Чтение онлайн

– Мадам Помфри...
– Луна попыталась прервать монолог разгневанного колдомедика.

– Луна, ты лучше сейчас молчи! Я же ведь объясняла, тебе двигаться сейчас вредно! После круцио полагается лежать сутки, чтобы полностью восстановить все микро разрывы в мышцах вызванных судорогами, и повреждения периферийной нервной системы, вызванные её перегрузкой импульсами боли. Ты видно хочешь того, чтобы как вчера вечером, тебя мучили судороги, и импульсы блуждающей боли всю твою жизнь?

– Выбора не было, - ответила Луна тихонько, но явно не признавая вину, - срочно помощь нужна была Князю моя, он в Запретном лесу почти в бреду отравленным лежал, - она протянула Помфри обломанную ветку колючего куста, - он упал в самые заросли.

– Я не буду вас спрашивать ни о том, как ты из больничного крыла смогла выбраться, тем более, как узнала о том, что твоя помощь нужна, и уж тем более не спрошу о том, как в огромном лесу ночью смогла найти Михаила. Такие умения лучше хранить в тайне. И вообще, похоже, опять наступают смутные дни...
– она на минуту задумалась смотря в окно, за которым занимался рассвет. А потом, встряхнув головой, будто прогоняя какие-то видения, продолжила - Ну что же Михаил, объясни ты мне вот что, почему ты эти царапины не залечил сам?!

Но потом, приглядевшись к шипам на ветке, сразу же как-то подобралась и спокойным собранным тоном скомандовала.
– Снимай ка броню и ложись.

Я безмолвно подчинился, сел на кушетку и стал снимать броню, но не успел даже снять её, как заснул...

Луна

Ну что же, меня можно поздравить, видение кошмара, что я сегодня во сне видела, останется просто ещё одним не сбывшемся сном. Кентавр, что увидев в лесу древний ужас пустил бы стрелу, услышав меня, прошёл стороной. А значит и безумная месть, что Леди моя кентаврам бы учинила, останется сном. Города, где одни мертвецы по улицам бродят, и три немёртвые Леди, что правят мёртвой землёй, всё это, сейчас просто сон. Один полный безумия кошмар, что мне ночью всего лишь приснился! Сейчас я просто засну, оставив нашего Мишу в надёжных руках ворчливой мадам Помфри, она сможет быстро избавить его от дурмана, что путает сознание его, колдовать не давая.

Гермиона

Впервые за очень долгое время я проснулась с чувством того, что выспалась, полностью выспалась!!! И мне в кои веки не нужно бежать сломя голову в Запретный лес на тренировку или в Тайную комнату, пытаться взять под контроль магию смерти, что даёт нам обещание силы и мощи, но пока что от неё одна только угроза, потерять себя и стать живым личем, без чувств, желаний, мечты, с одним только желанием достичь новой высоты в силе и мощи. Нет, сегодня я точно только отдыхаю, а поэтому - нежусь в постели - не торопясь вскочить и куда-то бежать!!!

Почти восемь часов, а в спальне мёртвая тишина, хотя девчонки проснулась, но после того, что вчера вечером устроил в гостиной мой милый, они бояться лишний раз вздохнуть, и разбудить меня. М-да вчера ему, да и мне, было очень хреного и честно сказать мы даже не пытались скрывать наши эмоции, возможно мы и переборщили слегка, я помню Миша немного с огнём камина играл, ну а я "слегка" проморозила пол, да и стены вокруг нас инеем разрисовала. Рисовала тех монстров, на которых мы недавно в мёртвом мире охотилась... Наверное, первокурсников мы вчера знатно напугали, да и остальных, судя по всему, тоже. В своё оправдание могу сказать, что моё, да и Мишино состояние после того, как мы можно сказать из кровавого месива собирали Парвати, было таким, таким... а-а, это словами не передать. Наша психика требовала хоть как-то выплеснуть в мир то, что мы пережили. Боюсь даже представить, что почувствовали те, кто тогда был в гостиной.

Вчера вечером у меня был отходняк, только подумать, я же совсем недавно встречалась с её мамой, а вчера она чуть не умерла прямо на моих руках!!! Она... она, да и Луна тоже, мне с недавних времён стали как родные сестры, почти. В голове всплыла вчерашняя картина - лежащая в красном, от натёкшей крови, снегу, бледная, почти белая Парвати, в первый момент я её посчитала погибшей. Мне тогда показалось, что во мне внутри что-то оборвалось, будто вместе с ней умерла часть меня. Не представляю, как бы я смогла рассказать о смерти Парвати её маме?! Морана, как?! Как такое вообще можно кому-либо рассказать?!

Мама Парвати - миниатюрная стройная брюнетка с длинной заплетенной косой, очень подвижная женщина лет тридцати с небольшим. В день нашего знакомства была одета в деловой брючный костюм светло серого цвета. Когда я камином по её приглашению пришла в гостиную их загородного особняка, она стоя у стола, ожидала меня. После нескольких секунд рассматривания друг друга, она ласково улыбнувшись мне, слегка поклонилась, рядом с ней в смущении застыла Парвати.

