Чтение онлайн

Лицо Прокудина вытянулось. Стоявший рядом Власов молчал. Впрочем, на него я старалась не смотреть.

Я отсекла всякую возможность того, что Прокудин последует за мной коротким:

– Прощайте!

А затем вернулась в офис. Есть мне, расхотелось.

Зайдя внутрь, прошла в свой кабинет, надеясь, что мужчины уедут. Говорить мне с ними не о чем.

Минут через пять дверь кабинета без стука отворилась. На пороге появился Власов всё с тем же несчастным букетом.

Что еще ему нужно?

– Тебе просили передать, - как ни странно, в голосе не слышалось насмешки.

– Положи там, - я кивнула на свободный стул.

Сейчас я хотела только одного, чтобы он ушел. Как же неловко!

Но осталась одна вещь, которую мне нужно сделать. И желательно, при нем.

Я взяла в руки сотовый, полистала список контактов и нажала вызов. Когда мне ответили, сказала:

– Мария, мне нужен номер твоего мужа.

– Сейчас сброшу, - прозвучало в ответ. Она даже не спросила, зачем он мне понадобился.

Получив сообщение, я позвонила Ивану Сергеевичу.

– Вы меня узнали?

После его утвердительного ответа я продолжила:

– Тогда я постараюсь коротко. По поводу наших отношений с Власовым я Вам солгала. Между нами ничего нет. Но впредь я Вас попрошу не заниматься устройством моей личной жизни. Никогда.

И сбросила вызов.

Теперь я уже могла смотреть на Романа:

– Думаю, ты можешь идти. Для тебя никаких последствий эта история иметь не будет.

Знакомая пренебрежительная усмешка тронула уголки его губ.

– Хорошо, - и он ушел.

А я осталась одна с противным чувством какой-то своей неполноценности. Посмотрев на цветы, поднялась, подхватила букет и направилась к мусорным бакам, которые располагались за домом. И выбросила туда букет. Мне стало легче.

Роман.

Я сижу в автомобиле возле аэропорта. Безопасники работали около 2 недель и пришли к выводу, что весь компромат на меня хранится не у самой Кондратьевой, а у ее подруги, Чащиной. Что этим дурам, может взбрести в голову, неизвестно, поэтому я решил действовать. У всех есть свои сильные и слабые стороны. Главное их узнать. И вовремя надавить на нужные.

Чащина в разводе, воспитывает ребенка одна. Муж платит алименты чисто символически, в воспитании сына не участвует. У него своя жизнь. Из родственников у Катерины только престарелая мать, живущая в деревне на небольшую пенсию. Работа в полиции вряд ли может считаться ее сильной стороной, чтобы она по этому поводу не думала. Те, на чью поддержку она рассчитывает, отвернутся от нее в мгновение ока, как только запахнет жареным.

А им сейчас обязательно запахнет. Мне не доставляет удовольствия воевать с женщинами, но и оставлять, у кого бы то ни было рычаг давления на себя, я не собираюсь.

Из здания аэропорта выходит Чащина, которая несет на руках ребенка. С одной стороны плохо, что мальчик с ней, с другой - у нее есть возможность прочувствовать всю безысходность своего положения. Она должна была сегодня лететь в отпуск в Турцию, но у меня были другие планы. Её сопровождают двое крепких ребят из моей охраны. Когда они подходят к машине, один из них открывает дверь. Катерина медлит, увидев меня:

– Не ожидала?
– интересуюсь, хотя и так понятно, что для нее наша встреча сюрприз.

Но не только им веселиться за мой счет.

– Садись, чего ждешь?

Она неловко забирается в автомобиль, так и продолжая держать сына руках, который время от времени всхлипывает и вцепился маленькими ручонками в мать, так что не оторвешь. На секунду меня колет чувство вину, за то, что напугали мальчишку, но я отгоняю его, как назойливую муху. Эти бабы сами виноваты. Куда полезли?

– Как дела?
– спрашиваю, но Чащина не отвечает.

– Ты ведь понимаешь, что будет дальше? У тебя нашли вес герыча* в крупном размере. Его изъяли, оформили все документы как положено. И только от меня зависит, что будет с тобой дальше. Как сотрудник доблестной полиции, ты можешь прямо отсюда поехать в СИЗО*. Либо удалить всё, что есть у вас на меня, и поехать в Турцию. Имей в виду, что протоколы и героин будут храниться в надежном месте, и если ты меня обманешь, я, не раздумывая, пущу их в ход. А тебе надо подумать о сыне. Если ты попадешь в тюрьму, что будет с ним? Сколько там за сбыт наркотиков в крупном размере? От десяти до двадцати лет лишения свободы?

Она обжигает меня ненавидящим взглядом.

– А если я солью видео в сеть?

– Тогда мои спецы его достаточно быстро подчистят. А ты сядешь. Да и даже, если кто-то и успеет посмотреть, я как-нибудь это переживу.

Чащина крепче прижимает к себе ребенка и мучительно раздумывает, как поступить. Наконец спустя минут пять принимает решение:

– Ладно, я всё удалю. Мне нужен мой телефон, - а потом поднимает на меня горящие яростью глаза и добавляет, - Какая же ты сволочь, Власов! А я Ляльке еще говорила, что она зря с тобой так. Похоже, она права была.

Упоминание Кондратьевой последнее время вообще действует на меня странно. И зачем она меня только целовала? Теперь я не высыпаюсь из-за снов весьма определенного содержания с ней в главной роли. И что я там с ней только не делал! Причем без разницы был секс или не было. От этого я реально устал.

– Да, да, твоя Кондратьева была права. Если тебе от этого легче станет. Где еще есть видео?

Она замешкалась с ответом.

– Не вздумай мне врать. Это плохо для тебя закончится.

Она морщится, но понимает, что я не шучу и ей некуда деваться.

– На флешке, на даче. И у Оли на телефоне. Больше нигде.

Подзываю одного из ребят, что её привели.

– Степан, отдай ей телефон.

Он передает девушке устройство. Она какое-то время ковыряется, потом говорит:

– Всё.

– Телефон отдай Степану. Пока ты съездишь за флешкой, мои люди проверят, всё ли ты правильно сделала. А потом поедешь к Ольге и удалишь всё у неё.

Поколебавшись пару секунд, Катерина передает телефон мужчине. потом вылезает из автомобиля и уходит в другую машину. Дальше я думаю, разберутся без меня.

Что же, Ольга Аркадьевна, не так Вы хорошо всё и просчитали.

*герыч – героин (наркотик)

*СИЗО – следственный изолятор – место, где содержат арестованных граждан.

Ольга.

У входа в офис меня встретила молодая женщина лет 25. Одета вполне прилично, за руку она держала маленькую девочку. Ребенок прижимал к себе какую-то плюшевую зверюгу сиреневой расцветки, похожую на шар, но с лапками. Рядом с визитерами стоял чемодан.

Видя, что я достала ключи и собираюсь открывать офис, женщина приблизилась ко мне, не выпуская руки ребенка, и попросила: