Чтение онлайн

— Своей и всех людей, — молвила баба Нюра, — мы сейчас ритуал проведем, чтобы Смерть остановить. А то в нашей деревни девок не осталось, тогда Смерть дальше пойдет, в другие поселки и города.

Я слушала старушку, а мои волосы вставали дыбом от ее слов. Какой к черту ритуал? Какая Смерть? О чем вообще баба Нюра говорит?

— Стара я стала, Настенька. Тяжело Смерть мне сдерживать, вот сейчас все тебе покажу, расскажу и наследство свое передам.

— К-к-какое еще нас-с-следство? — в замешательстве поинтересовалась я. Старушка продолжала идти вниз и тянуть меня за собой, а я уже не сопротивлялась. Какая-то безысходность напала на меня. Я и верила и не верила одновременно. Все казалось сказкой, легендой и никакой ритуал мы проводить не будем, а баба Нюра решила пошутить над городской родственницей.

— Тьму удержит только Свет! — торжественно изрекла старушка, она отпустила мою руку, едва закончились ступеньки, и первая вошла в странное помещение. Я боялась идти за ней и молча наблюдала, как баба Нюра освещала комнату или не комнату. Даже не знала, как обозвать то, что видела. Земляные стены, под ногами глина и могильный холод.

Старушка подошла к стене, и я увидела, как загорелся факел. Он тусклым, дрожащим светом озарил небольшой склеп и я заметила посередине каменный постамент и гроб, обшитый красным бархатом, а в нем лежало тело укутанное в белую простыню. Человек издал тихий стон и я с ужасом смотрела, как баба Нюра подошла к жертве и ласково произнесла.

— Не бойся, я сделаю все быстро, а ты послужишь великой цели и спасешь много живых душ от Смерти. — бабуля задула свечу, положила ее в карман фартука и поманила меня к себе. — Настенька, иди сюда. Учить тебя буду.

Неизвестный в простыне зашевелился и стал отчаянно издавать звуки, словно пытался кричать, но кляп во рту мешал ему это сделать. Я не могла сдвинуться с места. Меня словно парализовало, а «божий одуванчик» продолжал спокойно дальше рассказывать.

— Сначала мы нарисуем на лбу пентаграмму и сделаем всего один надрез, вот здесь, — баба Нюра провела кончиком ножа по животу жертвы, та испуганно замычала. — Затем произнесем призывающие слова. Тебе лучше держаться рядом со мной и внимательно смотреть, как и что я делаю. Я должна буду объяснить Смерти, что в следующий раз не я, а ты будешь проводить ритуал…

Баба Нюра говорила и говорила, а меня вдруг затошнило то ли от горелого запаха факела, то ли от отвратительной сладковатой вони.

Я прислонилась к стене, пытаясь прийти в себя от происходящего. У бабули хоть и нож в руках, но я с ней справлюсь. А вот как выбраться? Если склеп закрыли и я уверенна охраняли снаружи. Надо же, Коля оказался помощником маньячки, а еще есть Игнатьич. Странно, что его здесь нет. Если бы старик проводил такой… ритуал я бы не удивилась.

— А где вы берете… жертвы? — охрипшим голосом спросила, решив все выяснить, а потом начать действовать.

— Это Колькина забота, а иногда Игнатьича, — с радостным воодушевлением ответила мне старушка и противно так хихикнула. — Они знают, если не справятся будут наказаны.

Бабка с ума сошла и как я раньше не заметила. Глаза возбужденно блестят и щеки разрумянились. Пора ножичек у нее забрать, а то пырнет без предупреждения… жертву.

— Баба Нюра… ритуал закончим, а как выберемся? — ну, давай отвечай, я спрятала за спину дрожащие руки, коснулась пальцами холодной земли. А внутри было очень горячо, адреналин бежал по крови, заставляя сердце усиленно биться. От жуткого напряжения начала раскалываться голова и тошнота от запаха усилилась.

— Так, постучимся, Колька и откроет, — губы старушки растянулись в зловещую улыбку. «Значит постучать». Ладно там посмотрим, сейчас надо было лишить бабку оружия и попытаться договориться.

— Потом тело поместим сюда, — баба Нюра показала на стену, и тут я только заметила множественные отверстия, словно кто-то рыл проходы. — Там лежат мученики, спасшие невинных девиц от гибели. Да, и ты там будешь, моя хорошая. Спасительница наша.