– Гермиона здравствуй, рада тебя у нас видеть. Меня зовут Сандхья Каришма Патил, но ты можешь называть меня просто Каришма или Сандхья, располагайся, где тебе нравится.

– Спасибо я тоже рада знакомству с леди, что смогла воспитать такую прекрасную дочь - Во взаимных расшаркиваниях мы провели минут пять, ненавижу так время терять, но что поделать, у нас в Англии, да ещё в её магической части, по иному начать разговор просто нельзя. Пока вели светскую беседу о погоде, я осмотрелась. Гостиная была оформлена в индийском старинном стиле, богато, в меру ярко, но не аляповато, нет кричащих красок, которые бы раздражали взгляд. Преобладали тона красного, золотого, коричневого и кремового оттенка. На диванах в большом количестве валялись разноцветные подушки, даже пурпурные были. Вся деревянная мебель (четыре низких кресла, два больших и таких же низких, как и кресла, дивана, высокий секретер, буфет), двери и декоративные колонны была покрыта искусной резьбой, а пара низких столиков, возле которых мы и разместились, опирались на так же покрытые филигранной резьбой, слоновьи бивни. На стенах висели ковры, на которых, в свою очередь, висели старинные восточные мечи и щиты. В углах стояли напольные тяжёлые расписные вазы, а так же вдоль стен и на буфете были расставлены фигурки животных. Мне очень понравились большие, мне по пояс, слоны, очень красивые и словно живые. В воздухе витал хорошо уловимый запах восточных благовоний. В общем, обстановка говорила о большом достатке семьи, с отличным вкусом и приверженностью к индийским традиционным интерьерам. Ну ещё бы, это резиденция посла, а не просто частные владения.

Подали кофе, значит, сейчас, наконец, мы приступим к тому разговору, для которого я и была приглашена. Точно, вот и Парвати, под благовидным предлогом ("Надо проконтролировать дела на кухне") вышла из гостиной.

– Гермиона ты ведь догадываешься, почему я пригласила тебя?
– Лицо Каришмы стало серьёзным.
– Поэтому давай оставим этикет тем, кто его любит соблюдать по поводу и без, и поговорим серьёзно, без этого словоблудия.

– Я внимательно вас слушаю.

Каришма откинулась на спинку кресла, провела рукой по бедру, якобы разглаживая складки на брюках, и вновь посмотрев мне прямо в глаза, продолжила.

– Традиции нашего народа совсем не похожи на ваши. У нас разные взгляды на жизнь живого существа, на поступки, разный менталитет и разные ценности. И то, что для вас выглядит диким, для нас зачастую обыденность. Я очень рада тому что ты согласилась принять мою дочь под свою защиту, в семью. Но я хочу убедиться, что ты понимаешь на что соглашаешься, моя дочь знает на что идёт, а ты сама, ты готова на это?!

– Думаю, что понимаю.
– Смотря женщине в глаза, ответила я.
– Парвати и Луна... понимаете, они для меня стали как младшие сёстры. После того ритуала, когда я узнала, что наша ошибка в нём отняла у Парвати саму возможность в будущем создать семью, я пообещала себе сделать всё что только возможно для исправления последствий этой ужасной ошибки... Я искала, где только могла, перерыла всю библиотеку Блэков, но, увы, я находила только подтверждения того, что ваша дочь обречена провести свою жизнь в одиночестве.
– На этих словах я непроизвольно сглотнула образовавшийся в горле ком, и запила его кофе.
– Когда она от ревности сорвалась в ночь на Самайн, напав на француженок, а потом сама же нам в этом призналась, я сильно за неё испугалась. Поговорила с ней тем же утром, узнала, что мой Михаил единственный мужчина не вызывающий у неё раздражение и желание напасть, что он единственный которого она в состоянии любить, что она влюблена в него с первого курса... и поэтому этот долбаный ритуал не смог изменить её отношение к нему. Она просила у меня только одно, не прогонять её, и дать возможность просто быть рядом с Мишей, и всё. Я пообещала подумать. Позже, когда я смогла адекватно оценивать услышанную информацию, я с удивлением обнаружила, что я не ревную! Я не сразу смирилась, конечно, вы правильно отметили у наших народов совсем разные традиции и менталитет, в том числе и взгляды на брак. Но, тем не менее, я не смогла сразу отнять у Парвати хоть этот призрачный шанса на счастье, это было бы очень жестоко, тем более после ритуала. А сейчас я не только согласна, но, как это не странно для англичанки, - не смогла сдержаться, и криво ухмыльнулась, - это даже не вызывает во мне сожаления. Я рада, что у моей подруги есть настоящая любовь и она тоже, как и я будет счастлива, пусть даже у нас и будет один муж на двоих...

– Гермиона, спасибо тебе за твоё понимание. Я очень рада за дочь, спасибо за её жизнь! Прости меня, я должна была тебя с Мишей ещё четыре года назад поблагодарить за спасение её от тролля. Парвати с тех самых пор грезила Мишей и восхищалась тобой. Спасибо за то, что этим летом опять спасли её от участи гораздо страшнее, чем обычная смерть.
– Она со слезами на глазах, встала и пересела ко мне и обняла.
– Спасибо, я благодарна тебе за всё что ты сделала для моей дочки, чем жертвуешь ради этого.