Чтение онлайн

Поэтому камень в город везли непрерывно — столько же, сколько и продуктов, а может, и больше. Почти все дома, во всяком случае, в центре, в богатых кварталах, могли похвастаться каменной кладкой. Сам Шенк, существенный кусок жизни проведя в холодных стенах Цитадели, привык к этому, но многие иные понять не могли — как же это, заменить теплое, живое дерево мертвым камнем? Но если дороги мостили по приказу, то каменные дома возводили исключительно по своей воле — мода, что поделаешь. Даже если не нравится жить словно в склепе, терпи — дабы не хуже, чем у соседей. Зато куда меньше стало пожаров…

Темплар усмехнулся — свежи еще были воспоминания о черном облаке над Орхаеном. Да, огонь служит людям — но это недобрый, неспокойный слуга. С радостью выходит из повиновения, и тогда — берегитесь, хозяева. Дома в городах всегда стояли густо, и не раз бывало, что от одной малой искры выгорали целые кварталы. Сайла серьезных пожаров не знала давно, лет уже с сотню — ну вспыхнет один дом, ну перекинется пламя на соседний, дело обычное. Каменные улицы, каменные дома… даже крыша покрыта плитками из обожженной глины. Такой крыше не страшны не то что искры, но и случайно прилетевшая головня.

Цитадель тоже была неспокойна, напоминая ежа, ощетинившегося во все стороны колючками, словно завидев угрозу. На стенах виднелись многочисленные патрули, поблескивающие металлом оружия и доспехов, и в воротах, хотя решетка и была поднята, вместо обычной пары скучающих стражников сейчас стояли человек десять. И, судя по шрамам на лицах, это были ветераны. Ни одного «черного плаща» — только гвардейцы, да еще из «Диких кошек» — одного из лучших полков Ордена. На всех стражниках — тяжелые кованые латы, пожалуй, даже более тяжелые, чем у Леграна. Толстые железные пластины закрывали все тело, лишь головы были непокрыты. Но шлемы лежали рядом, под рукой — массивные, с узкими прорезями для глаз. Шлем всадника, не пехотинца…

Один из стражников — матерый, как старый волк, человек с худым, гладко выбритым лицом — заступил Леграну дорогу, поднимая руку. Без оружия, меч остался в ножнах… но у Шенка было неприятное чувство, что из темных бойниц машикулей за ним сейчас следит пара стрелков со взведенными арбалетами.

— Кто ты, рыцарь, и по какому делу?

То ли стражник не заметил алого плаща, то ли не соизволил придать этому значения. Легран мог бы оскорбиться, но он устал от долгой дороги — в последний день они с Синтией не жалели коней, стремясь побыстрее добраться до цели — и не был склонен напрашиваться на ссору. Тем более учинять ее.

— Я темплар Шенк Легран. Со мной Синтия, мой… оруженосец.

Паузу делать не стоило — страж ее заметил и тут же напрягся. Хотя какой угрозы можно было бы ожидать от двоих, пусть даже и воинов, когда Цитадель буквально нашпигована солдатами?

— Я не знаю тебя, темплар Шенк Легран. — В голосе стража не слышалось насмешки, но звание и имя Шенка он выговорил как-то очень уж демонстративно. Возможно, давая понять, что алый плащ нацепить может всякий, но это еще не делает человека рыцарем Света. А если и делает, то не означает, что у указанного рыцаря есть право войти в Цитадель. — С какой целью ты прибыл?

— Я получил приказ самого Великого Магистра…

— И этого приказа, как я понимаю, у тебя с собой нет… — Стражник даже не спрашивал, он просто констатировал факт.

У Шенка на языке вертелся вопрос: а умеет ли уважаемый страж читать и способен ли отличить печать Яргена Белидьена от печати какого-нибудь мелкого торговца? Но такой вопрос скорее всего приведет к ответным оскорблениям, а затем и к драке. Все явно на взводе, как готовые к выстрелу арбалеты, стоит тронуть — тут же ужалят. Поэтому Легран покачал головой и коротко ответил, хотя ответа и не требовалось:

— Нет.

— Угу… — хмыкнул страж. — Есть ли в Цитадели кто-то, кто знает тебя? Или ты скажешь, что впервые в этих местах… хотя нет, не скажешь. Ты называешь себя темпларом, а все знают, что Семинария находится здесь.

— Слишком много слов… — все-таки не выдержал Легран. — Позови магистра Бороха. Или магистра Унтаро.

— Магистрам больше нечего делать, как бегать к воротам по каждому пустяку, — фыркнул стражник. — Ладно, ждите здесь… только оружие из ножен вынимать я бы на вашем месте поостерегся. Народ здесь нервный.

Один из воинов, гремя железом, убежал в глубь Цитадели. Шенк попытался было расспросить стража, в чем причина всех этих строгостей, но тот отмалчивался. Да ответ и не требовался, все было ясно и так. Орден получил щелчок по носу… да что там щелчок, целый удар в морду. Война — дело обычное, где-то победа, где-то поражение. Но выкрасть одного из высших иерархов Ордена, да еще из самой Цитадели, — большего оскорбления, пожалуй, нельзя было и придумать. Ясно, что теперь каждый воин Цитадели спит и видит, как бы найти и покарать негодяев… а потому высматривает их в любом, на кого падает взгляд.

Наконец воин появился, дышал тяжело, и вид у него был несколько обескураженный. Похоже, тот, с кем он говорил, о задержке темплара в воротах, высказался в весьма резких выражениях.

— Велено… пропустить… немедля… — выдохнул он с хрипом.

Шенк сочувствующе покачал головой: бегать в латах, да еще бегать быстро, — это весьма нелегкое дело.

Командир стражи коротко отдал честь, затем махнул рукой — проезжайте, мол. Темплар дернул поводья, и усталый конь медленно двинулся к воротам Цитадели. Краем глаза заметил, что Синтия только сейчас убрала ладонь с рукояти меча… Вздохнул — да, клятва служения — страшная вещь. Она, не рассуждая, попыталась бы драться со всей Цитаделью, да что там, со всем Орденом, если бы вдруг решила, что Шенку намерены причинить вред.

Гром, прекрасно помня дорогу, тут же повернул к конюшням, где наверняка найдется свежее сено, отборный ячмень, чистая вода… Изящная кобылка Синтии шагала за своим величественным собратом как привязанная. Легран, бросив поводья конюхам, соскочил на землю, подал руку девушке, а затем быстрым шагом, который лишь самую малость отличался от бега, направился в сторону покоев магистра Бороха. Вряд ли учитель будет снисходителен к излишней задержке, а потому следовало немедленно предстать перед ним. К тому же Шенк просто лопался от любопытства, от желания как можно скорее узнать, чем же вызван присланный ему приказ. Синтия, проводив спутника взглядом, проследовала в гостевой дом — позаботиться о помещении и ужине. А также смыть с себя дорожную пыль… она и представить себе не могла, чтобы появиться перед вершителями в таком виде.

Борох встретил Леграна на середине дороги. Подошел, зачем-то дотронулся, словно проверяя, действительно ли перед ним Шенк, а не призрак… затем тонкие губы старика тронула усталая улыбка.

— Рад видеть тебя, сынок… ты даже не представляешь, как я рад, что ты жив, А скажи… — Он замялся, словно то, о чем хотел спросить, было непристойным. — Скажи, эта твоя спутница, Синтия… она еще с тобой?

Шенк удивленно поднял бровь. Он думал, что стражник сообщил, что Легран не один.

— Да, учитель, со мной. Признаться, если бы не она, меня не раз бы убили.