Чтение онлайн

Только кивнул соглашаясь.

— Но покровительство для Горислава ты выторговал неожиданно удачно, — заметила Агнес.

— Думал, ты будешь злиться.

— Я злюсь, но уже давно. Больше всего, когда тебя нет рядом и ты гуляешь где-то с очередными бабами. Когда ты рядом, я про всё это забываю.

— Точно? — посмотрел на неё краем глаза.

— Почти забываю, — поправилась она, улыбнувшись.

— Хорошо, — кивнул, — на это ты не злишься. Дарья вышла из-под угрозы твоего удара…

Щукина уловила упоминание о себе посмотрела на меня. Сейчас охотница стояла одна, а до этого говорила с Серявом. Князя Чилуши Дарья недавно оставила, чтобы подошедшая Белана могла переговорить с формальным супругом.

Даше кивнул, получив в ответ обворожительную улыбку. Агнес никак не отреагировала.

— … на что же ты злишься, дорогая моя? — стал уточнять её чувства, которые теперь мог разобрать.

— Я?

Она продемонстрировала широкую улыбку.

— Да вот на это я злюсь!

Взгляд её ушёл чуть в сторону. Туда и я посмотрел следом, чтобы отметить появление Её. Исида плыла, создавая чёткое ощущение, что перед вами не простой смертный. Внешний вид Богини поражал взор, а воображение вопило о том, что от взора скрыто.

Смотрела Великая Матерь мимо всех, но в короткий миг чуть повернула голову и отметила меня. При этом Она едва заметно улыбнулась, что не скрылось от внимательных наблюдательниц.

— Вот скажи, Мирослав, где ты находишь таких…

Агнес в сердцах негодовала. Можно было её понять. Только я тут при чём?

— Ты уверен? — тихо спросила Ангелина.

— Сложно быть уверенным, но Она ещё никогда не подводила, — ответил тоже не повышая голос.

Моя вторая супруга и любимая женщина не стала отвечать мне даже через нашу связь, но и без этого по взгляду было понятно, что у неё есть сомнения. Они даже были обоснованы, потому что последнее наше совместное путешествие вышло совсем уж на грани, хотя мы были именно Её представителями.

Что мы представляли? Зачем? Понимания ко мне так и не пришло. Ничего значимого в Геаране мы не сделали, разве что поставили в неудобное положение Алимэитэ перед Исидой. Но это выглядело малозначительно. Зато в том приключении мы стали значительно сильнее.

Всё равно не сильнее Великой Матери, которую с опаской наблюдала Лина. Поэтому моя половинка говорила тихо и старалась даже не думать лишнее. Нинхурсаг вызывала по-настоящему трепетные чувства, а ведь Она сейчас значительно ограничена в Силе.

— Знаешь, я сейчас понимаю, что чувствовала Агнес, когда мы отправлялись в другой мир, — Ангелина прижалась ко мне ближе, — в тот момент я была очень рада. Ещё бы, провести с тобой вдвоём столько времени! А наш Огонёк оставалась здесь, ожидая вернёмся ли мы и когда.

Моя Златовласка переживала, это ощущалось. Причём переживания делали её смелее — так, что даже в присутствии значительного числа посторонних она не стеснялась проявлять свою любовь. Ангелина, конечно, давно уже не самая стеснительная женщина, но при муже всегда ведёт себя соответственно месту и своему статусу. Сейчас же моей милой хотелось насладиться близостью, пока я не убыл.

Поэтому Златовласка с равнодушием к окружению сидела в моих объятиях, разделяя внимание между пойманным и прижатым супругом и происходящим вокруг. Даже на Агнес периодически поглядывала с озорным вызовом. В обычной ситуации, если с нами была моя первая супруга, Ангелина старалась вести себя сдержаннее.

— Тоже могу понять, как это не легко ожидать встречи с любимым человеком, гадая, когда он придёт и придёт ли вообще.

Не стал упоминать, что почувствовал сполна эти чувства от Агнес при первом возвращении из плана Исиды. Тогда Зажигалки пришлось меня оттуда звать совсем неприятным для меня способом — при помощи другого мужчины, огненного магистра Ружинского.

— Эх… — моя женщина только вздохнула, ничего не говоря.

Наклонил голову и погрузился в россыпь золотистых волос. Носом принялся раздвигать локоны, пытаясь добраться до шеи. Лина тихонечко засмеялась от скользящих движений на нежной коже.

— А Горислав унаследовал от тебя умение нравиться женщинам, — сопровождая смешками, поделилась наблюдением моя ворожея.

— Или же тягу к прекрасному полу. Чего уж нам стесняться в проговаривании очевидного! — я также улыбнулся.

Вдвоём мы смотрели на необычную картину, которая никого в просторной зале для приёмов дворца Чилуши не оставляла равнодушной. Дворец, что был мною разрушен когда-то, отстроили заново и сделали его практически прежним. Наверное, поэтому его так быстро восстановили.

После заключения договорённостей в лесах на востоке, Белана на правах княгини и формально новой главы княжества Чилуша пригласила всех к себе. Решение в первую очередь ожидали от воплотившейся Великой Матери. Она согласилась, а по пути сообщила о новой необходимости для перемещения в другой мир. На этот раз Её выбор пал на большую часть моей семьи, включая мелкого сорванца.

Поэтому переживала Ангелина, прижимаясь ко мне. По этой же причине беспокоилась Агнес, хотя с огневолосой у нас было гораздо больше вопросов.

— Папа! — услышал звонкий голосок Горислава, заметившего наше веселье.

Тут же приготовился ловить сорванца, но первой справилась Ангелина, что уже привыкла чувствовать перемещения малыша.

— Лина! — обрадованно заверещал мелкий, пойманный второй мамой прямо в воздухе после его появления возле нас.

Горюня довольно пролепетал что-то, а потом вновь увидел Исиду, с едва заметной улыбкой наблюдающей за проказами нового маленького знакомого.

— Тётя!

Внимание сына вернулось к прежнему развлечению, и он прыгнул обратно. Исида совершенно по женский поймала его у своей груди в собранные руки, а после разок крутанула вокруг себя довольно запищавшего карапуза.

Эта Невероятная Женщина, заставляющая всех мужчин испытывать учащённое сердцебиение от одного только вида, сейчас просто играла с маленьким мальчиком и выглядела при этом очень довольной.

На такое действо я и Лина поглядывали с удивлением и интересом. Лина, правда, с большим интересом смотрела на беседующих Светлостей Старза и Чилуши — Агнес и Белана по-прежнему хорошо общались, теперь уже точно зная о беременности светловолосой. Для Лины это было такое значимое событие, которое она ещё не могла осмыслить, но ощущала его важность.