Чтение онлайн

По телу расходился огонь. Я говорил, что мне было больно от напряжения в прошлый раз? Вот сейчас я по-настоящему чувствовал напряжение. Я просто был готов взорваться. Как граната, разлететься на клочки, лопнуть, как надувной шарик. Во мне как будто ожило что-то совсем незнакомое. Какая-то неизвестная часть меня. Это она мычала и пыталась вбится глубже в ладонь Лии. Это она изгибалась, как будто специально подставляя шею под её поцелуи.

"Ауа!" Что-то как будто пронзило меня до самого позвоночника. Я резко открыл глаза. Передо мною была обнажённая грудь Лии. И она заслоняла всё остальное. А где-то там внизу мой ... его как будто втиснули куда-то. Втискивали, потом немного освобождали и втискивали заново. И от этого... от этих странных манипуляций, от мягкой, тёплой груди, касающейся меня то сильней, то отстраняясь, от того, как Лиины ноги сжимали мои бёдра... я летел. Я как будто оттолкнулся от всего реального и, двигаясь с ней в такт, взлетал. Как прыжок со скалы в воду. Как лавина, решительно и неотвратимо. Как сбивающий с ног поток. Ауа! Часть меня будто выплеснулась, разогнанная этим потоком. Я уже знал это чувство, но в этот раз оно было в десятки раз сильней. Как вспышка!

Я прерывисто дышал. По телу расходилась какая-то слабость. Лия рывком сдёрнула с с моих губ лейкопластырь. Я вскрикнул. Но она тут же заткнула мне рот поцелуем. Потом отпрянула с улыбкой разглядывая меня. Она тоже дышала прерывисто, и волосы, падающие к ней на лоб, были мокрые.

Я пошевелил бёдрами и с изумлением понял, что я... ну, в смысле, мой орган... до сих пор там, внутри неё. Она как будто сидит на мне. А ещё Лия крепко прижимает меня бёдрами. Нет... мне, конечно, стало очень стыдно, но ведь всё равно я ничего не могу поделать. И вообще, я ведь связан был.

Я поднял на неё глаза. Она приподняла бровь, улыбаясь:

– Всё хорошо. Не торопись. Мы только начали.

И снова начала очень неторопливо, легко целовать мою шею.

Сега:

Венки прямо за руку отвёл меня в комнату Мэй и на прощанье ещё пальцем погрозил. Ну вот! Даже док на меня рассердился, а он здесь самый терпеливый. Я вжался в угол кровати, пытаясь пристроиться так, чтобы моя пострадавшая задница не чувствовала дискомфорта. Хотелось заплакать. Хоть немного защищает меня в этом доме только Морок, но её даккарцы грозятся прибить меня, если я ещё раз к ней подойду. Я вспомнил взгляд Дэнкама. Я действительно умудрился разозлить его. Как всё паршиво-то! Не хочу! Чёрт! Не хочу так! Хочу, чтобы меня любили женщины, а лучше неолетанки. Чтобы мужики не смели покушаться на мою задницу. Чтобы не грозились убить...

Дверь в комнату хлопнула. Я обернулся. На пороге стоял Анжей. Чёрт! Я сидел в углу кровати, чтобы добраться что до окна, что до двери нужно было пройти мимо даккарца. Чёрт! Поэтому я, просто отвернувшись к стене, свернулся клубочком, поплотнее закутавшись в одеяло. Почему же я такой невезучий!

Впрочем, Анжей не спешил меня лапать. Он уселся на край кровати и молча меня разглядывал.

– Болит?

Я не стал отвечать. Просто уткнулся в подушку.

– Ну, ты прости. Я вроде пытался быть аккуратным. Тебе вроде даже нравилось.

Не поворачиваясь, я сжал зубы. Нравилось не мне, а моему дурацкому телу!

– Я подумал, что раз так получилось, нужно тебе что-нибудь хорошее сделать... на вон, - он чем-то ткнул меня в плечо. Я нехотя обернулся. Даккарец протягивал мне маленький мобильный компьютер. Чёрный, блестящий, с явными разъемами для сенсорной системы и встроенной голографией.

