Чтение онлайн

— И что из этого следует? — подтолкнула я Рэта, напрочь забыв про то, что стою практически голая перед кучей мужиков, что из носа течет, глаза слезятся, а тело снова начинает пробирать озноб.

— Что я тебя присвоил, — пронзив моё сердце своими невероятными серыми глазами, наконец признался ледяной Лорд.

Я сморщила нос.

— Так себе признание. Виктор сделал предложение куда куртуазней.

Рэт бросил на соперника убийственный взгляд.

— Что ты хочешь услышать? Что я без тебя не могу? И что самое ужасное, похоже, не хочу? Что ты не такая, как все? Удивительная, нежная, непредсказуемая, упрямая?

— Ты забыл «красивая», — не удержалась я, смахивая бегущие по щекам слезы счастья. — И что мне можно доверять.

— Ты самая красивая, — на удивление покладисто согласился Рэт и бережно меня обнял. — И я тебя никуда от себя не отпущу.

— Полагаю, у меня нет шансов? — не скрывая досады, спросил Виктор, но ничуть не нарушил нашей идиллии.

Я посмотрела на него с виноватой улыбкой. Впрочем, бессовестно лукавила и от сожалений была далека.

— Что ж, вынужденно принимаю ваш выбор. Но если вдруг передумаете, я всегда к вашим услугам, — побуждая Рэтборна на очередную порцию убийственных взглядов, элегантно откланялся Виктор. — Пойду проверю, как там Каспар.

— Что с ним? — всполошилась я, вдруг осознав, что и в самом деле одного из братьев Уркайских нигде не наблюдается.

— Он сильный воздушник, и в основном его стараниями отражались атаки харишей, — поспешил пояснить Ланзо.

— Истощение? — с ужасом догадалась я.

— Да, но ничего непоправимого, — успокоил Виктор, удаляясь.

Я с облегчением перевела дыхание.

— Устройте беглецов со всеми удобствами, — велел Ланзо кому-то из команды, указав на Мирике и великана.

— Замерзла? — снова подхватив меня на руки, скорее риторически спросил Рэт.

— Ужасно, — кивнула я, наблюдая, как Мири с Зэмбой куда-то уводит молодой парень, по виду юнга.

Мы же с Рэтом весьма быстро добрались до просторной, роскошно обставленной каюты. С первого взгляда даже не скажешь, что это комната на корабле. Точь-в-точь спальня богача аристократа. Разве что вся мебель была надежно прикручена к полу.

— Прикажу, чтобы тебе приготовили горячую ванну. — Лорд поставил меня на ноги возле кровати.

Она выглядела такой пышной, уютной и манящей, что я как-то враз выдохлась, почувствовав ужасную усталость. И физическую, и душевную. В голову снова закрались опасения, что данные под воздействием адреналина обещания не так уж много и стоят.

— Ты хочешь гарантий? — словно почувствовав произошедшую во мне перемену, весьма проницательно спросил Рэтборн.

— Нет. Я не хочу ни каких гарантий, — тут же возразила я, стараясь как можно более верно подобрать слова. — Я просто хочу тебе верить…

Словно мгновенно взвесив все за и против, Рэт напряженно кивнул.

— Хорошо. И как же?

— Что «и как же»? — Он, как всегда, скупо расходовал слова, а я, как всегда, запаздывала с пониманием.

— Как же мне получить твое доверие? — стараясь быть терпеливым, пояснил он.

— Потребуется время. — Вздох глубочайшей усталость и еще, быть может, надежды метущимся призраком вырвался из моей груди. — Я хочу, я и в самом деле хочу дать нам шанс. Но то, что есть между нами… Всё то странное и фатальное, болезненное и не поддающееся контролю. Всё это не разрешить в одно мгновение. Тебе придется запастись терпением.

Лорд сжал мои озябшие плечи. Он долго вглядывался в мое лицо, словно выискивая на нем следы лжи или страха перед ним. Затаив дыхание, я ждала его вердикта.

