Чтение онлайн

– Он ранен, – Анью присела рядом с духом, осматривая покрытые рубцами мощные руки и спину существа. – Что с тобой стряслось?

– Уф! – печально вздохнул дух, едва заметно поднимая руку над песком и пытаясь дотянуться до колдуньи.

Анью протянула руку в ответ, позволяя создать ментальную связь. Образы хлынули в сознание, меняясь, словно в калейдоскопе. Стайки разноцветных рыбок кружат вокруг кельпового леса, прячутся в кораллах и среди камней. Одни маленькие и суетливые, любят держаться группами, другие же, крупные, плавают вальяжно, неторопливо. Поворачиваются к нему то одним ярким боком, то другим, словно хвастаются яркими чешуйками и ажурными плавниками. Солнечные лучи пробиваются через толщу воды полосами, бликами искрят на небольших пузырьках. Кораллы, всевозможных цветов, колышутся, движимые волнами. Жизнь в подводном лесу идёт своим чередом, а бережет его покой он – Страж рифа.

Вот к кельповому лесу подходит корабль. Дно его покрыто ракушковыми рачками. Этот не такой, как другие – странный, пугающий и идёт напролом, насаживаясь брюхом на вершину леса, губя кораллы и распугивая рыбок. В море прыгают люди, и они не похожи на тех, кого Страж видел прежде. Не такие, ненормальные: с серой кожей, покрытые ракушками, не нуждающиеся в дыхании. Они крушат, уничтожают, а он, сколько не убивая, не добивался нужного – люди всё равно возвращаются снова, словно и нельзя их убить. Страж продолжает свою неистовую борьбу, но тут с корабля посыпались стеклянные шары, что разрываются в воде огнем, уничтожая всё вокруг. Ведьма, идет по дну, уродливая, утратившая человеческие черты, больше похожая на морское чудовище. Она улыбается, обнажая тонкие, словно иглы, мелкие зубы. Ведьма ищет, ищет среди обломков рифа источник силы и забирает сердце этого леса – жемчужину Гивэны. Страж же, израненный и лишенный своей силы, остается оплакивать свой уничтоженный дом посреди обломков кельпового леса и медленно умирать.

Связь распалась, прерывая поток видений. Анью смахнула со щеки влажную дорожку от слезы. Духа было жаль. Лишенный источника своей силы он и так продержался необычайно долго и теперь с затаенной надеждой смотрел на неё, не в силах просить о спасении. Он чувствовал, что у мага перед ним уже есть контракты с другими духами. Даже один такой компаньон постоянно тянул из мага силу, а у неё уже было четыре контракта. Да и Страж, до того, как лишился источника магии, был силён. Такая связь потребует немало сил, но и просто уйти Анью уже не могла…

– Ты согласен пойти со мной? – вопрос, ответа на который не требовалось.

Страж прикрыл глаза, медленно поднимаясь и становясь перед ней в полный рост, склонил голову.

– Пред лицом Солнца, что дарует жизнь; под светом Луны, разгоняющим тьму ночи; следуя путём, что указывают Звёзды. Я та, кто несет в себе силу стихий, стану твоим ядром. Имя мне Ан’ю Риэл. Имя тебе – Кармакул.

Страж ярко засиял, принимая договор, а тело его рассыпалось, оседая на песке морской пеной. Браслет из ракушек на запястье Аньюриэль нагрелся, становясь вместилищем духа. На самой крупной раковине появилась руна с именем. «Кармакул» – «страж» на древнем языке. Колдунья прикрыла глаза, сосредотачиваясь на ощущении того, как формируется связь между ее магическим источником и духом.

– Кокомо, – Полли дергала её за прядь волос. – Что с ним случилось? Он что, умер?

– Нет, лишь сменил физическую форму на артефакт. Так духу не надо тратить силу на поддержание тела. Он скоро восстановится. Теперь этот браслет стал его домом, – Анью показала пальцем на украшение из ракушек, которое не так давно, совершенно не задумываясь, купила в Форт Роял. – Полли, а что такое «кокомо»?

– Ты – кокомо. И пираты – кокомо. И даже этот странный синий великан – тоже кокомо. Понимаешь? А я – мококо. Мы, мококо, живём здесь, а кокомо – это те, кто намного выше нас и добирается сюда на кораблях. Раньше-то проблем с кокомо у нас не было. Ваш народ часто приплывает на наш остров. Приплывут, паруса починят, воды наберут – и уплывают. Прежде такого безобразия не было…

– Вот как… – Анью пнула носком сапога небольшой камушек, не зная, как реагировать на то, что она оказалась в одной категории с пиратами.

Были у меня волосы, словно мёд.

