Чтение онлайн

– Продолжайте занятия. И с вашего позволения, Мирослав Артурович, а умыкну одну вашу студентку. Надеюсь, вы не против?
– Верховцев-старший выразительно посмотрел в мою сторону. Он ещё спрашивает? Интересно, кто бы интересно решился пойти этому мужчине наперекор? Я вздохнула и стала кидать вещи в сумку. Соня переводила удивлённый взгляд с меня на отца. На это я лишь пожала плечами, мол, не знаю в чём дело, может отчислить решил? Хм, ничему не удивлюсь.

– Конечно не против. Итак, не отвлекаемся, продолжаем...- едва я подошла к Виталию Сергеевичу, как за нами облегченно вздохнул добрый десяток человек. Всё-таки страх перед этим человеком вещь практически инстинктивная и дело даже не в том, что у него есть власть над всеми нами, просто стоит его увидеть и становится не по себе.

– Пройдёмте со мной, Александра. Я освобождаю вас от занятий до конца дня. И не возникайте. Хочу пригласить вас на кофе. Мне тоже не помешало бы сделать перерыв.

– Д-да, - кивнула я, прижимая сумку к груди, вместо того, чтобы повесить его на плечо. И снова этот внутренний холод...А стоит посмотреть на отца Игоря, так сразу можно почувствовать себя сосулькой. Я ведь так и не знаю, как он относится к нашим отношением. Хотя почему не знаю? Я просто уверена в том, что плохо. Очень плохо.

– Предлагаю поехать к нам домой. Тебе я думаю там привычно.

– Хорошо, - плохое предчувствие стало просто невыносимым.

Мы молча прошли к машине проректора. Никакой рабочей дисциплины. Хотя он сам можно сказать первый человек в университете, давно известно, что наш ректор большую часть года разъезжает либо по санаториям, либо по курортам.

К дому мы добирались так же молча. Я изредка скашивала взгляд на профиль мужчины. Всё-таки как же они с Игорем похожи! А вот Соне от отца досталось немного. Слишком она добрая и милая, чтобы хоть как-то походить на этого человека. Разумеется, неправильно так говорить об отце любимого парня и подруги, но Виталий Верховцев был неприятным типом.

– Прошу, - жестом хозяин дома пригласил меня войти. Да, этот дом уже стал мне практически родным. С ним связано много воспоминаний. Хороших и не очень. Но даже плохие мне не хотелось забывать, как напоминание о том, что предшествовало нашему с Игорем счастью.

– Кажется, мой сын тоже дома. Может, ты посмотришь в комнате, а я пока распоряжусь Зинаиде о кофе, - спокойным голосом приказал, именно приказал, Виталий, хотя в предложении и проскользнуло "может", но скорее как сигнал поторопиться. Мол, почему сама не догадалась, неотёсанная деревенщина.

Но эти мысли быстро покинули мою голову, всё-таки я стала беспокоиться за Игоря. И действительно, мне вспомнилось, что краем глаза я увидела его машину, виднеющуюся из открытого гаража. Быстро поднявшись по лестнице, я постучалась в знакомую дверь и...услышала хихиканье. Женское. Время, казалось, остановилось. Я как в замедленном действии наблюдала за тем, как открывается дверь, как моему виду предстоит полуобнажённый заспанный Игорь и...Алина, та самая девушка с короткими волосами, та, которая, по словам Игоря, ему не нужна...

Не знаю, как мне удалось сохранить лицо. Как мне вообще удалось устоять на ногах, которые сковал холод. На лице у меня была непроницаемая маска, хотя внутри всё обожгло и разорвало на части. Во мне что-то умерло, взорвалось, разогнало холод по всему телу. Вряд ли то, что теперь бьётся у меня в груди, можно было назвать сердцем.

– Саша, - Игорь замер так же, как и я. А я всматривалась в черты любимого и родного человека, и в моих глазах застыл немой вопрос: за что? За что Игорь так поступил со мной? За что Виталий Сергеевич притащил мне сюда, прекрасно зная с кем тут развлекается Игорь?

– Фу, чем обязаны? Мы тут немного заняты!
– да, я вижу, судя по тому, что на Алине кроме белья не было ничего. Но я видела лишь Игоря, у меня не было сил не смотреть на него. Сердце стучало в висках, ему стало тесно в разодранной груди. Боль была физической, моральной. Я словно умирала...

– Заткнись, - Игорь всё так же смотрел на меня поражённо, своими огромными голубыми глазами. А у меня даже не было слёз. Словно так и должно было быть. Словно я давно знала об этом. Но это не уменьшает горечи. Здесь нет радости от "я же говорила...". От этого только ещё больнее.

В последний раз заглянув в любимое и одновременно ненавистное лицо, я развернулась и побежала. Тут-то и настигли слёзы. Хорошо, что я так и не сняла куртку...У меня просто не было бы сил одеться. Я бежала так быстро, как могла, но слёзы застилали обзор, а мозг пытался справиться с болью и шоком...

– Милочка, что с тобой?
– вяло поинтересовался Виталий Сергеевич. Я даже не посмотрела в его сторону. Как я могла вообще понадеяться на счастье, как я могла вообще довериться Игорю Верховцеву?

И тут в моей голове всплыли главные слова, которые объяснили всё.

"Я уничтожу тебя" - сказал Игорь однажды. Я вздрогнула и обернулась перед тем, как выбежать из дома. Игорь стоял на лестнице и сверлил меня непонятным взглядом.

– Ты с блеском добился своего, - едва слышно прохрипела я.
– Ты уничтожил меня.

Как же жестоко и мерзко с его стороны...Можно ли было ТАК притворяться? Ответ очевиден, видимо, можно...А я просто влюблённая дура. Поверила и теперь мне придётся пережить это. Вот только как жить без него? Как вообще можно дышать, когда в груди такая дыра?

***

Несколько месяцев спустя.

Весеннему ласковому солнышку и в этот раз не удалось меня разбудить. Я снова проснулась раньше. Хотя даже не так, я просто не спала. Едва ли можно назвать сном периодические провалы в бессознательное состояние.

Устало потянувшись на кровати, я постаралась собрать себя по осколкам. И так каждую ночь. Каждую одинокую, холодную и пустую ночь без него. Я противно усмехнулась. Обещала его ждать? И жду, когда он войдёт в эту дверь, когда он просто попросит прощения...А ведь если бы он попросил, я бы простила. Жила бы с дикой боли от предательства, но простила. Лучше так, чем совсем без него. Но Игорь не пошёл за мной, не ворвался снова в мою жизнь, которая стала существованием. Учёба-общага-учёба-редкие поездки домой-учёба. Бежать и не думать. Не смотреть по сторонам.

Не видя смысла просто сидеть, я тихо взяла необходимое, выскользнула в коридор и направилась в дешевую. Сейчас самое хорошее время - там точно никого. Вода немного разогнала боль во всём теле. Захотелось плакать, но у меня не выйдет это физически. Просто уже нечему изливаться. Вместе со слезами из меня давно ушла радость и печаль, счастье и горе. Не осталось ничего. Лишь сухое равнодушие к самой себе и своей будущей жизни.

День сегодня обещал быть таким, как обычно. Я лишь молилась об одном: увидеть его сегодня и тут же молилась о другом - не увидеть его. Моя душа разрывалась напополам от этих двух страстных и равных по силе желаний.