Симпсоны. Вся правда и немного неправды от старейшего сценариста сериала
Шрифт:
Диванные шутки гораздо веселее… Но и возни с ними намного больше. Раньше мы повторяли каждую шутку раз в год, в итоге получалось одиннадцать диванных шуток на сезон из двадцати двух серий. Но мы быстро поняли, что, когда люди видят старую диванную шутку, они думают, что смотрят повтор, и переключают канал. Сегодня почти у каждой серии есть своя уникальная диванная шутка.
Как правило, мы пишем шутки для титров в конце рабочего дня. Когда есть шанс, что мы уйдем из офиса в полшестого вечера и успеем попасть домой к горячему ужину и неспящим детям, босс говорит нам заняться досками и диванными шутками.
Наши диванные шутки пародировали открывающие титры других сериалов: «Теории большого взрыва», «Игры престолов» и «Во все тяжкие». Однажды Симпсонов раздавила гигантская нога из открывающих титров «Летающего цирка Монти Пайтона». Шоураннер Дэвид Миркин настоял на использовании именно той же ноги, что была у пайтонов: с картины Аньоло Бронзино «Аллегория с Венерой и Амуром».
Некоторые диванные шутки – настоящие мини-эпосы. Всего за семьдесят секунд мы показывали всю историю человечества – начиная с амебы, которая эволюционирует в обезьяну, потом в пещерного человека, а потом деградирует до Гомера Симпсона. Мы сжали трилогию «Властелин колец» до минуты и тридцати девяти секунд. Иногда нам даже не нужно работать, потому что приглашенные художники делают все за нас! У нас была возможность поработать с аниматорами, перед которыми мы преклоняемся: Биллом Плимптоном, Доном Херцфельдом и командами «Робоцыпа» и «Рика и Морти». Гильермо дель Торо сделал трехминутные титры, где процитировал все фильмы ужасов в истории, и это просто невероятно.
Потом, есть еще знаменитый анонимный художник Бэнкси. Эл Джин связался с ним (с ней? с ними?) через продюсера документального фильма «Выход через сувенирную лавку». Бэнкси нарисовал уморительную оруэлловскую версию корейской анимационной студии, где делается наш сериал: в его титрах DVD с «Симпсонами» нанизываются на рог измученного единорога, а потом упаковываются в коробку при помощи языка мертвого дельфина; живые белки пропускаются через шредер, чтобы стать набивкой для кукол Барта Симпсона, которые увозит на тележке нездорового вида панда. Нам все страшно понравилось; нашим корейским аниматорам – нет. (Я был первым сценаристом «Симпсонов», посетившим нашу студию в Сеуле; сотрудники, преимущественно женщины, работают в намного более просторных и светлых офисах, чем наши сценаристы; и многие из них смотрят на телефонах корейские мыльные оперы во время работы).
Моя самая любимая диванная шутка вышла в тот вечер, когда наш сериал забрал у «Флинтстоунов» звание самого долгоиграющего эфирного анимационного сериала в истории. Симпсоны вбегают в гостиную, где видят, что на их диване сидят Флинтстоуны. Продюсеры этого сериала, компания Hanna-Barbera, потребовали, чтобы присутствие Флинтстоунов было оплачено по ставке приглашенных артистов, что мы и сделали! Фред, Вилма и Пебблз получили на троих четыреста баксов.
Где находится Спрингфилд?
По ходу книги я буду отвечать на вопросы, чаще всего задаваемые зрителями «Симпсонов».
Начнем с главного:
Где находится Спрингфилд?
Название «Спрингфилд» было выбрано создателем сериала Мэттом Грейнингом за его полнейшую невыразительность. Это название города, в котором происходит действие никакущего ситкома «Папа знает лучше», выходившего в пятидесятые, и одно из самых распространенных географических названий в Америке – больше только Риверсайдов и Файв-пойнтов. В сорока трех американских штатах имеется сорок восемь Спрингфилдов, то есть в пяти штатах есть по два Спрингфилда. Богатое воображение, парни.
