Чтение онлайн

Когда луна осветила ночную землю Пирей, мы с учителем подошли к вековым камням Урун на юге, где нас уже ждали. Шесть шаманов, включая мою маму, стояли кругом возде урунов. Шесть мудрецов – шесть камней. Землю освещали шесть факелов.

В центре лежал хворост, готовый к встрече с огнём. Данная стихия самая сложная и опасная. Мысленно я зажгла факел и медленно подошла к центру. Хворост вспыхнул и наши лица осветил костёр. Я должна подчинить стихию. Её нельзя уговорить или упросить следовать воли, только подчинить. Если шаман слаб, он легко провалит это испытание. Я сделала глубокий вдох, выдох и открыла глаза.

– Аэр и кар эн руж жа малиг – я говорила тихо, постепенно усиливая громкость и силу каждого звука и так пока мой голос не стал похожим на приказ. – Аэр и кар эн руж жа малиг! Аэр и кар эн руж жа малиг!

Весь огонь погас и мы погрузились в темноту.

– Малиг и кар эн руж салем ур. Малиг и кар эн руж салем ур! – в моих глазах вспыхнул огонь, а за ними и факелы с центральным костром. В этом испытании нужно подчинить злобу, ведь только она контролирует огонь. Зажечь стихию мне помогла злость на людей, которые обвинили мою родную маму в нападении на деревню Плес.

Самое последнее испытание, добровольное жертвоприношение живого существа. В мире всё есть энергия и для рождения новой силы, нужна гибель старой силы. Я прошу природу дать мне старую энергию, которая готовится к естественной гибели. Через две минуты к нам прилетела синица, в закате своих дней. Ей было уже тяжело летать, она села на мою ладонь и сразу упала на брюшко. Я вынула из пояса нож.

– Я благодарю тебя, маленькая отважная птица, за возможность перенести тебя в мир духов, где будет покой и вечная свобода. – голос мой слегка дрожал, эта часть посвящения была морально тяжелой для меня. Молодой шаман должен понять закон равновесия и принимать смерть с такой же благодарностью, как и рождение. – Дуар диос ма кулай эль мира. – я перерезала горло синицы быстро, чтобы она не мучилась – Дуар диос ма кулай эль мира.

Кровь стекала по моим рукам и моё тело наполнялось силой. Я ощущала природу так близко, будто она в эту секунду была вся только рядом со мной. Тело птицы поглотил огнь и Дариус поднёс мне железный таз с водой, чтобы я омыла руки. Я провела вторым ножом по левой руке и капли моей крови упали в сердце пламени.

– Кровь за кровь. Жизнь за смерть. Мы едины, мы одно целое. Я есть природа, есть птица и любой зверь. – перевезав руку я отошла от костра и моё тело завибрировало. Энергия всех стихий волной проходила через меня. Вода холодом, огонь теплом, воздух потоком свежести, земля ароматом леса. Мой кулон засветился на моей шеи и я услышала голос, а потом увидела лица незнакомых людей, которые встали по другую сторону огня.

– Мира, наконец я вижу тебя, моя девочка – красивая женщина со светлыми волосами начала говорить – Ты так выросла. Мы с отцом гордимся тобой.

– Мама? – я удивленными глазами смотрела на человека, которого видела так же ясно как и шаманов вокруг. По лицу Дариуса я понимала, что духи открылись только мне. – Я Избранная Идигай, мама. Что мне делать?

– Твой путь начался, моё сильное сердце. Тёмные маги Трэсена уже знают о тебе. Начнётся охота. Многие погибнут, но ты должна быть сильной. Тебе нужно возродить западный источник и принести мир нашим долинам – женщина говорила, а остальные духи молчали. Возле меня я ощутила присутсвие кого-то ещё. Повернувшись, мои глаза столкнулись с другим вглядом.

– Дочь моя. Оберегай лунный камень.Защищай его ценой собсвенной жизни. Он есть сердце наших духов – голос мужчины был тверд и одновременно мягок. Я не хотела прекращать наш диалог, ведь встреча с родными родителями дарила ощущение теплоты и безопасности. Меня пугало будущее и мысль о возможной гибели родных мне людей или других невинных душ. Через пару секунд все духи пропали, а кулон погас. Я упала на колени и расплакалась. Шаманы озадаченно смотрели на меня, но продолжали молчать.

