Чтение онлайн

А сами они величают себя берегинями. Всё потому, что лес берегут. Восстанавливают утраченные виды растений, животных спасают от вымирания. Следят за круговоротом времён года. Слишком мало их в природе. Слишком много людей развелось за последние столетия. Вытесняют они с насиженных мест всё живое: и животных, и редкую травку-муравку и даже их – берегинь. Путают зиму с осенью, весну с летом, подогревая землю городами и километрами теплоцентралей.

***

– Много чего пропало с лица земли, будто никогда и не было. Видно, и нам время пришло, – грустно улыбнулась Синеока, выставив перед Степаном красивую белую ножку. А кожа-то просто чистый фарфор! В крови у неё жеманство и соблазнение.

– Давай… те, только вот без этого… – Степан мягко отодвинул рукой потрясающей красоты колено и принял серьёзный вид. – Нужно не глазки строить, а думать, как защитить Лисий Бор от строительства химкомбината. Синеока! Ты самая старая здесь и самая мудрая! Думай!

– Я старая?! Вот ещё!

– Ты же из первых! Придумай что-нибудь, – сказала Лиля.

– Да, я из первых, но… всё когда-нибудь кончается. Даже магия и та становится слабее. Всё меньше младенцев рождается, наделённых чарами.

– Мама, не думала я, что ты сдашься без боя. Посмотри на себя! Откуда такая вселенская печаль? – удивилась Лиля.

– После строительства трассы в пяти километрах отсюда, покоя нет уже год. Шумно. И люди стали слишком часто наведываться. Мусор в бору вываливают прямо с грузовиков!

– А если собрать в кулак всю магию и самим выйти к людям? – озарило Степана.

– Как это? А главное, зачем?!

– Наколдуйте здесь деревню. Эко-поселение, – развивал свою мысль Степан.

– Эко?

– Экологическое, значит. Исключительно из природных материалов. Продукты натуральные. Никакой химии, машин и полиэтиленовой упаковки. Откройте производство ну… чего вы можете производить?

– У нас в озере жемчужная ферма! – вмешалась молоденькая берегиня по имени Иви. Она подошла с серебряным подносом, на котором стояли потрясающей красоты фарфоровые чашки.

– Вот чашки эти у вас откель? – спросил Степан. – В магазе покупаете?

– Тоже сами делают. По старинной технологии. Здесь недалеко есть гора с чудеснейшей белой глиной. Ну, плюс чары, само собой, – ответила за берегиню Лилия. – Стёп! Документы нужны. Кому интересно эко-поселение на государственной земле. Снесут и бровью не поведут!

– А документики наколдуете! А мы потом задним числом их зарегим. Тоже с помощью магии.

– Стоп! Стоп! Стоп! О каком колдовстве, собственно, идёт речь? – вскипела Синеока.

– О вашем! – удивился Степан.

– Мы колдовать не умеем. Колдовство – это только людям присущее занятие. Их сотворили последними на Земле вот и изгаляются кто на что горазд. Понахватались у всех понемногу. Кто имел дар, естественно. Тот дар передался людям от браков с магическими существами. Человеки сами по себе не маги! Так, одно название. Мы с ними хоть и одним миром мазаны, но владеем магией изначальной, природной! Наша магия больше чары, чем колдовство. Очаровывать, морок навести, показать то, чего на самом деле нет, и спрятать от глаз то, что есть. Магия только та, что нужна нам для жизни. Животворящая.

– Ну вот вы и покажете им документ животворящий, которого на самом деле нет. Он, как ни крути, для жизни нужен! Наведёте чары, чтобы заполучить его настоящий, и тогда никто вас и тронуть не посмеет. Только нужно поторапливаться. Быстрее лаптями шевелить, – перевернув всё с ног на голову, свёл воедино Степан. Легко у него получилось на словах-то!

– А кто нам ваше ЭКО строить будет?

– Чары.

– Нет! Можно шалаш превратить в терем с помощью чар. А построить нельзя! – выпалила Синеока, сложив руки на груди.

– Нельзя, так нельзя. А есть у вас золотишко?

– Что?!

– Деньги. Золото. Камни. Тот же самый жемчуг. Чтобы со строителями расплатиться можно было.

– Лаванда! Принеси ларец, – махнула рукой Синеока.

Юная берегиня принесла небольшой, но достаточно увесистый ларец. Отрыла, и Степан присвистнул.

– Ого! Это всё или ещё есть?

– Хм! А что это ты так заинтересовался?

– Я так-то не спец. Не могу в деньгах оценить, на сколько потянет ваше имущество.

– Достаточно будет. Сколько нужно, столько и добудем.

– Ну… красава! Лиль, объясни мне, глупцу, почему мы с тобой вкалываем двадцать четыре на семь? А нельзя просто с мамки алименты взыскать и жить припеваючи?

– Взыщи, а я посмотрю, как ты будешь надрываться, перетаскивая в машину сундуки. Синеока, а помнишь, у нас были золотые монеты… дарики, помниться?

– Шустрая какая! Есть и дарики. Куда им деться? Чует моё сердце, что скоро твой Степка нас по миру пустит. Всё это: алмазы, жемчуга, самоцветы – я тысячелетьями собирала!

– А можно поинтересоваться, зачем? – удивленно тараща глаза, спросил Степан.

Синеока на минуту задумалась, играя на публику глазами. Жеманно водила обнаженными плечиками, вдыхая и выдыхая воздух, словно собираясь что-то сказать, пока не выпрямилась, сурово взглянув на него, и не ответила:

– Положено так! Какие же мы хозяева земли, если нет у нас ничего за душой! Все лесные богатства должны пасть у наших ног… – уверенно и властно произнесла Синеока, кого-то сильно напомнив Степану. Аж мурашки по телу побежали. Вот ить, Галадриэль!

– Кстати, вот это тоже может сильно пригодиться, – добавил Степан, показывая на богатые украшения берегинь, служившие им одеждой. Берегини при этом переглянулись, пряча украшения под маленькими ладошками. – И это, – он окинул взглядом стены с рясными жилами жёлтого сверкающего металла.

– Это? Это «золото дураков». Горная порода пронизана жилами пирита и марказита. А больше всего здесь слюды – всё это ничего не стоит, если не грести экскаватором, конечно.

– Жемчуг то настоящий?

– Жемчуг настоящий.

– Слава богам! Я уж подумал, грешным делом, что все ваши богатства – пшик! Жемчуг сегодня мало кто носит. Не жалейте. Моде сегодняшней не соответствует. Придётся привыкать… попроще одеваться. Вопрос только… где я всё это продам…

– Погоди! Жемчужные украшения можно использовать для тематических фотосессий! Чем не заработок? Это сейчас очень модно, – вставила Лилия.

– Так! Так! Что мы сейчас обсуждаем? Как нам зарабатывать на жизнь? Или как сохранить Лисий Бор? Мы не особо нуждаемся в деньгах! – непонимающе спросила Синеока.

– Это для прикрытия. Не может целая деревня существовать в полном отрыве от общества и ничем не заниматься. Мы должны показать всем, на что деревня существует. На что вы все здесь существуете. И что стоит всё это очень дорого!

– Кому показать? – всё ещё не понимала Синеока.

– В первую очередь тому, кто претендует на землю. Он должен увидеть здесь развитое земледелие, домашнее хозяйство и производство, приносящее прибыль. Если землю захотят выкупить – это должна быть просто неподъёмная сумма! Только тогда вас, возможно, оставят в покое.