Чтение онлайн

— Два, — еле слышно ответил старшекурсник.

— Два, — согласно кивнул Елецкий. — И вы, все четверо, получаете ещё по одному предупреждению, за сегодняшний беспорядок. И получается, что у тебя, Салтыков, уже три предупреждения. А это что значит? Не слышу?! Молчишь? Ладно, тогда отвечу сам. Это значит, что с сегодняшнего дня, ты больше не являешься студентом моей академии!

— Но Горислав Михайлович! — испуганно вскинулся Салтыков.

— Молчать! — рявкнул директор так, что мы все аж отшатнулись. — Решение окончательно! Теперь что касается остальных. Зарубин, у тебя уже второе предупреждение. Что будет после третьего — ты только что видел. Каменев и Северский. Вы умудрились побить все рекорды. Заработали по первому предупреждению в первую же учебную неделю. Поздравляю вас! Ах да, чуть не забыл! Со всех четверых штраф по десять золотых рублей. За драку. А тебе Салтыков я позже пришлю счёт. Как только подсчитаем ущерб от твоих техник. Сейчас же можешь идти собирать вещи.

Директор ещё раз обвёл всех нас взглядом, и пошёл к выходу. Но уже на пороге обернулся.

— Северский! Жду тебя через полчаса в своём кабинете!

И наконец-то ушёл.

— Офигеть! — выдохнул Богуслав, проводив директора взглядом.

— Есть такое, — согласился я.

— Северский! — заорал вдруг Салтыков, развернувшись ко мне лицом. — Ты труп! Понял?!

— Не горячись, Петь, — придержал его за плечо Зарубин. — Не надо сейчас с плеча рубить.

— Да пошёл ты! — скинул его руку Стихийник. — Из-за тебя всё это! Кто кричал — Бей? Я и бил! И что теперь? Не друг ты мне больше, понял?!

Зарубин даже на шаг назад отошёл от его напора, непонимающе хлопая глазами. А Салтыков снова повернулся ко мне.

— А ты Северский труп! Я, боярич Салтыков, объявляю тебя врагом рода! И не только тебя, но и всех твоих родных и близких! Вы все покойники! Мы найдём каждого, кто тебе дорог!

Отчего-то после его слов я сразу подумал об Эльзе. И такая злость взяла, что захотелось свернуть шею этому наглому щенку! Но ещё я вспомнил, что я не просто студент, а боярин. И, кажется мне, что не стоило об этом вообще забывать. Не дадут мне побыть беззаботным студентом.

— Ты хорошо подумал, Салтыков? — процедил я, вскинув подбородок и расправив плечи. — И можёшь ли ты говорить за свой род?

— Я могу говорить за свой род! — буквально выплюнул слова Стихийник. — И уже сказал! Ты покойник!

— Услышал тебя! Что же, клянусь честью, я этого не хотел! Я, боярин Северский, объявление войны от рода Салтыковых услышал и принимаю. Бойся, Петя!

Не спешите с выводами!

Владимир Северский

— Маркус, подожди! — догнал меня здоровяк и пошёл рядом.

Я только-только вышел на улицу. Причём ушёл очень быстро, иначе не факт, что сдержался. Очень уж хотелось свернуть Салтыкову шею. Такая злость навалилась, что аж в глазах темнело.

Это надо же, какой ушлёпок! Сам напился, сам накосячил, а виноват Северский? Кстати, интересно, почему именно я? Так-то дрался с ними преимущественно Богуслав. Подстрекал его Зарубин. Выгнал директор. А виноватым он решил сделать меня. Очень неосмотрительно. Мог бы хотя бы подумать, отчего я такой молодой, а уже боярин. Или он исходит их того, что если такой шкет является главой рода, то род точно слабый? Впрочем, не важно.

Тут вообще может никакой логики и не быть. Молодой, горячий. Выпил, огрёб, вылетел из академии. Зол на весь мир, а я просто под руку подвернулся. Но чёрт подери! Как же меня выбесили его слова! И директор выбесил! И академия эта сраная!

— Маркус, ты в порядке? — поинтересовался Каменев.