— Ты страшная женщина. — Прикрыв на мгновение глаза и враз сбросив привычную маску непримиримой жестокости, хрипло прошептал он.

Я засмеялась. Легким, негромким смехом с оттенком облегчения и щемящей нежности.

— Творение твоих рук и амбиций.

— Нет, — прижав меня к себе и касаясь горячими губами макушки, возразил Рэт.

— Уже тогда, в кабинете, когда ты так внимательно и цепко рассматривала портрет, я знал, что столкнулся с какой-то неизведанной, сметающей все на своем пути стихией.

Пряча лицо на мужской груди, я не сдержала улыбки.

— Значит, я тебе напугала?

— Скажем так. Мне сделалось неуютно.

Я хихикнула, а затем мы вместе рассмеялись. На душе сделалось легко, и я сама потянулась навстречу его губам, успев про себя подумать, что все самые лучшие сказки обязательно кончаются поцелуем.

Эпилог. Семейный портрет

Эпилог

СЕМЕЙНЫЙ ПОРТРЕТ

Главное — это найти своих и успокоиться…

Алексей Балабанов к/ф "Мне не больно"

Я вкатилась в обновленную столовую.

Более метко описать мой способ передвижения было просто невозможно. Подходила к концу тридцать восьмая неделя моей беременности, и живот, по общему мнению, достиг просто необъятных размеров. Я чувствовала себя переполненной медицинской грелкой. Той самой, которую так эффектно надувают качки. Уже несколько месяцев моей главной задачей было банально не лопнуть.

И хотя эта беременность, учитывая мой прежний диагноз, стала полной неожиданностью, а вернее сказать, чудом, сейчас, если бы не одно существенное «но», я бы наверняка пребывала в полнейшем ужасе. Еще бы! Ведь даже на Земле, при весьма высоком уровне современной медицины, успешно выносить и родить тройню было бы ещё тем испытанием. Что уж говорить о другом мире, где гинекология и родовспоможение находились чуть ли не в зачаточном состояние.

Но по счастью, теперь у меня была моя драгоценная Кая. Точнее, она была у всех нас. Одна из первых ласточек обновленной Притэи — мира, где уже не одно тысячелетие магами рождались исключительно лица мужского пола. История умалчивала, было ли когда-то иначе. И стоит ли удивляться, что в конце концов в обиход вошла твердая убежденность о женской ущербности. Однако мой сон-видение на корабле кочевников ясно утверждал, что изначально магия была доступна и мужчинам, и женщинам, невзирая на статус и прочие различия. Я поняла это значительно позже, неожиданно для самой себя вспомнив увиденное в один из дней после своего счастливого возращения. Символы сна реальными картинами всплыли перед моим внутренним взором внезапно, когда я делала глоток чайного напитка, и едва не заставили меня поперхнуться. Мне долго не удавалось избавиться от них, что-то внутри настоятельно требовало разобраться в произошедшем.

Сначала я решила, будто магия скрижалей просто открывала доступ к источнику силы, позволяя магу зачерпнуть из него столько, сколько он мог бы унести. Это было во многом не только возможность, но и проверка на крепость воли. Ведь тех, кто пытался забрать слишком много, магия просто крушила, навсегда калеча дух и разум. Именно поэтому существовало мнение, что впитать мудрость скрижалей могут лишь самые одаренные и стойкие.

В сущности, как я узнала позже, мои первые выводы были верны. Вот только полная картина оказалась гораздо более удивительной. Она открылась мне вместе с новостью, что прежние не утерянные свитки опустели, а затем и вовсе исчезли, словно впитанные пространством. Магистериум развалился, так как хранящим скрижали магам-протекторам стало нечего сторожить. Поднялась ужасная паника, но никаких виновных отыскать не удалось, а после и вовсе случилось то, что обратило прежние святыни не более в чем песок событий в бесконечном потоке времени.