Чтение онлайн

По странному стечению обстоятельств в этом же дворе обнаружился травмопункт, откуда граждане под руки привели поддатого дежурного врача. Он бродил в опасной зоне, словно турист среди величественных развалин, и время от времени восклицал:

— Какая драма!

К счастью, все пострадавшие остались живы. Даже шишка из местной администрации. Впрочем, сейчас шишка выглядела так, будто ее вылущила белка. Но самая большая неприятность случилась с Петровым.

Плед, в который он был завернут, зацепился за кусок арматуры и повис над головами собравшихся, словно люлька со спеленутым младенцем. Пришедший в себя Петров лежал в этой люльке вниз лицом и тупо повторял:

— Господи, что я пил?

Спустя некоторое время, злобно воя, к месту происшествия подтянулись медицинские и пожарные машины. Когда Петрова спустили на землю, санитары сразу же протянули к нему свои большие равнодушные руки.

Но тут вмешался Геракл:

— Я сам его донесу! — важно сказал он, оттолкнув плечом ближайший «халат». И добавил для Насти:

— Вон наш Шумахер, дуем к нему.

Спасенный Петров обнял Геракла за шею и доверчиво прижался к его широкой груди.

— Слушай, зачем он тебе сдался? — брезгливо спросил тот, гулливерскими шагами двигаясь в направлении «Волги». — Настоящих мужиков, что ли, мало?

— Он интересует меня не как мужик, — ответила Настя. — У меня к нему дело совершенно другого рода.

Едва успев договорить, она тут же вспомнила, что нечто подобное сказала ей в свой последний вечер Любочка Мерлужина, имея в виду усатого. Что он интересует ее не как мужчина. Может быть, Любочка вовсе не врала? И ее с усатым объединяли какие-то общие дела?

— Ну, отвоевали свое сокровище? — спросил Вельямин, озирая Петрова с нескрываемым интересом. Тот забился на заднее сиденье и бессмысленным взглядом уставился на руки, сложенные на коленках.

— Сама не верю, — пробормотала Настя.

— Моя бывшая жена, — завел Вельямин старую песню, — никогда так за мной не бегала, как вы за этим типом.

— Он мне дико нравится, — мрачно сообщила Настя, чтобы не вдаваться в подробности. — Едем к «Московским новостям», я оставила там машину.

Когда они прибыли на место, Геракл сказал, охотно принимая щедрое вознаграждение:

— Если понадобится помощь — я по вечерам на бульваре! У меня там бизнес.

— Я денег не возьму, — категорически отказался Вельямин. — И телефончика у вас тоже просить не стану, — добавил он вызывающе.

— Что же вы мне помогали? — удивилась Настя. — Милиционеру штраф заплатили за превышение?

— Просто мне скучно жить! — признался тот.

Настя вытащила смирного Петрова на улицу и повела к своей машине. Он шел за ней, словно козленок, разве что бубенцами не звенел.

— Сейчас поедем к моей подруге Люсе, — предупредила она. — Потому что одной мне, боюсь, с тобой, дружок, не справиться.

— Что я пил? — поинтересовался Петров, когда Настя, словно дитятю, пристегнула его ремнем безопасности.

— Вот уж не знаю! Но очень хочу узнать. Только не что пил, а с кем пил. Они тебе представились?

— Я ничего не помню.

— Это они тебе велели так говорить?

— Они? Меня что, украли инопланетяне? — с тоской в голосе спросил Петров. — Они высосали мои мозги?

— Какие еще инопланетяне?! — рассердилась Настя. — А мозгов у тебя нет, потому что смотришь всякую ерунду по телевизору!

Настя вырулила на шоссе и при этом, как водится, вцепилась обеими руками в руль.

— Хочется пить! — жалобно заныл Петров.

— Пить или выпить?

Петров горестно вздохнул, закрыл глаза и некоторое время сидел молча. Когда машина резко затормозила перед светофором, он удивленно поглядел на Настю и спросил:

— Вы кто?

— Ну-у… — протянула та. — Судя по всему, ты пил паленый тройной одеколон. Кстати, как тебя зовут?

— Петров.

— Если ты не в курсе, Петров — это фамилия. А зовут тебя как?

— Меня все так и зовут — Петров, — уперся он.

— А как тебя дома звали, когда ты был маленький?

— Гаденышем, — застенчиво признался тот.

— Оч-чень хорошо, — пробормотала Настя, развивая невиданную доселе для себя скорость.

Когда они подъехали к Люсиному дому, на улице уже стемнело. Она провела послушного Петрова по лестнице, держа его за сухую горячую руку. Лицо Петрова то и дело озаряла странная мерцающая улыбка.

В ответ на короткий звонок Люся открыла дверь и тут же зашикала:

— Ш-ш! Дети уже спят.

Люся была невысокой, пухленькой, но очень складной. Короткая мальчишеская стрижка придавала ей задиристый вид, а цепкие глаза, казалось, видели каждую вашу мысль, слежавшуюся в черепной коробке.

— К вам можно? — спросила Настя, напряженно улыбаясь. — Знакомьтесь: это Люся Короткова. А это Гаденыш Петров.

— Здравствуйте, Гаденыш, — растерянно сказала Люся, отступая от двери. — Проходите в комнату, гостем будете.

Петров, словно робот, послушно отправился в комнату.

— Третий мужчина за одни сутки? — возмущенным шепотом спросила Люся, изображая на лице бурю и совершенно не думая об ужасных мимических складках, которые могли подорвать ее красоту.

— Это не мужчина, — терпеливо пояснила Настя, — а вместилище информации. Внутри его есть сведения, которые позарез мне необходимы!

— Он что, съел какую-то квитанцию? — тупо спросила Люся.

— Он кое-что слышал!

— А зачем ты привезла его ко мне?

— Ну не к себе же мне везти его ночью! — зашипела Настя. — Совершенно незнакомый мужик. Возможно, он вообще — дитя порока.

— С чего ты взяла? — расширила глаза Люся.

— У него большой влажный рот. И брат у него «голубой». Пойдем на кухню, я тебе все расскажу.

Когда через полчаса они заглянули в комнату, то увидели, что Петров и загипсованный Люсин муж сидят на диване перед включенным телевизором и в унисон похрапывают, доверчиво склонив головы друг к Другу.

— Знаешь, что? — предложила Люся. — Пожалуй, дитя порока я размещу на раскладушке возле твоей постели.

— Я привезла его сюда не для того, чтобы он отсыпался! — возразила Настя. — Наутро у него в голове может произойти короткое замыкание. Надо допросить его прямо сейчас.

— Да мы его не разбудим!

— У тебя есть спиртное?

— Что-то очень дорогое и очень французское.

— Не думаю, что парень утончен до такой степени, — пробормотала Настя. — Хотя… Одет прилично и смекалист до невозможности.