Чтение онлайн

– - Повышение температуры тела, изменение цвета и формы глаз - обычная реакция оборотня. Раздражение, гнев, ярость, боль, радость, страсть - все сильные эмоции заставляют оборотня показать свою истинную сущность. Из-за чего ссорились?

– - Она назвала меня сумасшедшей... не прямым текстом, конечно, но...

– - Она задавала щекотливые вопросы, на которые ты не могла дать ответа.

– - Да.

– - Но теперь-то она тебе верит?

– - Еще как.

– - Нина, ты хоть понимаешь, как рискуешь, доверившись ей?

– - Она моя подруга. Она помогла мне найти большую часть всех ингредиентов и ей было интересно только одно, во что я вляпалась, и как мне можно помочь.

– - Я могу быть и не прав, - задумчиво протянул великовозрастный парень, - но твоя подруга не сможет долго держать язык за зубами.

– - Не сомневаюсь.

– - Что?
– руки Франа застыли на моих лопатках, - Я не ослышался?

– - Нет. Она обязательно кому-нибудь растреплет. Но то, что у нее из этого получиться, даже фантастикой не назовешь - истинный бред сумасшедшего.

– - Она так плохо умеет рассказывать?

– - Так сильно привирает.

Фран хмыкнул, положил руки у основания шеи, провел вниз до локтей, вызвав мириады мурашек и взявшись за края ворота, накинул халат мне на плечи.

– - Все, я закончил.... И оденься.... простудишься.

 ***

Ночью Франчиаса разбудил крик. Он проснулся моментально. Схватил меч, лежащий на табуретке у дивана, и выскочил в коридор. Осторожно приоткрыл дверь в комнату Нины. Девушка спала крепким, но тревожным сном: она громко вскрикивала и металась; влажные от пота короткие пряди топорщились, губы кривились, а руки мертвой хваткой вцепились в истерзанное одеяло.

Мужчина положил меч на тумбочку, вырвал у Нины располосованное одеяло, перевернул нетронутой стороной и накрыл скорчившееся на белых простынях тельце. На ней только легкая ночная сорочка до пят, и сквозь полупрозрачную ткань просвечивают белые кружевные шортики.

Еще когда ложились спать, она долго возмущалась, что из-за чешуек не сможет надеть любимую теплую пижаму в цветочек, а без нее она совсем замерзнет. Бормотала то она себе под нос, но слышал он ее превосходно. И она действительно замерзала.

Фран обреченно вздохнул и сходил в гостиную за одеялом. Аккуратно, чтобы ненароком не разбудить, пододвинул Нину к стенке, лег рядом и укрыл ее и себя. Человечка дрожать не перестала, но чуть успокоилась и потянулась к теплу. Фран переместил ее голову себе на плечо, приобнял. Во сне Нина испустила тихий вздох облегчения и положила влажную ладошку ему на грудь. Фран свободной рукой убрал прилипшие прядки с ее щеки. Нина завозилась, устраиваясь поудобнее. Вдруг повернула голову и потерлась носом о его ладонь.

– - Максим, - прошептала она. Нежнейшая улыбка блуждала у нее на губах.

Глирт замер, но сообразив, что Нина просто говорит во сне, выдохнул.

– - Ох, Нина. Язык твой - враг твой, - прошипел Фран и закрыл глаза, - Спи, шини. Завтра трудный день.

 ***

Хм, утро началось с того, что кто-то ни свет, ни заря, выбрался из моей постели. Я разочарованно засопела, расставаясь со своей большой грелкой, и протянула руки, чтобы вернуть ее назад. Кто-то тихо засмеялся и пообещал приготовить завтрак. Я снова провалилась в сладкую дрему.

– - Просыпайся, завтрак остынет.

Я открыла глаза и с недоумением узрела довольную донельзя физиономию глирта. Он сидел на корточках у моей постели, щурил золотые глаза и хитро улыбался. Черные, как воронье крыло, волосы свободно падали на плечи и казались вполне густыми и ухоженными - совсем не тот куцый хвостик, который я видела вначале. Опустила взгляд ниже на крепкую юношескую грудь. Отметила красивый рельеф мышц. Хмыкнула. Опустила взгляд еще ниже. Джинсы не застегнуты на две верхние пуговицы и чуть приспущены на бедрах. Соблазнительно, блин.

– - Доброе утро, - осипшим голосом выдавила я.

– - Кому доброе, а кому-то ночью отлежали руку.

– - А что ты делал в моей постели?

– - Отогревал одну, мучающуюся кошмарами, человечку, - нахмурился Фран.

– - Что-то не так?

– - Вставай, поговорим на кухне.

Я выползла из-под двух одеял и быстренько натянула домашние штаны цвета хаки и канареечного цвета кофту с изображением всклоченного рыжего медведя. Мультяшный зверь выглядел сонным и над головой у него парили три буквы "z". Папа подарил мне ее на день рождение лет десять тому назад, но я до сих пор с удовольствием ее ношу. Павел страшно бесился, когда я ее надевала, говорил, что я слишком заигралась в детство и не желаю замечать очевидного. Это он о моем возрасте. Однако его речи на меня действовали совсем не так, как он хотел бы, и я продолжала носить ее уже ему назло.

– - Симпатичный мишка, - увидев мой наряд, улыбнулся глирт.

– - Спасибо, - улыбнулась я ему в ответ, - Хотя, я сомневаюсь, что ты действительно так считаешь... Мне приятно.

– - Почему же? Вы сейчас очень похожи, осталось только подрисовать буквы на стене.

– - Неправда, я выспалась... может быть, - подавив очередной зевок я вошла в кухню, где пахло весьма аппетитно.

– - Садись.

– - Ты, что, серьезно приготовил завтрак?
– с удивлением покосилась я на глирта.

– - Да. А, что тебя удивляет?

– - Все, - искренне заявила я, присаживаюсь к столу, - Начиная с того, что ты умеешь готовить и пользоваться современной плитой, заканчивая тем, что ты решил приготовить нам завтрак.

Фран поставил передо мной тарелку с теплым салатом из куриной печени с кабачками и яйцом пашот; нарезал в плетеную корзиночку, грустящий еще горячий хлеб; налил в кружку свежезаваренный ароматный кофе, и сел напротив. Моя челюсть брякнулась на пол и завалилась куда-то под стол. Феноменально!

– - Фран, можно я на тебе женюсь?
– благоговейно посмотрела я на глирта.

Он закашлялся, подавившись смехом и обворожительно улыбнулся.

– - Можно попробовать.

– - Невероятно, - положив вилку с салатом себе в рот, промурлыкала я.

– - Ну, готовить я умел еще лет с пятидесяти, - решил объясниться Фран, - Я постоянно крутился на кухне и совал свой любопытный нос во все, до чего только дотягивался. В конце концов, моей кормилице это надоело, и она решила научить меня готовить. Мне понравилось. А вскоре я превзошел даже нашего семейного повара.