Чтение онлайн

Бродяга создал круглое окно в нижней части своего каплевидного туловища. Здесь располагалась гостиная, из которой мы и наблюдали за клановой базой Волков.

Мехи приблизились к куполу и, цепляясь за невидимые выросты, полезли вверх. Прежде я не видел таких моделей — они были компактными, ловкими и быстрыми.

— Мы точно выдержим? — забеспокоился Фёдор.

— Выдержим, — заверил Бродяга. — Взрывчатые вещества здесь не применяются, лучевое и аннигиляционное оружие… насколько мне известно, тоже нет.

Поравнявшись с нами, ближайший мех извернулся, оторвал один манипулятор и ткнул коловратом в стену домоморфа.

Ничего.

Даже вибрация от удара не прокатилась по перекрытиям.

— Я же говорил, — самодовольно произнёс Бродяга.

Интересно, домоморфы способны испытывать гордость?

Это же не люди…

Мех повторно ударил по нашему убежищу коловратом, но результат был нулевым. Тем временем, к месту схватки подтянулись другие пилоты. Самый хитрожопый забрался повыше, спрыгнул на закруглённую крышу и, с трудом удержав равновесие, запустил бензопилу. Взревел мотор, заскрежетала сверхпрочная цепь. Насколько я помню, там алмазное напыление…

Здоровенный манипулятор опустился на крышу домоморфа.

Полетели искры.

Бродяга, не мудрствуя, изменил конфигурацию. Купол выпрямился в пологий скат, изменил угол и сбросил механикуса, словно надоедливую букашку. Высота, на которой мы прилепились к шлюзу, была приличной. Пять-шесть этажей, не меньше. Пилот отчаянно размахивал манипуляторами, соскальзывая вниз, потом сгруппировался, приготовившись к падению…

Грохот, визг рвущегося металла.

Луч прожектора выхватил из темноты бесформенную груду, в которую превратилась дорогостоящая боевая машина. По обломкам побежали искры, а затем громыхнул взрыв. Фрагменты обшивки, гайки и прочие железки разлетелись во все стороны, забарабанили по стенам, начали отскакивать от поверхности Архаикума и брони оставшихся мехов. Над поверженным великаном занялось пламя.

Не позавидуешь пилоту.

Жуткая смерть.

Мои пальцы непроизвольно сжали коммуникатор. Поначалу чужой не подавал признаков жизни, но затем в голове прозвучал ровный голос:

Контакт с колонией установлен.

А в следующую секунду Бродяга выдал нехорошую новость:

— В доке посторонний.

— Что? — офигела Джан.

Я среагировал молниеносно:

— Дверь в мою комнату. Живо.

Стена гостиной подёрнулась рябью искажений.

Не дожидаясь, пока проём очертится целиком, я метнулся в спальню, подбежал к столу, резким движением выдвинул полку и достал кусаригаму. Снял чехол с серпа, бросил на кровать.

— Проведи меня в док. И срочно отстыковывайся.

— Пункт назначения?

— Не важно. Двигай в Новоси… тьфу, в Никополь.

Путешествие сквозь чужие измерения не ощущаются, пока не выглянешь в окно. Мне было не до панорамных видов: посреди комнаты сформировалась шахта с винтовой лестницей. Преодолев три витка, я спустился в узкий коридор, упирающийся в некое подобие корабельного люка.

— Он там, — сказал Бродяга.

Я отбросил все посторонние мысли.

Человек, переместившийся в док, сумел обойти протоколы безопасности Бродяги. Я думал, это невозможно, но факты — упрямая вещь. Обычный прыгун на такие подвиги не способен. Значит, боец Дома Волка вооружён хитрым артефактом. И да, он представляет угрозу.

— Сними защиту с двери, — попросил я.

— Уверен?

— Да.

— Готово.

Применяю свой дар к люку, и створки делаются прозрачными.

Док представляет собой вытянутое помещение, смахивающее на «гроб» в японском капсульном отеле. Темно, никакого освещения. Да и зачем оно нужно, если АРМ имеет принципиально отличные от человеческих механизмы восприятия? «Гроб» довольно просторный, размерами с комнату. Свет коридорных ламп внутрь не попадает, но я непостижимым образом фиксирую контуры помещения.

— Выключи лампы, — попросил я.

Панели над головой погасли.

Несколько секунд мои глаза привыкали к абсолютной темноте. Если нет окон, светящихся панелей, индикаторов… вы ничего не видите. В принципе. Так что я сделал прозрачными ещё несколько перегородок. Док наполнился тусклым мерцанием городских фонарей и неоновых вывесок над закрытыми заведениями. Достаточно, чтобы рассмотреть поле боя.

Пусто.

В доке никого нет.

— Ты ничего не напутал, Бродяга?

— Он здесь.

Твою ж мать.

Контуры человеческой фигуры расплывались, смазывались, как бы врастали в структуру дока. Мне стоило огромных усилий, чтобы рассмотреть силуэт в капюшоне. Ни лица, ни возраста, ни пола. Зато в руках — два коротких клинка.

Зря я, наверное, полез в док с кусаригамой.

Тесно, узко, не развернуться.

Ай, пофигу.

У меня же есть чудо-способность.

Запускаю вращение груза по вертикали, в нижней точке пинаю ногой и пропускаю сквозь полотно люка. Цепь разматывается, шарик несётся к голове незваного гостя. Фигура смещается, уклоняясь от удара. Хм…

Возврат.

Наматываю цепь на левый кулак, серп зажимаю в правой ладони. И прохожу через створки, на которых Бродяга снял защиту.

У противника два меча.

Ну, нечто среднее между мечами и ножами.

Смогу ли я удерживать концентрацию, чтобы клинки утратили вещественность? Сомнительно, ведь мой оппонент будет перемещаться.

Проницаемость.

Всё, кроме рук.

Фигура быстро сокращает дистанцию, делает ложный выпад левой рукой, а правой пытается достать меня в шею. Думаю, это хороший боец, он сражается в абсолютной темноте. Я — читер. Потому что одна из стен остаётся прозрачной.

Игнорирую атаку.

Клинок входит в призрачную плоть моей шеи, не встретив сопротивления. Я не вижу лица своего противника, но подозреваю, что он удивлён.

А драгоценные секунды потеряны.

Захлёстываю цепь вокруг правой кисти врага, отступаю на шаг вправо и по привычке тяну цепь по вектору атаки, чтобы сбить равновесие. Рывок не приносит результата — цепь соскальзывает с руки.

Что?

Странный тип, конечно. Темнота темнотой, но фонари должны выхватывать хоть какие-то детали. А здесь — угольно-чёрный трафарет. Будто в театре теней находишься.

Ухожу влево, взмахиваю камой.

Враг уклоняется.

Заряжаю лоу-кик под колено. Проходит, но ощущение такое, словно упырь покрыт акульей кожей или чем-то похожим. Гибкий доспех? Каббалистическое изделие?

Размышлять некогда.

Отвожу меч цепью, сохраняя проницаемость. Ки перекачивается по организму, но долго в таком режиме не продержаться. Надо понять, где у этого урода слабые точки.

Взмах камой.

Враг уклоняется.

Шаг влево, пропустить клинок мимо, заблокировать локтем чёрную руку и рубануть зажатым в кулаке грузом по корпусу оппонента.