– Что они поведали тебе? – спросил Дариус. Я пересказала наши диалоги и поднялась на ноги. Отныне я защитник долины, оттыне я сильное сердце Идигай. Пути назад нет.

Через два дня я начала подготовку к предстоящему походу на запад. Мама и папа собрали мне еду и подготовили лошадь к дальней дороге. Ранн отказывал мне в просьбах остаться дома. Он категорично настроен разделись тяготы моей судьбы. Никто не смог уговорить его, поэтому отцу пришлось отдать ещё и Эроса.

На рассвете мы попрощались с родными и покинули деревню. Целый день мы шли без остановки, пока не начало смеркаться. Ранн быстро нашел место для ночёвки и развел костёр, на котором мы смогли разогреть еду и поесть.

– Ты зря пошёл со мной, брат. Судьба сулит смерти, я боюсь за твою жизнь – начала я диалог. Ранн посмотрел на меня.

– А за свою жизнь не боишься? – спросил он, но ответа не дождался, ведь я не смогла найти слов. Боюсь. Я и за свою жизнь боюсь, но никогда бы не бросила свою миссию.

Утром меня разбудил брат, который всегда поднимался с первыми лучами солнца. Пока я завтракала домашними пирожками с рисом, Ранн уже сходил на охоту и принёс тушку зайка, которую привязал к седлу Эроса. Мы продолжили путь. Через несколько часов, остановились у реки, чтобы пополнить запасы питьевой воды и напоить лошадей. Небольшой отдых и дружеская беседа отвлекала меня от мыслей. Мы говорили про детство, брат вспоминал веселые моменты наших шалостей и делился мнением. Несколько дней мы провели в дороге, которая меняла наши пейзажи. Я жадно разглядывала новые места. Леса, поля, реки, всё отличалось от наших родных земель. Ощущение свободы и неизвестности будоражило меня и вдохновляло. Я была рада, что Ранн разделил со мной этой поход и у меня был близкий человек, с которым я могла поделиться впечатлениями.

Несколько дней остались позади и нас встретила граница западного края. Ветер приносил мне новости об отсутствии чужаков и мы спокойно выбирали удобные места для отдыха и сна. Ночи становилась теплее, но без ночного костра, думаю мы бы замерзали. Горячий ужин и травяной чай всегда наполняли силами. Ночью меня разбудило резкое чувство тревоги. Я погрузилась в медитацию и с ветром обошла ближайщие территории. Чужие люди в темных плащах на лошадях двигались в нашу сторону. Я разбудила брата и мы посмешили на поиски безопасного места.

Я ощущала неизбежное приближение, враждебно настроенных людей. Стук копыт чужих лошадей отголоском касались моих ушей. Ранн спрятал в кустах Руну и Эроса и залез на дерево, чтобы оценить ситуацию. Я притаилась в земляной яме и начала прислушиваться к птицам и деревьям, которые предрекали неприятности.

В ночном воздухе царило напряжение. Тишину резко прервал смех и громкий говор солдат Трэсена. Они заметили Ранна и начали стрелять в него из лука. Брат пытался уворачиваться, но одна стрела задела его плечо и он рухнул с тополя на землю. Я закрыла рот рукой, чтобы меня не услышали и я имела время на обдумывание дальнейших действий. Один солдат засмеялся и ударил юношу кулаком по животу, ближе к ребрам. Хрипы брата разожги огонь в моей сердце, я была готова наброситься на врагов и принести их кровь в жертву этому лесу. Но меня остановил ветер мыслью, что эти деревья и так уже видели много крови и боли.

Если я призову ветер или землю, они сразу поймут, что я где-то рядом, если призову диких зверей, они могут убить животных. Трэсенцы били моего брата, пытаясь выпутать информацию, скорее всего обо мне.

Ранн выплёвывал кровь и улыбался. Моё тело сжималось от жалости и чувства беспомощности. Я погрузилась в подсознание и медитацию. Не было лучшего решения, не было времени на оценку ситуации. Я обратилась в птицам. Несколько серых соколов налетели на солдат, царапали и клевали их лица. Теперь их внешний вид олицетворял внутренний. Ранн смог увернуться от смотрового и кинулся в лес.