Старушка погладила лицо жертвы, которая сдавленно стонала, откинула простынь с головы и я с ужасом увидела длинные темные волосы. Ноги сами подвели меня к гробу. Там лежала моя… Маринка! Зареванная, с размазанной тушью по щекам, глаза широко раскрыты и полны отчаянья, во рту кляп из какой-то тряпки. Баба Нюра с каким-то голодным безумием в зрачках провела рукой вдоль тела девушки, Маринка замычала еще сильнее, слезы полились из ее глаз. Она попыталась встать, но не смогла.

— Тише, тише, — успокаивала девушку баба Нюра, а когда старуха подняла руку с ножом, я на нее кинулась. Схватилась за морщинистое запястье, сжала его, но неожиданно бабка оказалась шустрой. Она вдруг ловко вывернулась и сильно оттолкнула меня. Теперь мы стояли лицом к лицу и баба Нюра с какой-то странной усмешкой смотрела на меня.

— Не получится значит у нас, Настенька… договорится, — старуха рассекла ножом воздух, и я сделала шаг назад. От этой маньячки всего можно было ожидать, вон как уверенно бабка нож держала. Белый платок сполз с ее головы и седые, длинные волосы торчали в разные стороны, создавая жуткий ореол вокруг лица. Губы старухи искривились в дьявольской усмешке, а взгляд с безумием устремился на меня и это безумие пугало больше всего, а я пыталась хоть что-то придумать.

Моя свечка валялась где-то на полу, но она и не могла мне помочь. Взглянула на стену, где был прикреплен факел, а если… как вдруг баба Нюра подпрыгнула и встала на гроб, очень уверенно держа равновесие, она слегка пригнулась и зашипела в мою сторону.

Мой крик застрял в горле и я всеми силами пыталась подавить приступ паники. Хотелось бежать прочь из этого склепа, стучать в закрытую дверь и кричать. «Помогите!» Синие глаза старухи расширились и зрачки вытянулись в вертикальную линию. Тело бабы Нюры задрожало, стало увеличиваться, а красное платье затрещало по швам. Подол взметнулся и разрывая ткань появились черные, тонкие ноги, как у паука.

Я задрожала и закричала, отступая, пока спиной не уперлась в стену. Мозг не воспринимал увиденное, а чудовище в образе паука и с головой старухи, надвигалось на меня.

— Очень, очень жаль, Настенька, — продолжала лебезить тварь, голосом бабы Нюры. Она протянула ко мне лапы, вцепилась когтями в плечи и острие ножа коснулось моей шеи. — За тобой я приду позже, а ты пока. Подума-а-ай!

Я чуть не задохнулась от запаха гнили, так воняло изо рта мерзкой твари. Чудовище с нечеловеческой силой толкнуло меня и мое тело улетело вглубь земли на несколько метров. Ощутила спиной, как земля разлеталась в сторону, затем удар, от которого я согнулась пополам и меня вырвало. Виски нещадно запульсировали. Тук, тук, тук, тук, тук. Раздался жуткий крик Марины и я подняла голову. Кругом темнота и только впереди, в конце туннеля, который пропахало мое тело, тускло маячил свет факела.

Бедная подруга кричала и кричала, я закрыла уши руками, но взгляда от огня не могла оторвать, пока он не расплылся перед глазами и я не упала в спасительную тьму.

ГЛАВА 4

— Любимая моя, Марьюшка, — услышала мужской голос, вдохнула свежий запах цветов и открыла глаза. Ночь и лишь полная луна освещала поляну, отражаясь в журчащем ручейке. Обнимаясь, влюбленная пара лежала на траве и смотрела на звезды.

— Страшно мне, Степан, — прошептала светловолосая девушка с венком из мяты на голове. Я заметила сходство со мной — черты лица, цвет глаз, только губы полнее моих, да щечки румянее. — А если это ловушка и твой сон вовсе не вещий.

— Вещий, да и покойная матушка плохого не посоветует, — успокаивал парень Марьюшку. Я поняла, что каким-то образом попала в прошлое, оглядела себя, мое тело было прозрачным, как у привидения. Потом вспомнила рассказ бабы Нюры… или мерзкой твари, а ведь она должна здесь скоро появиться. Не успела о ней подумать, как ощутила еле уловимый гнилой запах. Степан тоже его учуял. Парень подскочил и взяв за руку невесту, подбежал к родниковому ручью, где почти одна мята росла и стал всматриваться в темноту.