Чтение онлайн

– Сама бы ты не стала прыгать, – надулась Эмили, – потому что это небезопасно.

– Вовсе нет, – растерянно проговорила Офелия, режиссерски огляделась в поисках поддержки.

Марк не удостоил ее такой чести, он с небывалым интересом разглядывал манжеты на своем костюме. Офелия нервно рассмеялась.

– Ну хочешь, я сама прыгну, и ты убедишься, что это не страшно? – неуверенно предложила писательница.

Эмили приняла эту идею с восторгом, она захлопала в ладоши и достала свой телефон.

– Я должна заснять для личного архива, потом уже после рекламной компании выложу в сеть, это будет бомба. Офелия Седнесс и Марк Хайнесс прыгают с обрыва, дубль один. – Под всеобщие крики одобрения провозгласила Эмили.

– Нет, нет, при чем тут он… – промямлила Офелия.

Марк стоял как вкопанный. Этот день сведет его с ума. Офелия шагнула к нему и вложила свои тонкие пальцы в его руки, как при танцевальном па.

Марк, скрыв нерешительность, притянул писательницу к себе, положив руку ей на талию. Она была ниже ростом, чем Эми, притом, что сам Марк был всего пять футов и восемь дюймов. *

Не успела Офелия поднять на него глаза, как Марк, не сдержав мстительного порыва, с силой закружил ее, раза два-три повернувшись на месте, изображая танец, а потом с разбегу кинулся вместе с Офелией в воду.

Раздался смех окружающей команды, визг Офелии, она ушла под воду с головой и немного нахлебалась воды. Марк, довольный своей выходкой, махал зрителям.

Тут улыбка сползла с его лица, лицо Офелии резко побледнело, из носа пошла кровь, через долю секунды ее голова скрылась под водой. Марк метнулся к ней с бешено бьющимся сердцем. Очень быстро ее достали из воды, Марк склонился над режиссеркой вместе с другими членами съемочной группы.

– Надо вызвать врача, – сказал Марк.

– Ничего не надо, – прохрипела Офелия и закашлялась, – это всего лишь обморок, со мной такое бывает. Убирайтесь все, по местам, со мной всё в порядке.

Марк понял по тому, как она прятала глаза, вставая и выжимая одежду, что писательница стыдится своих приступов. Ему стало невыносимо жаль ее.

Был объявлен перерыв, Офелия пошла переодеться, Марк и Эмили пошли в гримёрку. Особо расслабляться времени не было, и актеры решили немного порепетировать.

– Жуть, я так вымоталась, – сказала Эми, отбрасывая сценарий, она достала сигаретку с запрещенным веществом.

Марк нахмурился.

– Хочешь, – улыбнулась актриса, – у меня ещё есть.

– Не хочу, и тебе не советую, Эми, – глухо отозвался Марк, его мягкий тенор приобрел низкие обертона от волнения.

– Я пойду подышу воздухом, – сказал он.

Марк безотчетно бродил по темным углам неосвещенного павильона с кучами мусора, сломанных прожекторов, приборов, какими-то балками и досками.

В тускло сияющем рассветным заревом проёме сидела Офелия. Она выглядела как современная шекспировская героиня в длинном черном халате, с мокрыми волосами, на коленях у нее была гитара. Она неправильно держала гриф, и Марк понял, что у нее будут от этого болеть запястья.

Девушка привычным движением забила себя по карманам, как будто искала сигареты.

– Вы курите? – спросил Марк, подойдя ближе.

– Не всегда, – глухо ответила она. Марк встретился с ней взглядом, у нее на лице было упрямое, но виноватое выражение. Ещё немного, и с ее губ готовы были сорваться извинения. Но в ускользающей тьме она сжала губами сигарету и закурила, опустив взгляд.

* 5 футов и 8 дюймов – это примерно сто семьдесят четыре сантиметра.

Глава 6

Офелия решила скрыть опухшее лицо за очками с прозрачными стеклами. Она плохо спала и допоздна просматривала материал с Хайнесом, но осталась им недовольна.

Офелия пришла на площадку в дурном настроении. Люди из команды, ассистенты, осветители и другие старались обходить ее стороной, чтобы не нарваться на выговор.

В тот день снимали монолог Зейфода. Обычно это была не напряженная работа, но все понимали, что без скандала не обойдется.

Офелия с самого начала избрала тактику молчаливого недовольства. Она не критиковала, не возмущалась и не давала Хайнесу указаний, просто в конце каждого дубля говорила "Еще раз".

На шестнадцатый раз, не дождавшись конца монолога, Офелия закрыла глаза ладонью и демонстративно вышла.

Марк резко поднялся с кресла, на котором сидел уже два с половиной часа, и с силой пнул бутафорский мраморный столб. Актер тоже покинул площадку и ушел к себе в гримерку.

Из-за этого растерянная Эрика Пак объявила перерыв.

Мрачно размышляя о том, к чему все это приведет, Офелия поехала в Спаго, ресторан в Беверли-Хиллз. Ей позвонила Рита.

– Офелия, дорогая, через два дня вылет в Венгрию, ты помнишь.

– Да, Рита, спасибо.

– Я все подготовила, за тобой заедет машина, отвезет в аэропорт. Тебе нужно взять теплые вещи. Вы же будете снимать в горах, на натуре. Я попрошу Стейси собрать твой чемодан.

– Спасибо, Рита, – ответила Офелия и положила трубку.

Пообедав артишоками с огуречным салатом и, конечно же, выпив кофе, Офелия вернулась на съемки.

– Я надеюсь, все готовы, приступим, – сказала режиссерка, и все началось заново.

Марк Хайнесс вышел не сразу, его лицо немного посветлело. Он взял себя в руки, весь перерыв он разговаривал со Сьюзан, и она придала ему уверенности. По крайней мере, то, что он собирался сделать, либо поможет ему, либо разрушит все окончательно.

– Никто не в силах остановить меня! Светлый Совет? Они лишь дети, что могут эти юные создания изменить. Я познал мир, я познал пространство… – заняв свое место, по команде заговорил Марк.

– Что вы делаете, мистер Хайнесс? – возвысила голос Офелия. – Это не тот текст, который я написала.

– Я знаю, – спокойно ответил Марк, – я его изменил.

– Вы считаете уместным задерживать всех еще дольше ради этих не слишком забавных розыгрышей? – зло проговорила Офелия, выплевывая каждое слово.