Но грейнинговская версия Спрингфилда не была задумана как угадайка; как и почти все в «Симпсонах», это не было запланировано изначально. И на сегодняшний день мы дали зрителям столько подсказок, что этот город просто не может быть нигде. Вспомним, что нам известно: Спрингфилд окружен океаном с запада и востока. Однажды мы сказали, что Восточный Спрингфилд в три раза больше Техаса. А в одной серии мы видим, как Гомер утром убирает со двора снег, а вечером валяется на улице в гамаке и попивает лимонад. Вопрос остается только один: на какой планете находится Спрингфилд?
Серия «По ту сторону смеха» – обладатель премии «Эмми» – упоминает, что Симпсоны живут в северной части Кентукки. Правда, в субтитрах написано, что они из Миссури. Выбирайте, что больше нравится. Для повтора мы поменяли штат на Иллинойс. А на DVD говорится, что они живут на «небольшом острове».
В «Симпсонах в кино» Нед Фландерс говорит, что штат, в котором расположен Спрингфилд, граничит с Огайо, Невадой, Мэном и Кентукки. Перед премьерой фильма был даже конкурс, где жителям разных Спрингфилдов предлагалось снять видео, объясняющее, почему именно их город – родина Симпсонов. За честь называться самым тупым, жирным и грязным городом Америки соревновались тринадцать городов. В фильме Спрингфилда, штат Массачусетс, фигурировал сенатор Тэд Кеннеди, он пригласил очень похожего на себя Мэра Куимби приехать в гости. Это было мощное выступление со стороны Кеннеди – особенно с учетом того, что, как я слышал, он ненавидит нашего персонажа. И несмотря на все это, Массачусетс проиграл. Победителем стал Спрингфилд, штат Вермонт. (Комик Генриэтта Мантел родилась в Спрингфилде, штат Вермонт, и она говорила мне, что ничего общего между нашим Спрингфилдом и ее родным городом нет.)
Мне понравилась фраза Джона Шварцвальдера, остроумного сценариста пятидесяти девяти серий «Симпсонов»; по его словам, «Спрингфилд находится на Гавайях». Но несколько лет назад Мэтт Грейнинг сообщил, что действие сериала происходит в городке, рядом с которым он вырос: Спрингфилд, штат Орегон. Но он-то что может об этом знать?
Первый акт
Надеюсь, эта книга похожа на серию «Симпсонов»: стремительная, полная быстрых сцен и набитая сотнями шуток, и некоторые из них даже смешные. Я и структурировал ее как сценарий «Симпсонов», состоящий из четырех частей: сетап (начало шутки. – Прим. ред.), усложнение, разрешение и кода. Аристотель считал, что драматургия состоит из трех актов, и такой структуре обычно следует классическое кино. У нас актов четыре, а значит, мы на один акт лучше Аристотеля. Кроме того, четыре акта позволяют продавать больше рекламы.
Структура «Симпсонов» не похожа ни на один предшествующий сериал. Первый акт каждой серии начинается с последовательности эпизодов, не имеющих ничего общего с сюжетом: это может быть визит в аквапарк, посещение музея марок, визит в крытый аквапарк… Кажется, у нас заканчиваются идеи. История как таковая начинается только в конце первого акта, причем она почти не связана с тем, что было в начале серии: Гомер ссорится с Мардж в кинотеатре и в итоге становится менеджером кантри-певца; похороны Бабули превращаются в историю о том, как Симпсоны купили теннисный корт; Лиза становится ветеринаром после… визита в аквапарк.
Первый акт этой книги будет таким же: во всем этом есть смысл, просто вам его не видно.
Глава первая
Начало
Работу в «Симпсонах» я заполучил так же, как мою жену: я был не самым заманчивым вариантом, но никого другого поблизости не оказалось.
Я работал в ситкоме «Это шоу Гарри Шендлинга», имевшем вторые лучшие рейтинги с конца. (Худшие рейтинги были у «Шоу Трейси Ульман», в котором имелись короткие мультфильмы с участием уродских желтых человечков.) «Шоу Шендлинга» уходило на летние каникулы, а его шоураннер запускал новый ситком «Пацаны», действие которого происходило во Friar's Club. Как же я хотел эту работу, которая позволила бы мне писать шутки для Норма Кросби и Нормана Фелла, двух моих самых любимых Норманов!
