Чтение онлайн

– Ты всё узнаешь, когда я буду уверен, что ты на моей стороне.

– Значит, умру в неведении. Вот не стану есть, и умру от голода.
–  Отодвинув тарелку, я отвернулась.

Али скривился.

– Мне надоели все эти разговоры о смерти. Если понадобится, я свяжу тебя и буду кормить из ложки насильно. Ешь. Или ждёшь, когда Лейла проверит?

Я молчала. Мужчина подозвал безмолвную служанку, которая тут же упала на колени.

– Посмотри на меня.

Девушка подняла лицо, но не глаза. Сильный удар свалил безмолвное создание. Лейла медленно поднялась, схватившись за щёку и попятилась в свой угол. Я вскочила на ноги.

– За что?

Али невозмутимо подвинул тарелку.

– За все твои ошибки отныне отвечает эта женщина. Ешь. Иначе я велю выпороть её. Я жду.

Издав гортанный звук, я схватила мясо руками и откусила солидный кусок, который, естественно, стал поперёк горла.

Мой мучитель тут же наполнил хрустальный фужер кроваво-красной жидкостью и протянул мне, ехидно улыбаясь.

– Пей. Будет легче.

Опустошив ёмкость в три глотка, я, действительно почувствовала некоторое облегчение. Меня «отпустило». Это выражение всплыло из детства, когда мама наливала отцу рюмку водки, внимательно наблюдая, как он вливал в себя целебные тридцать грамм, и спрашивала: «Ну что, отпустило?» Папа кивал: «Ага, полегчало!»

Вот и мне полегчало. Головокружение и шум в ушах совершенно непьющей барышне показались даже приятными. Теперь она, то есть я, была уверена, что не умрёт от голода и не повесится с тоски.

Я стану алкоголичкой, заработаю цирроз печени и уже тогда…

– Идём в постель.

Чёртов араб схватил меня за руку и потянул обмякшее тело вверх. Я покинула насиженные подушки и хотела прихватить с собой графин, но противная волосатая лапа вернула моё лекарство на стол. Пожав плечами, я проделала довольно большое расстояние до кровати, радуясь, что ватные ноги всё ещё передвигаются.

– Принеси вина. Хочу ещё.

Али толкнул меня на шёлковое покрывало и стянул с себя свободную рубаху.

– На сегодня достаточно. Мне не нужен труп.

Я уже видела торс своего тюремщика. Может, кому-то и нравились широкоплечие поджарые мужики с шерстяной грудной клеткой, но вот меня такое зрелище не впечатляло. Откинувшись на подушки, я закрыла глаза, чувствуя, как подо мной исчезла земля, опора, твёрдая почва. Я, словно плыла на корабле, раскачиваясь на мягких волнах. Крепкие пальцы, ползущие по моим ногам, тут же отрезвили. Дёрнув щиколотками, я попыталась вырваться. Не тут-то было. Али улёгся рядом, прижав меня своим весом. Одна его рука продолжала изучать мои нижние конечности в то время, как другая завела верхние за край подушки. Твёрдые губы впились в шею. Я дёргалась, но это не мешало волосатой лапе скользить по бёдрам, задирая просторное платье.

– Отвали, ублюдок! Ненавижу!

Немного приподняв голову, я заметила Лейлу, стоявшую безучастно в дальнем углу комнаты. Да, помогать мне никто не собирался. Влажные губы накрыли мои, а язык проник внутрь, доставая до горла. Изловчившись, я всё же вывернулась и отползла к стене, натягивая платье на колени.

– Не приближайся. Иначе меня стошнит!

Оглядевшись по сторонам, чуть не завыла. Как назло, ни вазы, ни канделябра в радиусе пяти метров не наблюдалась. Я чувствовала себя совершенно беззащитной.

К моему удивлению Али перевернулся на спину и усмехнулся.

– Значит, стошнит? Ты хорошо подумала?

Я молчала, пытаясь проглотить комок в горле.

Поднявшись во весь рост, мужчина махнул рукой, приказывая несчастной служанке подойти ближе.

Лейла побледнела, но, сделала несколько быстрых шагов навстречу.

– Раздевайся.

В тот же миг платье скользнуло к ногам девушки.

– Ты знаешь, что делать.

