Чтение онлайн

Мария развернула рисунок ко мне.

– Когда ты их нарисовала?

– Дня три-четыре назад.

– Со старого черно-белого исходника?

Я слегка сжалась, Васька тоже оторвалась от своих смс-ок, взглянув на меня. Я и сама понимала насколько необъяснимо-странная история с этой картиной вышла.

– Лиса, покажи фотку, - тихо попросила подруга по-русски, - Мария, наверняка, быстрее нас с тобой разберется в происходящем.

Я вздохнула и полезла в нетбук, нашла фотку, с которой рисовала, развернула монитор лицом к родственницам.

– Вот исходник, как получилось то, что получилось, я не знаю.

Родственницы застыли. Опять.

– Вы только познакомились, - констатировала Мария, разглядывая нашу с Андреа фотографию.

– Пару минут назад, - подтвердила ее гипотезу, - он сначала мне просто понравился, как красивый, яркий типаж, попросила Василину подсесть к нему, чтобы я их сфотографировала, а потом нарисовала, но она отказалась, пришлось самой…

– А потом?

– Потом что-то произошло, - неохотно вспоминала я, - не знаю что, вернее догадываюсь что именно, но точно не уверенна.

– Что?

– Я почувствовала очень сильные эмоции и чувства к нему, но не конкретно к Андреа, а…, - не знала я, как объяснить, что со мной происходило.

– К его душе, - спокойно закончила Мария.

– Может и так, - неохотно согласилась.

– Все-таки Марк и Василиса перевоплотились, - рассуждая вслух, задумалась она.

– Не уверена, - я твердо посмотрела в глаза ей.

– Я тоже не уверена, - досадливо поморщилась, - тогда что?

– Не знаю. Не могу понять, что именно не так…

– Ты просто расскажи, что тебя смущает, а я попробую разобраться.

– Я могу допустить, что у меня душа Василисы, я ловлю ее чувства, ее эмоции. Когда смотрю на эту картину, чувствую отношения вот этого Марка, - указала пальцем какого именно, - к Василисе и ее чувства к нему. И поначалу что-то подобное, очень сильное было к..., может ты и права, к душе Андреа, хотя не уверена. Тогда были чистые чувства Василисы к Марку, а Андреа… ну… что-то вроде связующего звена.

– А почему ты думаешь, что это не душа Марка? – задумалась Мария.

– Если это душа Марка, то я не та Василиса. Марк был…. – задумалась, вспоминая ощущения Василисы от него, - мягким, с открытой душой и любящим.

– Ты права, я тоже его помню, как очень спокойного, мягкого человека с грустными глазами, но в то же время, он был очень сильным. Семейный капитал сделал он, слабый человек не смог бы в послевоенное время, когда в стране творился беспридел укрепить свой капитал.

– А может быть так, что души не помнят друг друга, когда встречаются? – это Васька.

– Может, но отторжения, как правило, нет. И потом, это все-таки души, тонкий план, а жизненный опыт – это, земная жизнь.

– Нет, Мария, у меня двойственное к Андреа отношение, с одной стороны, меня привлекает его харизматичность. С другой, я его боюсь и эта сторона, это уже чувства Василисы, я знаю, что он мне ничего не сделает, но я боюсь, что он мне причинит вред, не физический вред… ну, словно, посадит в клетку. Обманет во благо… И подобное чувство к Марку никак не применимо, это скорее к Антону.

– Антон? – Сильвана дала о себе знать.

– Брат Марка, – пояснила.

– Анто-о-он? – задумалась Мария и, кажется, впала в кому.

Я подождала, еще подождала. Мария думала, Сильвана разглядывала родственницу. А я отошла к окну выбирать фотки с мафиози.

– А что с Антоном? – пришла в себя Мария.

– А что вы знаете о нем?

– Только то, что это брат Марка.

Рассказала все, что знала о непростых отношениях этой троицы, Сильвана воспылала праведным гневом к Антону, Мария по-прежнему размышляла, что-то сопоставляя в уме. Васька смиренно вздыхала, дождик набирал силу, магазины ждали.

– Странно, - дала о себе знать гадалка, - подобное возможным, если бы они были сильно привязаны друг к другу. Братья были близки?

– Понятия не имею, - отмахнулась я, уже выбрав фото и установив холст.

– С другой стороны, ты могла стать якорем между двумя братьями.

– Не я, - поправила неточность.

– То есть, - не дала себя сбить с мысли Мария, - Василиса чувствует от Андреа опасность, как от Антона?

– Да, можно и так сказать. Поэтому теория «Марк + Василиса = вечная любовь» не выдерживает условия реальности.

Мария усмехнулась.

– А ты знаешь, что у Андреа есть второе имя?

– Какое? – мне не особо было это интересно.

– А ведь точно, - оживилась Сильвана, - вот это да! – обалдела, чем привлекла мое внимание.

– Даниелла назвала первенца Андреа, но крестили его в день Святого Антониа, на крещении было всего пять младенцев, и священник всех нарек Антонио, сестра тогда растерялась, молодая была, не стала поправлять, в метрики пришлось записать двойное имя: Андреа-Антонио.

– Антон! – обалдели мы с Васькой в один голос и переглянулись.

– Это что? Указующий перст? – уточнила подруга.

– Знать бы точную дату смети этого Антона, - задумалась Сильвана.

– Не обязательно, можно и так выяснить.

– Если душа обиженного Антона досталась Андреа, тогда становится понятной реакция Андреа на мое отсутствие, он словил эмоции предка, когда Василиса забрав детей скрылась.

– Ну да, - это Сильвана, - он, если честно, был невменяемым, ходил потерянный по номеру из угла в угол, повторяя: «Она все-таки меня бросила».

– О! Точно Антон! – порадовалась непонятно чему я, - но нам с Василисой его внимание обеим не приятно!

– Это не проблема, можно разъединиться.

– Здорово, - порадовалась я и за Андреа, и за себя, - разъединяйте его, с Василисой я сама договорюсь, ее память мне сильно не мешает, скорее, помогает восстановить пробелы.

– Давай вместе разберемся, - предложила Мария.

– Если честно, то не очень хочется мне лезть в тайны столетней давности, - призналась, - если Василиса посчитала нужным, возможным, скрыть что-то для безопасности себя и своих близких, то это ее право. Смысл копаться во всем этом сейчас?