Никто не хотел работать в «Симпсонах». Мультфильмы не выходили в прайм-тайм со времен «Флинтстоунов», то есть уже целое поколение. Хуже того, сериал запускался на телеканале Fox – в сущности, стартапе, в перспективы которого никто не верил.
Я начал работать… но никому не говорил, чем я занимаюсь. После восьми лет сценариев для кино, ситкомов и даже Джонни Карсона я начал писать для мультфильма. Мне было двадцать восемь лет, и я думал, что ниже падать уже некуда.
Тем не менее я был давним фанатом Мэтта Грейнинга и исполнительного продюсера Сэма Саймона. Им очень нравилось делать этот сериал, и ощущение было заразительным. Это была летняя работа, похожая на мои прошлые летние работы (продавать посуду, заполнять свидетельства о смерти), – мы знали, что все это ненадолго, поэтому особо не заморачивались. У нас не было даже нормального офиса. Студия была о нас такого невысокого мнения, что разместила в трейлере. Я думаю, если бы сериал провалился, они бы просто отогнали трейлер к берегу Тихого океана и утопили сценаристов, как крыс.
Мы с Элом Джином быстренько написали три из восьми первых серий: «Домашнее позорище», в финале которой Симпсоны бьют друг друга током во время семейной консультации; «Стонущая Лиза», где депрессивная Лиза знакомится с великим джазменом Мерфи Кровавые Десны; «Предательская голова», в которой Барт отпиливает голову у статуи Джебедаи Спрингфилда. Также именно в этой серии впервые появились Сайдшоу Боб, Преподобный Лавджой, Клоун Красти и хулиганы Джимбо, Дольф и Керни.
Пока я все это писал, мне не давала покоя мысль: «Лучше бы я придумывал шутки для Нормана Фелла». Поскольку никто не хотел работать над «Симпсонами», у нас подобралась разношерстная компания сценаристов, и никто, кроме меня и Эла, раньше не писал ситкомы. Они работали над скетчами, вечерними телешоу, даже рекламой. Однажды, еще до премьеры сериала, я сидел в трейлере с другими сценаристами. Когда Мэтт Грейнинг вышел наружу, я задал вопрос, не дававший нам всем покоя: «Как думаете, сколько продержится наш сериал?»
У всех сценаристов на это был один ответ. Шесть недель. Шесть недель, шесть недель, шесть недель. Только Сэм Саймон был оптимистичнее. «Думаю, тринадцать недель, – сказал он. – Но не парьтесь, никто все равно его не увидит. Ваша карьера не пострадает».
Возможно, это и есть секрет успеха сериала: поскольку мы не думали, что его вообще будут смотреть, мы не делали то, что видели раньше по телевизору; мы делали то, что хотели бы видеть по телевизору. Это было непредсказуемо: в одну неделю мы писали детектив, а в другую – пародировали французский фильм «Манон с источника». Мы придумали себе единственное правило – не быть скучными. Эпизоды были хлесткими и набитыми шутками в диалогах, на заднем плане, на переднем плане. Когда Гомер в шестой серии идет в зал игровых автоматов, мы с Элом заполнили это место играми с названиями типа «Побег из бабушкиной квартиры», «Крысоед» и «Атака Робера Гула». И если вы упустили шутку, не было ничего страшного: тогда в Америке появились видеомагнитофоны, так что вы могли записать серию и пересмотреть ее позже.
Не забудьте, это был 1988 год, и самым популярным сериалом было «Шоу Билла Косби». Это был отличный сериал… но о-о-о-чень медленный. Ничего никогда не происходило в «Шоу Билла Косби». (Зато многое произошло после «Шоу Билла Косби».)
Шуточное ли дело: самым динамичным и жестким сериалом на телевидении в то время были «Золотые девочки», ситком про три трупа и мумию. (Я начинал в ситкомах со сценария для «Золотых девочек». Теперь я и сам одна из них.)
«Когда я прочитал первый сценарий, я просто обалдел. Это было действительно хорошо написано. Я не знал, насколько успешным будет сериал, но если бы мы сняли только тринадцать серий, это был бы как минимум культовый хит. Да, сценарии были настолько хороши».