Упав на колени, служанка дёрнула за шнурок широких брюк мужчины и провела пальцами по нереально огромному члену. Али вздрогнул и отвесил звонкую пощёчину.

– Нежнее. Забыла, как я тебя учил?

Руки девушки тряслись. Осторожно, она прошлась языком по набухшему фиолетовому органу с выступающими синими венами и закрыла глаза.

Али положил руки на затылок несчастной, запутывая пальцы в густых иссини-чёрных волосах. Зарычав, он принялся вталкивать член в миниатюрный рот всё глубже и глубже. Я заметила, что Лейле становится трудно дышать. По её щекам покатились слёзы. Закончив пытку, Али указал на инкрустированный деревянный столик. Девушка молча залезла и встала на четвереньки. Намотав на одну руку прядь длинных волос, проклятый садист вошёл в измученное тело сзади мощным толчком, надавливая другой рукой на поясницу.

Я понимала, что это было насилием, пыткой. Лейле сей акт не приносил ничего кроме боли и слёз. Но она терпеливо ждала окончания, не издав ни единого звука.

– На спину!

Служанка покорно перевернулась и широко развела бёдра. Али не удостоил её взглядом. Всё это время он смотрел на меня, наблюдал за моей реакцией. Быстро водя рукой по собственному члену, он, наконец, вздохнул, замер лишь на секунду и излил сперму на промежность невольницы.

– Ступай.

Трясущимися руками Лейла натянула платье и медленно поплелась в угол.

– Я буду насиловать её каждую ночь у тебя на глазах. И каждую ночь твоему другу будут ломать по одному ребру.

Развернувшись, чёртов ублюдок вышел из комнаты.

Я залилась слезами. Судьба поставила меня перед страшным выбором, мучиться самой, или смотреть, как мучаются другие люди.

Сон не принёс облегчения. Я поднялась с опухшими глазами и в очередной раз решила, что жизнь не удалась. Для чего рождается человек вообще? Жаклин считала, что у каждого своя миссия. И, выполнив её, он уходит в лучший мир. А какова моя миссия? Иногда мне казалось, что создатель спроектировал меня магнитом, способным притягивать к себе неприятности. По законам физики, если где-то что-то прибавится, то где-то столько же убавится. Следовательно, мои проблемы делали жизнь других индивидуумов легче. Логично? Логично. На деле же всё выглядело иначе. Я не только сама проваливалась по самое горло в вязкую трясину, я тянула следом дорогих мне людей. Вот и теперь чёткое осознание собственной беспомощности пугало. Если я что-то сделаю не так, если взболтну что-то лишнее и этим разгневаю Их Дьявольскую Светлость, страдать и мучиться будут невинные люди.

Я свесила ноги с огромной кровати и чуть не наступила на спящую Лейлу. Девушка протёрла глаза и тут же вскочила на ноги.

– Простите, госпожа! Я должна была подняться раньше. Только прошу, не рассказывайте это господину!

– Но ты… - моя рука обвела огромную комнату, - почему ты спишь на ковре? Тут столько диванов…

Лейла посмотрела на меня, как на неразумного ребёнка.

– Так положено. Вдруг ночью Вам захочется водички попить или укрыться теплее.

Я натянула халат и подошла к окну.

– У меня есть руки и ноги. Я могу дотянуться до стакана с водой самостоятельно. И вообще, служанки мне ни к чему.

На глазах бедняжки навернулись слёзы. Упав на колени, она взмолилась.

– Прошу Вас, не говорите так, иначе меня просто убьют.

Я уселась на подушки и поманила Лейлу.

– Иди сюда и выкладывай всю информацию. Иначе мы не сработаемся.

Минуту девушка раздумывала.

– Ладно. Меня зовут Лейлой. Это имя давали всем девочкам, рождённым ночью. Мне не повезло. Я родилась в воинственном племени Шакалов. Вы только не подумайте, госпожа, что все аравийцы дикие и жестокие. Нет. Среди бедуинов великое множество племён, вставших на путь цивилизации. Некоторые потихоньку оседают и из кочевников, странников пустыни, превращаются в земледельцев и животноводов. Они орошают пески, возводят города, создают искусственные каналы. Многие добывают нефть. Но мой народ, увы, жил так, как жили наши предки несколько веков назад. Анур был очень жестоким правителем.