Чтение онлайн

— Спасибо, Макс. — Кайл похлопал его по плечу. — А теперь иди спать. Завтра нам понадобятся все силы.

Макс двинулся прочь по коридору, постепенно исчезая из виду в мягком ночном свете. Кайл еще несколько минут постоял на месте, собираясь с мыслями, затем повернулся и направился обратно в комнату.

Войдя, он сразу увидел Мару. Она продолжала безмятежно спать, едва слышно дыша и совершенно не заметив его ухода. Кайл аккуратно прикрыл дверь, подошел к кровати и ненадолго остановился. От одного взгляда на девушку внутри становилось тепло.

Он прилег, стараясь не потревожить ее сон, но затем все же притянул ее к себе, и Мара во сне инстинктивно подалась навстречу. От этого простого жеста доверия у Кайла зашлось сердце — и он вдруг понял, как давно не ощущал ничего подобного.

Кайл лежал, вслушиваясь в ее дыхание и чувствуя, как все остальное постепенно отступает на второй план. Завтра предстояло много испытаний, трудностей и неопределенности, но сейчас, рядом с ней, он точно знал, что готов пройти через что угодно, лишь бы не отпускать ее руку и видеть ее такой каждую ночь — доверчивой, спокойной и совсем не похожей на ту взбалмошную девчонку без инстинкта самосохранения, которой она была при их первой встрече.

Что бы ни случилось завтра, он будет с ней до самого конца.

Глава 46

Кайлу снился огонь. Яркий, слепящий и жестокий, он охватывал стены Пятой станции, разрушая все, до чего мог дотянуться. Кайл снова оказался там — в месте, где когда-то лишился всего, что имело значение. Пламя ревело, вырываясь из коридоров и пожирая кислород, а он отчаянно метался, пытаясь найти кого-то важного — того, кого нельзя было потерять. В груди нарастала паника, злость и отчаяние, и он никак не мог их подавить.

Но вдруг все изменилось. Огненный ад исчез, уступая место совсем иному воспоминанию — тихому и почти забытому. Он стоял посреди незнакомого места, окруженного зеленью и пронизанного солнечным светом. Тихо шептал ветер, а напротив Кайла была девушка. Лица он не видел, но ощущал ее рядом так ясно, будто она была частью его самого. Он знал, как ее зовут, помнил тепло ее рук, мягкость ее прикосновений. Но стоило ему попытаться назвать ее имя, и сон болезненно оборвался.

Кайл очнулся внезапно и судорожно втянул воздух, будто только что вынырнул из ледяной воды. Несколько минут он лежал неподвижно, глядя в потолок, стараясь прогнать тревожные образы и вернуть дыханию нормальный ритм. Сон еще стоял перед глазами, мешая окончательно проснуться.

Медленно повернув голову, он замер, увидев Мару. Она все еще спала, свернувшись на боку и накрывшись до плеча одеялом. Ее лицо выглядело спокойным, дыхание было ровным и глубоким. В приглушенном свете единственной лампы ее черты казались особенно нежными, а сама она — беззащитной, и это зрелище вытеснило из его сознания последние остатки тревожного сна.

Он приподнялся на локте, разглядывая ее, пытаясь понять, что же изменилось в его жизни так быстро и незаметно. Впервые за долгие годы он проснулся не один — рядом лежала та, которой он доверял настолько, что это казалось абсолютно естественным. От этого чувства внутри становилось непривычно.

Мара пошевелилась, словно ощутив его пристальное внимание, и открыла глаза. Сначала в ее взгляде читалась растерянность, но стоило ей прогнать остатки сна и разглядеть его лицо, как выражение сразу смягчилось, а губы тронула улыбка.

— Доброе утро, — сказала Мара, потягиваясь и совершенно естественно придвигаясь к Кайлу.

— Доброе, — негромко ответил он, не отрывая взгляда от ее глаз, будто стараясь удержать момент как можно дольше.

Она нахмурилась, заметив легкое напряжение на его лице, и коснулась пальцами его груди.

— Ты какой-то странный. Что-то случилось?

Кайл усмехнулся и, покачав головой, заправил ей выбившуюся прядь за ухо.

— Просто приснился странный сон. Будто я потерял тебя. — Он замялся, подбирая правильные слова. — Когда проснулся и увидел, что ты здесь, рядом, почувствовал, что это стало самым важным.

Мара на секунду замолчала, серьезно всматриваясь в его лицо, потом бережно погладила по щеке:

— Я здесь. И я никуда не уйду.

Он улыбнулся и, прижав ее ладонь к щеке, ненадолго закрыл глаза, чтобы запомнить ощущение.

— Я не привык кого-то терять, — признался он. — Просто потому, что вообще не привык к кому-то привязываться. А сейчас, смотря на тебя, понимаю, что по-другому уже не выйдет.

Мара улыбнулась в ответ, и коснулась его губ своими — сначала осторожно и почти невесомо, а затем смелее и жарче, показывая, что его слова понятны и важны для нее. Все остальное утратило значение, и Кайл ответил на поцелуй, позволяя себе раствориться в нем.

Когда Мара отстранилась, в ее взгляде не было ни следа сомнений:

— Это не так страшно, — прошептала она легко целуя его в уголок губ. — Привязываться к кому-то даже приятно.

Кайл снова улыбнулся и провел пальцами вдоль ее плеч и спины:

— Возможно, ты права. Но я пока не привык к таким вещам.

— У тебя есть время, — ответила она, проводя подушечками пальцев по его груди. — От меня так легко не отделаешься.

— Это хорошо, — живо оценил Кайл. — Потому что я и не собирался тебя отпускать.

Мара рассмеялась и доверчиво уткнулась лбом ему в плечо. Кайл крепко обнял ее, позволяя себе расслабиться полностью. Это было именно тем, чего ему так долго не хватало.

Сейчас, здесь, с ней в объятиях, все казалось естественным и правильным, и он больше не думал ни о прошлом, ни о будущем. Он просто наслаждался этой тишиной, близостью и доверием.

Глава 47

Третья станция оказалась не менее удивительной, чем первые две, но совершенно иной. Здесь не было роскошных оранжерей или эффектных витрин с едой. Вместо них нас встретили длинные ряды технических помещений и огромные ангары, набитые странными приборами и мерцающими терминалами, от одного вида которых у меня загорались глаза, а дыхание учащалось.

Кайл заметил мое состояние и улыбнулся:

— Ну вот наконец мы точно оказались там, где тебе интересно.

Я усмехнулась, без раздражения принимая его поддразнивание. Теперь между нами было нечто совершенно другое — доверие, близость, воспоминания о прошлой ночи, к которым я еще не успела привыкнуть. Каждый раз, когда его пальцы случайно задевали мою кожу, тело тут же откликалось, вызывая смущение и легкое волнение.

— Это гораздо лучше, чем рассматривать красивые растения, — сказала я, стараясь придать голосу беззаботность. — Здесь бьется настоящее сердце станции.