– Я себе покупал, думал залить туда все карты. Ну, подумал, ещё куплю. Мэй сказала, что ты любишь компьютерные игрушки. У него хороший канал выхода в сеть из любой точки вселенной, и плата графика очень шустрая.

Я осторожно забрал компьютер из его рук. Тоненький, аккуратненький. Как блокнотик маленький. Я включил подключение к сети, набрал адрес любимого игрового портала, на экране тут же засветилось приглашение войти в игру.

– Только ты это..., - я оторвался от экрана и поднял глаза на даккарца - Ты не пиши там в сети ничего лишнего. Знаешь ведь, что за Морок и Реткой охотятся спецслужбы всех мастей почти всех государств? Ты ведь не желаешь им зла?

Я быстро помотал головой. Конечно, я не хочу чтоб Морок поймали. И Доминанту тоже.

– Ну, я так и думал. Но на всякий случай я там фильтр поставил, он тебе не даст написать случайно куда-нибудь что-нибудь лишнее. Имена, даты, места пребывания. Просто не пиши о них ничего никому.

Я кивнул. Он слегка усмехнулся, как будто самому себе. Похлопал меня по плечу. И вышел из комнаты.

Я в шоке перевёл взгляд обратно на экран компьютера. Офигенная техника. У меня дома на Кагылыме никогда такой скорости сети не было. А тут в лесу. Это я, получается, задницей его заработал?! Я рассмеялся, одновременно вбивая ник в поле входа в игру. Картинка завертелась, отвечая, что логин и пароль приняты, и я быстро выпал из реальности на несколько последующих часов.

Венки:

Морок выплыла из спальни только ближе к вечеру, когда весь дом уже готовился к отлёту Ретки и её генералов. Собирались они быстро, чётко. Мне даже показалось, что напряжение между Анжеем и Аденианом немного ослабло.

Ретку укутали в одеяло на заднем сиденьи лайнера. Вручив в руки большую упаковку с платками и пакет с леденцами от кашля. Очарование ещё и термос с отваром ей засунула. Перед тем, как вскочить в лайнер, Адениан кивнул Морок.

– Мастер, мы будем в хайме через 4 дня. Можете не сомневаться.

Она с благодарностью кивнула:

– Спасибо. У меня нет причины сомневаться в твоей честности, генерал. Пусть боги оберегают вас. Я тоже сегодня же начинаю собираться и через несколько дней, возможно, вылечу вслед за вами.

Когда их лайнер скрылся, Морок и Очарование удалились решать свои вопросы, не позвав меня, а на улице осталась только Мэй, печально глядящая вслед уехавшим.

– Мэй, не стоит грустить. Дом Ретки находится в одном хайме с Морок. Мы скоро тоже туда поедем и сможешь дальше с ней общаться.

Она повернулась, немного виновато улыбаясь. Как будто стесняясь, что я увидел её тоску.

– Меня тоже возьмут в хайм? Я думала, что меня в монастырь какой-нибудь учиться отправят.

– Нет, монастыри даже учениц-дистанционников берут только после 17 лет. А до этого, если вдруг у эми появляются способности, её учат мать или родственницы.

– У меня нет матери.

– Родной нет. Но с тех пор, как погибла Аурелия, по всем правилам, твоя мать Морок.

Мэй вскинула голову, глядя мне прямо в глаза:

– Но она отказалась от меня. Не забрала! Побрезговала!

– Чушь, Мэй. Она от тебя не отказывалась. Просто позволила тебе немного повзрослеть в безопасности, за крепкими стенами Клинков. Рядом с ней было слишком опасно для ребёнка. Теперь ты уже не ребёнок. Сама способна постоять за себя. Согласен, она не особо выражает свои чувства к тебе, но такая уж она есть. У неё когда-то погибли все дочери. А ещё часто погибают ученицы. Просто это иссушило её чувства, заморозило. Вот увидишь, в хайме мы её растопим обратно.