Чтение онлайн

Совершив это внутреннее, но праведное и благое деяние, отправил я Лану на нашу калошу, ну а сам спустился на поверхность зеленой дыры, с целью обретения морской свинки в зеленом балахоне.

И убил на это два дня. Вся “отличность” зеленобалахонистых от жидаев других была, по крайней мере внешне, в закрытости и шовинизме. Ни одного не то, что ксеноса поганого, но даже рас, отличных от чистых людей не было, типа миралук каких. Ну и воспоминания из канона стали вполне ясны, мол, не любили местные совет жидаев и посылали их с завидной периодичностью в пень.

Конечно посылали, когда тот совет на три четверти состоит из ксеносов поганых, чебураном возглавляемых. Ну, впрочем, их мозговые завихрения были мне не столь важны, правда раздражали: снобские рожи, кичащиеся крутизной как в смысле одаренности, так и видового и расового превосходства.

Впрочем, терпение, труд и взятки (брали, подлецы!), все перетрут, и на третий день у меня была назначена аудиенция с неким Мосом Гаттом, мастером-джедаем и специалистом по истории или что-то такое. Этот самый гат соизволил “заинтересоваться артефактами силы, не темными, но с Коррибана“.

В общем, на территорию анклава, ну или как-то так (специально решил не запоминать название обиталища снобских гадов) меня не пустили, так что эта зеленая задница назначила встречу в отдельной кабинке дорогущего ресторана. Причем есть у меня нехорошие подозрения, думал я, плетясь на место встречи, за чей счет будет этот банкет.

Подозрения подтвердились чавкающим балахононосцем лет тридцати. Он даже обладал излишком веса, чем явно не страдал, а наслаждался. А поприветствовав меня чавканьем и невнятным мычанием, хамски жрал еще минут пять. После чего, нифига не представившись и вообще, выдал:

— Что ж, юноша, — снисходительно выдал этот гат, — продемонстрируйте ваши находки. Конечно, — пафосно начал вещать он, — это скорее всего фальшивки и обманка для туристов, но взглянуть на них я могу.

— Проверено, действующие, — с каменной мордой лица положил я два камушка на стол, — светится, — тыкнул я пальцем в домик духа света, — действие неизвестно, — тыкнул пальцем в домик духа разума, — активация каплей крови одаренного, достаточно совсем малой. Темной стороной не эманируют, что для Коррибана крайне нетипично.

— А вы юноша, — наконец обратил на меня внимание этот тип, — одаренный?

— Чувствителен к силе, — равнодушно ответил я, — к использованию не стремлюсь, а для исследования мне хватает артефакта Джал-Шей.

— А как вы оказались на этой планете? — заинтересовался мужик.

— Поставки продовольствия, — ответил я, благо все документы были на месте, — специально не летаю, но иногда, в надежде найти что-нибудь любопытное, заскакиваю. Вот, это оказалось реально любопытным, — потыкал я пальцем в камешки, — однако моих знаний, как и знаний моих консультантов оказалось недостаточно для выяснения, что это. Впрочем, видимо, — брюзгливо оттопырил я губу, — потраченные тут дни так же пропадут зря, — на что собеседник брюзгливо оттопырил губу.

Посоревновавшись в брюзгливом оттопыривании, сошлись мы на ничьей. Ну и протянул Гатт лапки и стал камушки всячески осматривать и форсу в них подпускать. С закономерным отсутствием результата. В итоге с мордой надменной выдал:

— По моему, юноша, у вас галлюцинации, — стал фантазировать собеседник, — это обычные камни, действительно с повышенным фоном Силы, причем нейтральной. Но никак не артефакты, — веско заключил он.

— Как скажете, — состроив снобскую рожу протянул лапы я, — наставник Джал-Шей, видимо, так же страдал галлюцинациями, — ехидно констатировал я.

— Так, погодите, — засуетился гат, — говорите капнуть кровью? — на что я кивнул. — Что ж, давайте проверим.

И проверил с духом света. Дух закономерно призвался. Мос завороженно уставился на полупризрачное золотистое свечение — местная топология и вправду была отлична, и проявления духа были не вполне таковыми, как в памяти.

Я же напрягся: к духу деловито чесали два фагоцита, деловито дочесали и стали его шатать. Мелкий дух то ли ушатался, то ли сбежал. Исчез в общем, соответственно, перестал сиять. Мос очнулся, впал в медитацию, держа камушек в лапах. Минут через пять из медитации вывалился и стал вещать.

— Да, вынужден признать некоторую поспешность своих выводов, юноша, — снобски выдал он, — явно артефакты силы, без привязки к Светлой или Тёмной стороне. И вправду любопытно, заслуживает исследования, — пробормотал он, — а сейчас посмотрим на второй, — с интересом капнул он кровью на домик духа разума.

Я же приготовился к эпичному сражению в форсе: средний дух — это серьезно, сливаться по воле каких-то там фагоцитов явно не будет, по крайней мере сразу. И был как обломан, так и условно порадован — фагоциты зашебуршались на сам факт пробоя, но самим духом разума не заинтересовались вообще. То есть он побултыхался в форсячьем бульоне, акцентировался на Гатте с целью выполнения контракта, фагоциты подергались и успокоились. И всё: он занялся своим делом, они дрейфовали в форсе.

Хм, то ли средние духи в принципе выпадают из “целей иммунного ответа”, что прямо скажем, бред явный, то ли именно духи разума не воспринимаются как враги. Причем последнее мне видится более вероятным. Ну, в любом случае, проверять я смогу сам — на меня фагоциты щупала не топорщили, как и на Гатта, соответственно, их волнуют только сами духи, да еще и не все.

А сам дух имел контракт, прописанный “на всякий случай”, незначительно ускорять и улучшать когнитивные процессы призвавшего. Ну а главное — позитивизировать эмоциональные и мысленные отклики призвавшего в мой адрес, благо для среднего духа это было вполне по силам.

Мос, тем временем, уже минут десять сидел в медитации, ну и, очевидно, ускорение и улучшение почувствовал, как и отсутствие побочных явлений. Потому как из медитации вывалился с рожей довольной, да еще вдобавок, на меня несколько благожелательно зыркательной:

— Юноша, Вервомед, кажется? — хамски надругался он над моим прекрасным фамилием.

— Верворменд, мистер Гад, — не остался в долгу я.

— Гатт, мистер Верворменд, — поправил меня собеседник на что я кивнул. — Артефакты ваши действительно любопытны и нуждаются во всестороннем изучении. Я бы хотел приобрести их у вас, — заявил он, — кроме того, насколько я понимаю, вы бываете на Коррибане?

— Не слишком часто, но бываю, мистер Гатт, — ответил я, — там не самая располагающая атмосфера, — на что последовали понимающие кивки, — но иногда встречаются любопытные артефакты, найденные местными. В основном темные, — сморщился я, — моей чувствительности к силе хватает, чтобы это понять. Но встречаются, пусть и нечасто, любопытные образцы. Насчет же продажи, — задумался я, — наверное, это возможно, но они обошлись мне недешево, а главное — мне интересны сами результаты исследования, не в практическом а теоретическом аспекте, — заявил я.