Чтение онлайн

Столица мира Эрмата являлась древнейшим священным местом всех рас, верований и религий. Считалось, что именно здесь многочисленные боги, пророки и первопредки творили историю Карусы. Создавали расы, делили Свет и Тьму, несли знания своим последователям. Каждая раса хотела бы владеть Эрматой единолично, но добровольно покидать эти места никто не собирался, а силой захватить священные земли не решались. Вернее, была когда-то давным-давно воинственная раса фейри, которая пыталась завладеть столицей, но против них объединились все расы, конфессии и силы. И где теперь эти фейри? Только не в Эрмате. А развалины их Башни Силы до сих пор, даже по прошествии веков, тоскливо смотрят на древнюю площадь пугающими провалами окон. Попытки занять освободившееся место предпринимались, и неоднократно, но исчезали бесследно отчаянные искатели приключений и чужого добра. Поговаривали, что прямо в мир хаоса, где, собственно, и обитали изгнанные из Эрматы и со всей Карусы фейри.

После исчезновения фейри в самом сердце священной Эрматы – на площади Двенадцати Башен – появился тринадцатый бастион – Башня Хранителей Равновесия. Самая загадочная Башня. Никто не знал, как она появилась, и что собой представляют её обитатели. Но при возникновении неразрешимых конфликтов спорщики шли именно в эту башню, и именно Хранители Равновесия, или иначе – судьи, выносили окончательный вердикт, который обжалованию не подлежал. Этот вердикт мог не понравиться никому из спорящих сторон, но оспаривать его не осмеливался никто. Правда, существовало одно очень неудобное «но». Хранители вмешивались в дела жителей Карусы сугубо по своему усмотрению, а, значит, их суда, как и решения, можно было ждать годами и десятилетиями. И так и не дождаться.

Потому не было ничего удивительного в том, что, как светлый, так и тёмный маги надеялись, что им удастся перенести Сосуд Силы, коим они величали Полину, на территорию своих Башен. А там уж дело оставалось за малым – убедить нейтральный Сосуд принять сторону света или сторону тьмы. Сила, которая досталась Сосуду во время ритуала, ни одной из сторон лишней не будет.

– Мне нравится ваше желание помочь, – словно не заметив подоплёки предложений заклятых друзей-соперников, продолжила Ловена, – а потому, беритесь за руки, господа Орриста и Рошт и открывайте общий портал на площадь Двенадцати Башен.

Светлая и тёмный маги скривились. Не то, чтобы прикосновения доставляли им физическую боль, но вот так взяться за руки… впрочем, стоило Ловене поднять на них деланно недоуменный взгляд, как предубеждения пришлось отложить до других времен. С неё ведь станется унести Сосуд туда, где та будет недосягаемой ни для кого из них. И, словно предугадав тайные намерения обоих интриганов, драконица, ничуть не выказывая, что ей тяжело, подняла Полину на руки, указала глазами одному из светлых на всё так же неподвижно лежащую эльфийку-Жизнь и стала ожидать, когда откроется портал.

Вскоре перед светлой Орристой и предводителем тёмных Роштом засияло марево. Его рвано цвет перетекал из ярко-белого в глубинно-чёрный, но, после очередного недовольного взгляда Ловены, быстро стабилизировался и превратился в ровный круг, из центра к краям которого бежали белые и чёрные концентрические окружности.

– Вы и вы первые, – указала драконица на одного белого и одного тёмного магов, – пройдёте и вернётесь. Скажете, куда выводит портал.

Указанные маги согласно кивнули и почти одновременно зашли в открытый проход. Буквально через несколько мгновений они вернулись и сообщили, что с той стороны всё по-честному – портал выведен на площадь Двенадцати Башен в Эрмате. Ловена, по-прежнему держа на руках повисшую безвольной куклой Полину, сделала шаг.

Площадь Двенадцати Башен встретила нашу компанию пустотой и безмолвием. Впрочем, Полина уже давно перестала удивляться. Ну, подумаешь, попали всего за пару шагов в совершенно другое место – на площадь. И эту площадь окружают не привычные высотки, и даже не европейские древние здания и готические соборы, а причудливые башни. Мало ли чего не бывает в бреду. Нужно ещё немного подождать, и ей непременно назначат лечение. Может, прямо сейчас врачи пытаются вернуть её в привычную реальность. Шизофрения – это, конечно, неприятный диагноз, но и с ним люди живут. Даже у них в университете была преподавательница, которая ежегодно – либо весной, либо осенью – проводила по два–три месяца на излечении, а потом возвращалась к нормальной жизни. Приятная, кстати, женщина, ничем не выказывающая свои странности в промежутках между приступами.