— В порядке, — рыкнул я в ответ.

— Я и вижу, — хмыкнул он. — Ладно, твоё дело. Я просто сказать хотел… За моей спиной сейчас нет рода. Я теперь сам по себе. Думаю, что даже если меня убьют, то никто мстить не придёт. Но, тем не менее, я с тобой в этой войне. Этот Салтыков определённо не прав. А так как всё отчасти из-за меня…

— Ты-то тут причём? — остановился я и удивлённо посмотрел на парня.

— Ну я же их там пинал по коридору, — смутился Каменев. — Пусть и недолго.

— Вот уж кто-кто, а ты тут точно не при делах. Просто у этого дебила вообще никаких тормозов нет.

— Не важно, — чуть-чуть подумав, покачал головой здоровяк. — Просто покажи, где именно мне ударить и я ударю. Понимаю, что в войне толку от такого как я мало. Но в стороне не останусь!

— Вот как… — пробормотал я, пристально всмотревшись в его лицо. И не увидел там ни капли сомнений. Он действительно пойдёт воевать за меня. — Ты не передумал ко мне в боярские дети идти?

— Не передумал, — вообще не думая ответил Богуслав.

— Тогда считай, что принят. Только оформим всё позже. У моего рода не самые спокойные времена.

— Я понимаю, — кивнул он. — Война…

— Да не будет никакой войны, — отмахнулся я. — По крайней мере — пока не будет.

— Как?! — искреннее удивился парень. Даже сильнее, чем когда я его в род принял.

— Да вот так, — хмыкнул я. — Если этот Петя идиот, то это не значит, что весь род Салтыковых такой. Никто не будет начинать войну из-за пьяной драки в академии.

— А зачем же ты сказал, что принимаешь объявление войны?

— Ну, во-первых, по-другому в данной ситуации я поступить не могу. Иначе подумают, что боярин Северский струсил. Во-вторых, если война уже объявлена, то вира, которую я стрясу с рода Салтыковых, которые точно придут извиняться за своего оленя боярича, будет намного больше, что если бы мы просто полаялись. Ну и в-третьих, хоть это и маловероятно, но родственники этого дебила Пети могут оказаться такими же идиотами. И, подумав, его слова подтвердят. А так как война уже объявлена, то можно будет бить первым, не дожидаясь, когда удар нанесут они.

— То есть, война всё-таки возможна? — уточнил здоровяк. Правда, с таким выражением лица, словно я его окончательно запутал.

— Война всегда возможна. Даже если тебе вообще войну никто не объявлял. У меня сейчас как раз такая ситуация. Кто-то со мной воюет, а вот кто — я понятия не имею. И те же Салтыковы могут попросту воспользоваться ситуацией. Да и не только они.

— Знаешь, мне кажется, что ты прав, — немного подумав, произнёс Каменев.

— Насчёт чего? — уточнил я.

— Насчёт того, что Салтыковы не будут воевать. Я вот представил себя на месте этого Пети. Да меня бы батя убил просто, если бы я, по собственной глупости, род в войну втянул.

— Не факт, — покачал я головой. — У меня уже была подобная ситуация. Конфликт с одним парнем в гимназии. Так вот его отец решил меня попросту убрать. За то, что дитятку его обидел. Без всяких объявлений войны.

— И что? — заинтересовался Богуслав.

— Ну как что? Убрал. Да шучу я, чего ты так удивляешься? — рассмеялся я, глядя на офигевшего Каменева.

— Шуточки у тебя, — пробурчал сосед. Но затем не выдержал и спросил: — Значит, никто тебя не хотел убрать?

— Хотел. Всё, что я сейчас рассказал — правда. Но убить меня у него не вышло. И вообще, для этого боярина всё плохо закончилось. Но сейчас ситуация другая. Тот боярский род был довольно слаб. И дело происходило в моём родном княжестве. А вот про Салтыковых я не знаю ничего. Потому что в столице недавно. И, как выяснилось, спросить особо и не у кого. И это мне совсем не нравится. Кстати, Богуслав! А для тебя очень важна академия?