Чтение онлайн

Ты любишь кошек. Тебе нравится их непостоянство, их независимость. Нравится, как они бесшумно двигаются, как светятся в сумраке их глаза, способные прозревать кромешную тьму. Именно поэтому ты решила начать свое путешествие с Тасиро, известного также как «остров кошек». В детстве ты даже немного боялась этих животных: тебе рассказывали о бакэнэко, жутких кошках-ёкай, способных принимать человеческий облик, и каждый раз, встречая в округе одного из старых бродяг, ты трепетала при мысли, что он вдруг поднимется на задние лапы и превратится в чудовище с острыми зубами и раздвоенным хвостом. Не то чтобы сейчас ты перестала верить в сверхъестественных существ, просто знаешь, что на этом маленьком острове можно встретить и других представителей кошачьего племени.

В день твоего приезда небо неподвижно-белое, словно застывшее во времени, как и лодки на набережной, и дома, и редкие автомобили, и несколько торговых автоматов, чьи металлические корпуса сковало налетом ржавчины. Но с каждой секундой ты понимаешь, что их становится все больше и больше. Белые, серые, черные, рыжие, трехцветные, полосатые, длинношерстные и короткошерстные, молодые и старые, в полном здравии или с боевыми отметинами на мордах. Двое сидят на ступеньках старого магазина с опущенными ставнями, всего в нескольких шагах, смотрят на тебя без особого интереса и, самое главное, без страха: они свободные, но вовсе не дикие.

Предки этих кошек появились на острове много веков назад, начиная с периода Эдо: на Тасиро изготавливали шелк-сырец, и, чтобы избавиться от мышей, вредивших производству, люди решили заключить союз с кошками. Но не только производители шелка любили кошек, рыбаки тоже ценили их общество и считали, что по поведению усатых можно судить о погоде и даже предсказать, успешна ли будет дневная рыбалка.

Худой, желтоглазый белый кот с тремя черными пятнами на спине, более решительный, чем собратья, подходит к тебе и настойчиво мяукает. Он не голоден – живущие на острове люди кормят животных и ухаживают за ними, – а, скорее, жаждет внимания. Кот быстро направляется по асфальтированной дороге прочь из города, затем поворачивается и смотрит на тебя, раз, другой, пока ты не соглашаешься последовать за ним.

Вокруг брошенные дома, окна затянуты пылью, стены скрыли ползучие растения. Тебя встречают запертые двери и окна, и только один человек – пожилая женщина – сидит на скамейке. Рядом мирно спят и приводят себя в порядок несколько кошек. Ты улыбаешься ей, и она улыбается в ответ, так же добродушно и меланхолично, как и остальные на этом острове. А все потому, что сейчас ты находишься в так называемой деревне на краю света: половина человеческого населения тут старше 65 лет, и, в отличие от представителей кошачьего рода, людей на острове Тасиро становится все меньше.

Следуя за белым котом по заросшим травой дорогам и тропинкам, утопающим в зелени, ты оказываешься в лесу, в самом центре острова. Небо неподвижно, свет мягко просвечивает сквозь листву. Ты замечаешь, как белый хвост исчезает за кустом, и среди листвы мелькает что-то красное. Это небольшое святилище, возведенное в честь кошки, погибшей от удара каменным грузилом, из тех, что вешают на рыболовные сети: человек, по неосторожности убивший ее, очень расстроился и захотел отдать дань уважения животному и успокоить его дух.

У тории [3] из серого камня тебя встречает серьезный, золотистый взгляд твоего проводника; он щурит глаза и, дождавшись, когда ты подойдешь, проходит вместе с тобой через портал, ведущий из мира людей в мир богов. Статуэтки обнимающихся кошек, манэки-нэко с поднятыми лапками, камешки с нарисованными лицами – все это подношения, которыми усеян алтарь. Ты тоже оставляешь подарок и послушно складываешь руки в молитве, а после отправляешься обратно в гавань.

Мы знаем, о чем ты думаешь, проходя мимо молчаливых домов: атмосферу теперь оживляет лишь присутствие кошек и привлеченных этим зрелищем немногочисленных туристов, а человеческое прошлое острова кажется блеклым и обреченным исчезнуть.