Руки были отнимающими боль,

Стали они отнимающими жизнь.

Сталью налился сердца комок в груди.

Правда ли ты говорил со мной, Господи?

Ты ли в руки мои клинок вложил?

Немного Нервно – Жанна

Анью наблюдала за импровизированным лагерем пиратов из зарослей невысокого кустарника, практически распластавшись на траве. Полли уселась у неё на макушке, изредка дёргая пряди волос. Колдунья не обращала на эту возню особого внимания – в малышке сил с трудом хватит разве что волосок вырвать, не велика потеря, а вот расположившиеся в бухте пираты были в разы интереснее. Таких существ Аньюриэль видела впервые в жизни и даже в книгах не встречала ничего подобного. В целом пираты напоминали людей, но с элементами рыб или других морских гадов. У кого-то нога или рука выглядела как клешня у краба, у другого всё лицо заросло ракушками, третий красовался головой мурены. Около двух десятков особей. Разнообразие уродств было, что называется, на любой вкус.

Это что, цирк уродов на гастролях?

Анью пристально смотрела на человекоподобных существ, пытаясь понять, это люди так изменились, или морские гады массово решили очеловечиться? Мококо тоже нигде не было видно. Вламываться и крушить всё подряд было не разумно – всё же она здесь с целью спасти малышей, а не угробить их. Да и нападать на непонятных рыболюдей не разведав обстановку было бы глупостью.

Вот только ситуация понятнее не становилась. Пираты рубили деревья, собирали из брёвен подъемные механизмы и стремянки, складывали заготовленные доски и жерди в штабеля и ничего больше. Не отдыхали, не препирались между собой, практически не разговаривали. Это тоже выглядело подозрительно. Сброд на её корабле постоянно искал возможность увильнуть от обязанностей и приобщиться к бочке с алкоголем, которую они умудрились тайно от Эйши протащить в трюм, а здесь даже надзирателя никакого не было. Либо рыболюди были организованнее и ответственнее, чем обычные люди, либо она чего-то не понимает в этой ситуации.

– Как-то всё это подозрительно, — согласилась с её внутренними сомнениями Энвиса. – Ты же не станешь лезть в бой с неизвестным противником?

– Когда меня это останавливало? – ответила вопросом на вопрос Анью. – Так, Полли, слезай и спрячься. И не высовывайся, что бы ни случилось.

Мококо засуетилась у неё на голове и шустро начала спускаться, держась за прядь волос, как за канат. Колдунья скрипнула зубами, получив пинок в ухо от малышки, но стерпела. Дети…

– Всё поняла? – она глянула на притаившуюся среди травы девочку.

– Прятаться и не показываться на глаза, – мококо так активно закивала, что венчик колокольчика сполз ей на лоб.

Колдунья медленно поднялась, бесшумно перепрыгнула через кусты и побежала в сторону лагеря пиратов. Рыболюди заметили её, но остались при этом подозрительно спокойными. Никто не закричал, не поднял суету. Просто молча похвастались за оружие. Урод, у которого была морда краба вместо лица, поднял руку. Раздался оглушительный грохот. Анью метнулась за дерево.

Магия?

Она аккуратно выглянула из-за ствола. Грохот повторился. Что-то небольшое с треском вонзилось в дерево, пробив кору и раскидав в стороны пригоршню щепок.

Не магия, но лучше не попадать под это…

Анью телепортировалась за другое дерево и тут же выскочила, сокращая расстояние между собой и лагерем рыболюдей. Один из пиратов поднял перед собой сжатую руку, а в следующий миг он выкинул странный предмет. Анью интуитивно метнулась в сторону. Резкий грохот и песок в том месте, где она недавно пробегала взметнулся, отчётливо показывая, куда прилетел миниатюрный снаряд. В воздухе едко запахло порохом. Анью оттолкнулась от импровизированного ограждения, подпрыгнула, ударяя ногой с разворота ближайшего противника в голову. Хруст сломанной шеи потонул в общем гомоне – пираты заметно занервничали. На кончиках пальцев заискрили молнии. Колдунья вскинула руку, направляя во врагов стаю грозовых птиц, расправляясь сразу с тремя. Уклонилась от вражеской атаки. Лезвие сабли со свистом разрезало воздух в паре сантиметров от её плеча. Анью крутанула посох в руках, впечатывая основание врагу в глазницу. Древко вдавило выпуклый рыбий глаз в череп с отвратительным чавкающий звуком. Чародейка выдернула посох из поверженного врага. От грязно-бурой слизи, налипшей на оружие, стало тошно. Впрочем, времени на эмоции не было. Она откинула волной магии подбежавшего врага и отправила ему вдогонку пульсар.