Чтение онлайн

Я улыбнулся. Старик действительно был очень умён, и его решение было лучше, чем я ожидал. Следующим, кряхтя, поднялся Тибиран Об Хайя:

– Род Об Хайя считает Веникема позором своих рядов, а его выдвижение в генерал-командоры глупостью. Ни о каком признании этого братства не может идти и речи.

Ну, я, в принципе, был готов, что Об Хайя будут брызгать ядом. Тем более после того, как я проехался по крысёнышу Экомиону. Ну и чёрт с ними!

– Род Оль Тобра считает, что затея с возрождением Белых скал не продержится и года и признания не требует.

– Род Од Мэдра откладывает решение до момента, когда возрождённое братство проявит себя в действии. Я просто не верю ни одному слову этого пацана.

– Братство Каменная река считает Белые скалы безусловным союзником Острова богов, а значит, своим врагом.

– Братство Большого каньона считает, что Белые скалы подчиняются Арнелет, а следовательно, являются предателями.

– ...братство... считает это цирком, и будет относиться к Белым скалам как к части Острова богов...

– ...братство...

Роджер встал последним:

– Братство Острова богов признаёт возрождённое братство Белые скалы своим союзником. Мы умеем считать деньги, и богатыми союзниками не разбрасываемся.

Надеюсь, Анжей не ожидал, что кто-то кроме отца признает наше существование. Я старался, как мог:

– Белые скалы признают Остров богов своим союзником, - я усмехнулся, - Остальные сами выбрали свою судьбу.

Когда мы спустились обратно на праздник, отец протянул мне бокал своего любимого коньяка:

– Я предупреждал, что задирать стариков не стоило.

– Да ладно. Что, я должен был вообще в тряпочку молчать?

– Молчать не нужно, нужно думать, что говоришь. А так тебя в открытую назвали лжецом и неолетанским прихвостнем.

Анжей тоже в лицо назвал меня лжецом. Так что это нормальное отношение к генерал-командору в моём братстве:

– Ну и ладно! Если бы они это не сказали, то подумали бы в любом случае. А так, я, по крайней мере, знаю, кто из них что обо мне думает.

Отец насупился, а потом махнул на меня рукой.

– Честь тебе досталась от Марики.

Я улыбнулся ему в ответ. Паршиво, когда родной отец считает тебя лжецом. Гадко, когда именно за это качество тебя выбирают в сторонники. Но большие планы иногда требуют таких решений.

Дэни:

Я проснулся с ощущением, что у меня раскалывается голова. Даже думать больно было, даже глаза открыть...

Над моим ухом раздался шёпот Ктарго:

– Так, давай, поднимайся. Надо попить. Этот напиток быстро тебя вылечит.

Он поднёс к моим губам кружку с каким-то чаем, и я, не став привередничать, принялся пить его большими глотками. Пить действительно хотелось очень сильно.

– Ты уж прости, что тебя пришлось напоить. Просто очень было нужно, чтобы на совет перед стариками ты не вышел. Старики дотошные, кого угодно говорить заставят. А так ты пьяный спишь на лавочке, что с тебя взять.

Я, наконец, открыл глаза. Состояние было ужасное. Если это от того коньяка, больше никогда эту гадость пить не буду. Сразу ведь показалось, что он какой-то неправильный, ни вкуса, ни запаха.

Ктарго протянул мне ещё одну кружку чая, и я снова выпил её почти залпом.

– Это хороший чай. Единственный реально полезный рецепт из всех трав Луки. Минут через пятнадцать уже как огурчик будешь. Я сам всё время им лечусь.

Он наклонился, подбирая с пола мою куртку. Вот ведь! Спал я в одежде прямо на лавочке в баре, куртка вообще на полу валялась. А он тут грязный. Я поднял её, пытаясь отряхнуть. САПовская ткань меня удивила: грязь отлетела от неё полностью, вообще не оставляя следов. Да и штаны нисколько не помялись от сна. Я просто поправил одежду и принялся расчёсывать волосы.

В баре мы были не одни. За дальним столом ещё пили и ели какие-то мужчины. Под столом кто-то спал.

– Я прямо тут и спал?

Ктарго пожал плечами:

– Да. Но я рядом сидел.

Обдумывать этот факт сил не было. Через несколько минут моей голове действительно стало лучше, и мы, взяв по уже знакомому мне блинчику с мясом, вышли из бара.

– Давай не спеша прогуляемся, а потом и собираться надо. Корабль уже готов к отлёту, как Веникем вернётся, уходим.

Я кивнул:

– Нужно Адет забрать. Я её в доме генерала Архо оставил.

Архо мы нашли в одном из баров. Он сидел на столе и громко не в такт подпевал двум мужчинам. Мужчины пели на даккарском, поэтому слов я не понял. Но, если судить по музыке, это было что-то патриотическое.

Генерал был немного пьян и всю дорогу до его дома рассказывал мне о даккарской музыке:

– Неолетанки ничего не понимают в песнях. Песня должна вести, она должна подстёгивать, от неё должно пахнуть кровью...

Было ещё рано, поэтому, когда мы пришли, женщины спали. Я заглянул в комнату. Адет опять забралась под одеяло по самую макушку. Наверное, она боится за свою жизнь и жизнь ребёнка. Нас всегда учили, что это жест человека, который ищет защиты. Но скоро у нас всё будет хорошо.

Я присел рядом с ней. Не хотелось нарушать её сон, но с другой стороны Венки может вернуться в любой момент, нужно, чтобы она успела собраться. Я легонько отодвинул одеяло с её лица... под одеялом лежало одеяло и подушка с моей кровати, а самой Адет не было.

Я вышел обратно в гостиную:

– А где Адет?

Ктарго сидел на диванчике, Архо в своём любимом кресле. И на коленках у него уже хихикала Вера. Она повернулась на мой вопрос:

– А, эта шпионка? Она сбежала ночью через окно, - эми снова повернулась к Архо, - Если бы ты не пристёгивал мою руку к кровати, я бы её поймала. Она не казалось сильной. Хотя, конечно, внешность тилузонки может быть обманчива.

Я сел на первое, что попалось.

– Как сбежала?

Зачем сбежала? Я же заботился о ней. Я же ей сказал, что всё будет хорошо, и мы поедем в тот дом, где нас будут любить.