ленкой просто так не сдадутся. Обязательно уцелеют, сколько бы не пришлось положить народу, потому что есть ради чего, потому что их ждут!

Марина шла на вечеринку к Роману, хорошо подготовившись к встрече с Митей. Она уже знала, что ему скажет и как будет себя с ним держать. Адрес, который записал ей Роман, она нашла быстро. Дом совсем недавно был построен по специальному проекту, и знакомые рассказывали, что квартиры в нём продавались по баснословным ценам. Было интересно посмотреть, как живут новые буржуи, и Марина с интересом разглядывала богатое убранство большой прихожей и огромной комнаты, в которой гремела музыка. В углу около балконной двери стоял небольшой стол с бутылками и закуской.

— Проходи, не стесняйся, — сказал Роман. — Здесь все свои.

В комнате находилось совсем немного гостей: Оксана, Карина, два парня из их группы, имена которых она пока не знала, а также одна незнакомая пара.

— А где остальной народ? — спросила Марина, и Роман пожал плечами.

— Они решили где — то собраться, чтобы придти всем вместе. Скоро должны подойти. А пока проходи к столу. Стол у нас шведский, каждый сам себе накладывает что хочет.

— И стол шведский и любовь по — шведски, — засмеялась Карина, и Марине от её юмора стало немного не по себе.