– Я и Сосуд уходим в Башню Карохат – башню драконов, – объявила Ловена, – там целители осмотрят Сосуд и, после того, как она получит необходимую помощь, немного придёт в себя и сможет передвигаться самостоятельно, вы сможете предъявить ваши претензии Хранителям Равновесия.

– Но, уважаемая Ловена, – вкрадчиво возразила Орриста, – всем известно, что Хранители Равновесия могут принимать решение сколь угодно долго. А могут и вообще не ответить на наш вопрос!

– Сосуд принадлежит расе людей, а, значит, и жить она будет среди вас, людей. Вы, представители Света, – Ловена кивнула в сторону светлых, – и вы, представители Тьмы, – кивок в сторону тёмных, – будете иметь одинаковую возможность убеждать Сосуд принять ваши взгляды и мировоззрения. Покровительство драконов распространяется на Сосуд до того момента, как она предстанет перед Хранителями Равновесия. Возражения есть? Возражений нет, – драконица словно не заметила дружно встрепенувшихся Орристу и Рошта, – уважаемая Орриста, – обратилась она к светлой, – вы не приютите у себя несчастную? Похоже, хозяева башни Истэль не торопятся принимать её, – и она указала глазами на молчаливую девочку, которую до сих пор держал на руках один из адептов Света.

Хранительница света, не скрываясь, скривилась.

– Ясно, – ровным голосом отметила молодая драконица, лишь Полина почувствовала её скрытый вздох, – помогите, хотя бы сопроводить её до башни Карохат, одной проблемой больше, или меньше – какая разница.

– Многоуважаемая госпожа Ловена! – тут же откликнулся молчавший до сих пор Рошт. – Тёмная Башня почтёт за честь взять на себя обе проблемы, – и тёмный учтиво поклонился.

– Ну и зачем вам впавшая в ступор эльфийка? – поинтересовалась Ловена, впрочем, она уже дала знак светлому, который почти бегом понёс ту самую эльфийку, прозванную Жизнью, к башне драконов, и сама направилась туда же.

– Тёмным тоже не чуждо милосердие, – мужчина последовал за ней, смиренно сложив на животе руки и опустив глаза.

– А–а, если только из милосердия, – протянула драконица, – хорошо. Когда девочка немного придёт в себя, я обязательно передам ей ваше приглашение.

– А Сосуд? – стараясь казаться наивным, спросил Рошт.

– А судьбу Сосуда будут решать Хранители Равновесия! – отрезала Ловена и захлопнула перед тёмным дверь Башни драконов.

***

– Уф, ну и тяжёлая же ты! – пожаловалась Ловена Полине после того, как они остались вдвоём в абсолютно пустом холле башни Карохат. – Может, прекратишь прикидываться и пойдёшь своими ногами?

– Что? – отстранённо спросила Полина.

– Я спрашиваю, на ногах стоять можешь?

– Могу. Но зачем?

– Я же говорю, тяжеловата ты для меня! – повторила драконица.

– А-а, ну, тогда поставь.

Ловена осторожно поставила свою ношу на ноги, понаблюдала за ней несколько мгновений, а потом произнесла:

– Так, стоять можешь. Уже хорошо. Предлагаю помыться, переодеться и перекусить. А потом поболтаем. Думаю, есть о чём. Как тебе мой план? И скажи, наконец, как мне к тебе обращаться?

– Моё имя Полина. Ловена, скажите, вы доктор?

– Нет, я не доктор, – возразила собеседница, – тебе нужен доктор?

– Вам виднее, – Полина пожала плечами, – доктор или психиатр. Психиатр – это тоже доктор?

– Так, вот что, Полина. Я чувствую, что с тобой сама теряю разум!

– Я слышала, с психиатрами такое бывает, – согласилась Полина.

– Давай отложим все разговоры на потом. А сейчас – мыться и есть! – Ловена шагнула в одну из многочисленных дверей, выходящих в абсолютно пустой холл.