Белый кот провожает тебя до ступенек, где вы встретились, берет с протянутой ладони вознаграждение, которое ты ему предлагаешь. Возможно, он поступает так больше ради тебя: говорят, если покормить кошек на острове, это принесет богатство и удачу. «Ня-а-а, ня-а-а», – тихонько мяукает он… Кот не дает себя погладить, но перед тем, как уйти, описывает восьмерку вокруг твоих лодыжек – число, которое в этой стране считается хорошим предзнаменованием.

Ты сейчас в самой южной точке острова, стоишь на блестящем, почти зеркальном тротуаре: шагаешь одновременно по небу и по земле. Лицом к горизонту, к морю. Взгляд скользит по темным контурам, острым краям большого эллиптического сооружения, чей силуэт вырисовывается впереди. Гладкий черный камень с выемкой посередине. Если бы сейчас было 12 июля, в этом голубом провале покоилось бы заходящее солнце. А все потому, что в тот летний день 1993 года почти 200 жителей Окусири погибли в результате сильного землетрясения, эпицентр которого располагался к юго-западу от Хоккайдо, и последовавшего за ним цунами.

Остров, где ты сейчас находишься, сильнее всего пострадал от стихии, затронувшей северную часть Хонсю и тихоокеанское побережье России: монумент перед тобой – Дзикусё – воздвигнут в память о ее жертвах. Мы наблюдали за тем, как Окусири залечивает раны после этого бедствия. Остров сумел восстановиться: стоя перед кенотафом [4] и глядя на эпицентр землетрясения, не только испытываешь уважение к погибшим и печаль о потерянных жизнях, но ощущаешь еще и пульс будущего всех ныне живущих обитателей острова.

Мы знаем, что тебе интересна история названий и их значения, поэтому, покидая самую южную часть острова, откроем один секрет: кажется, слово «окусири» происходит от i-kus-un-sir, что на языке айнов, коренного населения Северной Японии, Курильских островов и острова Сахалин означает «остров на другой стороне». Происхождение этого народа остается неясным, но наиболее правдоподобной выглядит гипотеза, что айны пришли сюда из Сибири еще в глубокой древности.

Ты добралась до восточного побережья острова и теперь прогуливаешься вдоль береговой линии. Море здесь чрезвычайно насыщенного цвета, уникальный оттенок, его называют «окусирским синим». Внизу ленивые волны накатываются на песчаный пляж: то, что сейчас приковывает взгляд нерукотворно, но это тоже память. Из вод Японского моря возносится загадочная скала – арка высотой почти 20 метров. Набэцуру – ее так называют, потому что она напоминает ручку набэ. Геологическая история этой скалы началась в глубокой древности и связана с вулканической активностью, лавой, которая сначала была жидкой и горячей, а затем остыла и затвердела. Ветер и волны размыли ее, вылепили, придав ту форму, которую ты видишь. И правда, кажется, будто, ухватившись за эту скалу, можно достать из моря упавший туда гигантский горшок, а еще она напоминает ожерелье или звено цепи, которой можно изловить и приковать к земле облака. Однако лучше всего здесь подходит ассоциация не с каким-то упавшим в воду предметом, а образ большого живого организма: скала похожа на ухо мудрого существа, обитающего в глубинах океана, оно слышит все, что происходит на суше, а после пересказывает жителям подводного мира.

Набэцуру – не единственное скальное образование необычной формы, которое можно встретить у берегов Окусири: здесь есть и Хоя, напоминающая морской ананас – хою, и Моттатэ, чья слегка фаллическая форма породила легенду, не предназначенную для детских ушей, и Кабуто, похожая на шлем самурая, безусловно, самая поразительная с виду скала, к сожалению, пострадавшая от землетрясения.

На краю арки Набэцуру вырос кустарник. Ты спрашиваешь себя, каково это – жить там, в полном одиночестве, в компании одних лишь волн: то ласковых и спокойных, то стремительных и бурных. Это Berberis amurensis, растение, весной усыпанное нежными желтыми цветами, которые осенью сменяются ярко-красными плодами; его ветви усажены острыми колючками. По-японски название этого кустарника означает: «по широким листьям змея не взбирается»; возможно, причина как раз в колючках. Видимо, это растение распространилось в Японии еще до периода Мэйдзи.