Чтение онлайн

– Из выше сказанного могу сделать вывод, что ты влюбилась в психа, а потом опомнилась и сбежала от него.

– Он не псих, – вздохнув, я отодвинула стопку бумаги. – Наркотическая зависимость бывает не только от химических или растительных препаратов. Наркотиком может стать и увлечение, в том числе и человек. Я ушла, чтобы выздороветь, и дать шанс исцелиться ему. А в твоей жизни было настоящее глубокое чувство?

– Настолько глубокое, что, когда его вырываешь – остатки корней ещё долго гниют на дне? А ты как думаешь?

– Уверена, что Нил Кантана когда-то был по сумасшедшему влюблён. А все эти твои шуточки и остроты – это твоя форма защиты от боли.

– У-у, не от боли, а от женщин, которые сначала высосут твою душу через коктейльную соломинку, потом пожуют и выплюнут, – протянул Нил, снова углубившись в работу.

Повисшая тишина заставила его через время снова поднять голову. Я не увлеклась документацией – я засмотрелась на Нила. Даже когда наши глаза встретились, и он улыбнулся мне, я продолжала смотреть на этого сильного мужчину. Его никак нельзя было представить страдающим, растоптанным или сломленным. Его шоколадные глаза постоянно лучились, даже когда он сердился или оставался серьёзным. В нём была какая-то загадка, над которой я постоянно ломаю себе голову, таких как он я ещё не встречала в своей жизни – человека бескорыстно вкладывающего не только средства, но и свою душу, при этом ничего не требующего взамен. Так он относился ко мне и к моим детям. Он словно жил нами, а работа являлась лишь приносящим доход прикрытием. Я не могла понять мотивов столь редкого благородства и щедрости, и я чувствовала себя не в своей тарелке, потому что получала гораздо больше, чем отдавала. Что это? Я жила в роскошном доме на всём готовом при этом ещё и получая зарплату. У меня была новенькая машина и полный гардероб тряпья, мои дети ни в чём не нуждались, Мэтт учился в лучшей частной школе Сиэтла, и когда у него возникали проблемы с некоторыми предметами – он шел не ко мне, а к Нилу. А когда мой младший сын не спал ночами – Нил носил его на руках, чуть ли не насильно отправляя меня спать. Он нянчился со всеми нами с каким-то беззаветным рвением. И я не знаю, то ли мне несказанно повезло, то ли здесь был скрыт какой-то подвох.

– А дай-ка мне договор аренды нашего подозрительного судна, – бросил мне Нил, вырывая меня из моих размышлений.

Но когда я подала ему бумагу, он вдруг погладил меня по руке. – У тебя очень красивые пальцы Кира, – шепнул Нил, поднимаясь со стула. – И как же узнать по человеку, кто завалится с тобой в гамак на острове под названием «предел мечтаний», а кто надругается над тобой, бросив на обочине?

– Заранее определить сложно, – дернула я плечом. – Придётся сыграть в рулетку, и возможно не единожды, если, конечно, после первого неудачного раза хватит силы духа рискнуть ещё раз.

Нил оперся рукой о стол так, что я не могла вернуться на место, не оттолкнув его. Встав позади меня, он склонился вместе со мной, внимательно сравнивая документ на бумаге и открытую копию на мониторе. И меня волновала не обнаружившаяся подделанная печать, а то, что кожей, я почти ощущала на себе его щеку. И это «почти касание» заставило меня вздрогнуть и задышать чаще.

Ночь. Тишина. Почти интимная близость, и я не знаю, как отреагирую, если он позволит себе больше. Не считая того массажа, Нил ни разу не позволял себе распускать руки, и мне импонировала его сдержанность. Хотя … он свободно шутил со мной на тему секса. Я даже начала думать, что не интересна ему как женщина, но время от времени его осторожные комплименты заставляли меня краснеть и считать иначе. Я не могла его разгадать.

