Чтение онлайн

— Бросьте, мэтр, — оборвал его я. — Вы отлично знаете, почему согласились встретиться.

— Неужели?

— Именно так.

Он промолчал. Я был уверен, что не ошибся. Его молчание выдало его еще вчера, когда я упомянул центр «Матер».

— А если мы обсудим все в кафе? — предложил я.

— Нет, — ответил адвокат. — Учитывая важность дела, я и так привлекаю к себе слишком много внимания. Похоже, следователь настроен решительно. Мы можем проехаться на машине.

— На машине?

— Я припарковался вон там, — сказал он, указывая в конец улицы.

Я поморщился. Не очень-то мне хотелось садиться в машину к малознакомому человеку, которому я к тому же не слишком доверял, но он, похоже, не оставил мне выбора.

— Ладно.

Я пошел за ним к маленькому серому «мерседесу», сел рядом и кинул на пол рюкзак, чувствуя себя не особенно уютно, затем он повернул ключ зажигания, и мы поехали в сторону площади Сен-Мишель.

Он включил радио, поймал музыку и сделал звук погромче.

— Прежде всего я хочу кое-что прояснить. Все, что мой клиент мог мне доверить, находясь под стражей, является тайной следствия. Поэтому не рассчитывайте, что я сообщу вам что-либо из этого. Это понятно?

— Вполне.

— Отлично. Слушаю вас, — заключил он, когда мы ехали через Сену.

Я сделал глубокой вдох. Я плохо подготовился к этому разговору. Придется следить за тем, чтобы не сболтнуть лишнего, но в то же время сказать достаточно, чтобы вызвать доверие адвоката и выудить из него хоть какие-то сведения. Это грозило превратиться в настоящую шахматную партию.

— Так вот, — заговорил я, откашлявшись, — я оказался в ситуации, очень похожей на ту, в которой находится ваш клиент, и мне не верится, что это лишь простое совпадение.

— Что вы хотите этим сказать?

— Более десяти лет после того, как мне поставили диагноз «острая параноидальная шизофрения», я наблюдался в медицинском центре, находившемся в башне КЕВС, — он назывался «Матер»… То, что я узнал об этом центре после теракта, не могло меня не насторожить. Поэтому я задаюсь следующим вопросом: ваш клиент тоже был пациентом этого центра?

— Я не могу дать вам подобную информацию.

Я скривился. Разговорить адвоката будет непросто. Но я нуждался в подтверждении: действительно ли существует связь между центром «Матер», терактом и Рейнальдом? Конечно, вчерашняя реакция адвоката этого не исключала, но мне хотелось большей уверенности.

— Мэтр, я понимаю вашу точку зрения и обещаю: я могу дать вам полезные сведения для защиты клиента. Но зачем мне делиться с вами этой информацией, если я даже не знаю, говорим ли мы об одном и том же деле? То, что ваш клиент, возможно, посещал центр «Матер», не относится к тайне следствия…

Впереди загорелся красный свет. Машина остановилась. Адвокат обернулся ко мне и какое-то время меня разглядывал:

— Месье, я готов кое-что вам предложить, если то, что вы собираетесь мне сказать, действительно может мне пригодиться. Услуга за услугу.

Он указал на кожаный портфель на заднем сиденье:

— Я приготовил для вас папку, содержащую некоторые сведения. Разумеется, ничего, относящегося к тайне следствия, или того, что было сказано после задержания моего клиента, но все же там есть информация, которая может вам пригодиться. Решайте сами.

Эти слова я слышал от него уже во второй раз. Решайте сами! Он начинал действовать мне на нервы. Я бросил взгляд на портфель.

— Мне даже не известно, что у вас там! — возмутился я.

— Я отксерил для вас досье, посвященное месье Рейнальду. Оно содержит сведения о его прошлом, которые мне удалось собрать. Не бог весть что, но вас, уверен, заинтересует. В любом случае вы должны понять: в настоящий момент я сам практически ничего не знаю. Пока мой клиент находится под стражей, я не имею доступа к материалам следствия. И я смог с ним побеседовать всего два раза по полчаса. Если у вас есть информация, которая могла бы мне пригодиться, я готов вас выслушать.

Я засомневался. Надо было решать, стоит ли сообщать адвокату про Протокол 88, который, если положиться на хакера, представлял собой основной след в этом деле. Пока я не знал, что это такое, но, судя по сообщению СфИнКса, этот протокол — отправная точка всего расследования. Рискованно отдавать единственную стоящую нить. И потом, у меня хватало причин не доверять этому адвокату, — как и прокурору, к которому так рвалась обратиться Аньес… Нет. Протокол 88 лучше приберечь для себя. А что, если сказать ему о таинственной фирме «Дермод», которой, как выяснила Аньес, принадлежала квартира моих родителей? Я не сомневался, что фирма так или иначе замешана в нашей истории. Но и это слишком важная информация… Зато я мог бы рассказать ему о бюро Фейерберга. Я не знал наверняка, что фирма, где я так долго проработал, причастна к происходящему, но серьезно это подозревал: начальник меня сдал, похоже, он снюхался с доктором Гийомом, а офис в одночасье опустел.

— Мэтр, не стану утверждать, будто мне известна вся правда об этом деле, но полагаю, что мы с вашим клиентом стали жертвами одной и той же махинации.

— Махинации?

— Да. Вы наверняка провели свое расследование о центре «Матер».

Он не ответил.

— Значит, вы знаете, что официально его не существует. Однако и я, и ваш клиент посещали его много лет подряд… Кому-то нужно было наблюдать двух шизофреников в нигде не зарегистрированном медицинском кабинете, скрытом в одной из башен Дефанс. Зачем? Мне пока не понятно.

— Все это не более чем предположения… А вы обещали мне информацию.

Я улыбнулся. Адвокат так просто от своего не отступится.

— Я намерен сообщить вам название фирмы, тесно связанной с этой махинацией, — во всяком случае, у меня есть все основания так считать.

— Слушаю вас.

Я колебался. У меня было чувство, что я подношу ему на серебряном блюде ключ к разгадке. А впрочем, это, возможно, плата за новые нити в расследовании. Любая информация могла оказаться полезной. Очень уж мне хотелось узнать, что там у него в этом чертовом портфеле. Может, наведя адвоката на след бюро Фейерберга, мне удастся успокоить Аньес, и не придется светиться самому, обращаясь к прокурору.

Я решил открыть адвокату название фирмы Фейерберга. Но не более того.

— У меня есть серьезные причины полагать, что центр «Матер» или по крайней мере доктор Гийом связаны с патентным бюро Фейерберга.

Адвокат нахмурился. Я сразу догадался, что это название он слышит не впервые.

— Вам это о чем-нибудь говорит?

— Нет.

Я мог бы поклясться, что он лжет.

— Так вот, это дает вам важный след. На днях бюро Фейерберга ни с того ни с сего куда-то переехало. Кроме того, я почти уверен, что директор фирмы месье де Телем был в курсе махинации, жертвами которой стали мы с вашим клиентом.

— И это тоже не более чем предположения, месье.

— Нет, не предположения. Это уже след. Вам достаточно самому отправиться по юридическому адресу бюро Фейерберга, чтобы убедиться: там творится что-то неладное.

Адвокат кивнул:

— Это все, что вы можете мне сообщить?

— Из этого можно многое извлечь. Займитесь бюро Фейерберга и центром «Матер», и вы найдете факты, необходимые для защиты вашего клиента.

— Надеюсь. Но фактов маловато.

Адвокат притворялся разочарованным, но я не сомневался, что мои сведения ему очень даже пригодятся.