Чувствую его вздох, и закрываю глаза. Да, наверное, подсознательно я всё-таки ожидаю шага с его стороны. Чуть повернув голову, Нил невероятно чувственно касается губами моей шеи, и я уже ничего не могу сделать с обуявшей меня дрожью. За десять месяцев одиночества, после расставания с Эйданом, мне отчаянно хочется ласки. Я поворачиваюсь и мы, замирая просто смотрим друг другу в глаза. Потом не смело, будто пробуя друг друга на вкус – наши губы сомкнулись. Эти искры проносились между нами и раньше, во взглядах, в улыбках, но, когда наш поцелуй стал настойчивым, с шарящими друг у друга во рту языками – у меня словно дамбу прорвало. Я буквально стала срывать с него рубашку.

– Ты уверена, что хочешь этого? – спокойно, без всякого возбуждённого придыхания проговорил Нил, всё ещё изучающий меня. – И куда ты меня записала в отдел гамаков или ходячих фаллоимитаторов?

Этого мужчину загадку понять было безумно сложно – тут он вроде бы тебя хочет, а с другой стороны, как будто просто испытывает.

– В кретины, которые слишком много болтают, – притянула я его к себе снова.

– Тогда я должен предупредить – если мы пересечём эту грань, восстановить её обратно будет уже невозможно. Ты или станешь моей любовницей, или же тебе придётся уйти.

– А сам ты чего хочешь? – я уже начала сомневаться. Обычно мужчины не останавливаются вот так, чтобы обсудить основные пункты на будущее.

– Посмотри, штаны ты на мне уже расстегнула, – усмехнулся Нил, не сводя с меня глаз. Я скосила глаза вниз. Нет, там было всё в порядке, секс входил в его планы. В качестве своего ответа – я поцеловала Нила в губы, прижавшись к нему сильнее. … И вот тогда этот мужчина снял себя с тормозов, чтобы мало мне не показалось. И Нил Кантана знал в этом толк. Я исцарапала ему все плечи, а он оставил на моих бёдрах синяки – так сильно его пальцы впивались и держали меня. Но это того стоило. Это был потрясающий секс, лучший, либо же после родов моя чувствительность сильно изменилась.

– Ты дикая кошка! – устало бросил он, падая на кровать. – И у тебя этого давно не было.

– Думаешь, если между нами нет чувств – я переспала с тобой ради выгоды? – что-то не давало мне покоя, чувствовалось, что он убрал не все барьеры.

– Посмотрим. Это же рулетка, – вскинул он бровь. – А куда ты собралась?

– В свою комнату, – непонимающе остановилась я у двери.

– Теперь тебе придётся спать со мной и в буквальном смысле тоже. Мне нравится трахаться и по утрам, не вылезая из постели.

– Но … я два месяца живу в твоём доме и всё это время ты просыпался один, и нельзя сказать, что за тобой водится слава большого любителя секса.

– То, что я к тебе не приставал, вовсе не означает, что я тебя не хотел. Как ты уже заметила со времени нашего знакомства – я не был замечен в связях с другими женщинами, потому что был целиком и полностью увлечён предвкушением отношениями с тобой. Я знал, что это будешь ты. Я хочу проснуться с тобой завтра и проверить ощущения.

– Проверить? То есть меня ещё могут забраковать мистер Кантана? – фыркнула я. – Он знал!

– Кира это же было ожидаемо – ты чертовски привлекательная женщина, ты сексапильна, у тебя есть характер, мимо тебя невозможно просто пройти. Ты понравилась мне ещё когда опрокинула на меня чай. Я хороший парень, мы живые люди, у каждого из нас есть свои раны, но мы свободны, так почему бы нам вместе не получать от этой жизни удовольствие в полной мере? Иди ко мне, – примирительно улыбнулся Нил, протягивая ко мне руки.

Мы проснулись обнимаясь, и не размыкая объятий опять занялись любовью, а потом повторно в душе и я уже не была уверенна насчёт озабоченности.

– Ты всегда такой неутомимый?

– А ты всегда такая жадная? – хмыкнул Нил. – Это как в медовый месяц. Сначала хочется каждый день и даже каждый час, затем приходит насыщение и секс случается реже.

– А потом? – наши взгляды снова встретились и его глаза улыбались.

– Потом? Потом либо гамак, либо поиск очередного донора сердца, – задумчиво протянул он.

– А … ты бы мог влюбиться в меня?

– Разве тебе это нужно Кира? – странно, что, спросив это, Нил погрустнел. – Ты ведь обречена любить какую-то там смертельную воронку. Тебе ведь было хорошо со мной?