Чтение онлайн

Я ожидала нового удара тока, но его не последовало. Шейд встрепенулся, ожил, вынырнув из комы. Мне будто давали возможность отдохнуть, погрузиться в теплый омут воспоминания, такого сладостного и манящего после калейдоскопа разрозненных фрагментов прошлой жизни, причинявшего лишь боль, боль, боль. И память услужливо развернула передо мной безопасную картинку.

Матовые стеновые панели с дорогой отделкой, два обитых кожей полукруглых дивана, расположенные по обеим сторонам от входа. Искрящиеся жидким золотом пакеты стима за стеклом небольшого бара. Интерактивный монитор, встроенный в рабочую поверхность огромного круглого стола. Удобное кресло. И в нем…

Сердце сжалось от любви и горечи потери.

«Мой отец и Андрес собрали небольшую группу единомышленников – высококлассных специалистов, так же, как они, недовольных существующими порядками. И разработали план, который навсегда изменил бы положение шейдеров в галактике. «Механическое солнце» – так Андрес и мой отец называли между собой их почти утопическую идею – должно было стать реальностью. Конечно, на это потребовалось бы колоссальное количество ресурсов, достать которые легальным путем было невозможно. Но ради своих семей, ради будущего других шейдеров они готовы были пойти до конца. Члены «Механического солнца» провернули поистине грандиозную по своим масштабам аферу – умыкнули из-под носа у литиан кое-что, представлявшее колоссальную ценность, взломали центральный сервер Абисс-сити, безвозвратно уничтожив часть данных, и опустошили несколько виртуальных банков. Все прошло идеально, и казалось, что остался лишь последний шаг – и все закончится, но…»

– Но?.. – ворвался извне алчущий шепот.

«Они уже были готовы приступить к финальной части плана, когда кто-то предал их. Великий план Андреса так и остался неосуществленным».

– Дальше, дальше!

Мозг отреагировал на приказ, подталкивая вперед воспоминания об окончании разговора, а инъекция, вколотая Ли Эбботом, усилила ощущения, сделав их даже детальнее и ярче, чем осталось в памяти.

Сильные руки под ягодицами. Широко разведенные бедра. И губы, требовательные, уверенные. Поцелуи Кесселя – даже иллюзорные, ненастоящие – сводили с ума.

А еще собирали воедино распадавшуюся реальность, возвращая мне меня. И питали шейда, пусть даже были всего лишь жарким воспоминанием. Таким вкусным…

– Грязная тварь!

Шепот сменился криком.

Незамедлительно последовал удар тока, но на этот раз шейд был наготове, блокируя разрушительные импульсы. Я с трудом разлепила глаза, страстно желая вырваться из вязкого омута воспоминаний и одновременно до дрожи боясь вновь увидеть крошащийся мир.

Но… нет.

Стекло капсулы, медблок, озаренный холодным синеватым светом, металлическая обшивка стен, опутывавшие голову провода устройства… Того самого, обещанного Химиком, мозгового бура. Все было… настоящим. И особенно настоящими были красные прожилки лопнувших сосудов в белесых глазах Ли Эббота и вздувшаяся, нервно бьющаяся на его виске жилка.

Вид взбешенного отчима был столь прекрасен, что я, не удержавшись, рассмеялась ему в лицо хриплым, булькающим смехом. Терять было нечего, а вывести Ли Эббота из равновесия хотелось до дрожи в пальцах. Возможно, так он быстрее совершит ошибку, которой я сумею воспользоваться…

– Маленькая потаскуха! – Брызги слюны украсили прозрачное стекло. – Похотливая дрянь! Все вы, дикие твари, одинаковы – можете лишь драться и совокупляться. Таким не место в цивилизованном обществе.

– Так всего-то и нужно было, – бесстрашно взглянула я в налитые кровью глаза, – позволить Андресу Диазу довести свой план до конца и подарить шейдерам новое солнце. Дайте нам уйти – и все проблемы исчезнут сами собой. Не нужно будет выдумывать отраву и производить миллионы порций блокиратора каждый месяц. Какое облегчение для литиан и непоправимый удар для экономики, не так ли?

Похоже, я попала в точку.

– Уйти? – заорал Ли Эббот. Планшет с голомонитором, на котором смазанной картинкой застыло лицо Хавьера – последнее, что возникло перед моим внутренним взором перед тем, как меня снова ударили током, – затрещал в крепкой хватке экзоперчатки. Пальцы свободной руки отчима впились в стекло с такой силой, будто он мечтал вскрыть мне череп. – Улететь? Так ты знаешь о корабле Диаза? Знаешь и продолжаешь упираться, подкидывая мне воспоминания о кувырканиях с выродком Себастиана Кесселя? Шиссовым мертвым выродком. Мертвым, да! – Он рассмеялся. – О, об этом я не дам тебе забыть. Буду повторять раз за разом – мертвым, мертвым, мертвым…

Я стиснула зубы, чтобы не выдать волнения, всколыхнувшегося внутри от слов отчима.

«Корабль Диаза».

Что, шисс подери, Ли Эббот имел в виду?

«Умыкнули из-под носа у литиан кое-что, представлявшее колоссальную ценность», – всплыли в памяти слова Хавьера.

Я никогда не думала об этом всерьез, но истерика отчима заставила меня по-новому взглянуть на них. Могло ли оказаться, что речь шла о корабле?

Настоящем космическом корабле!

– Вспомнила? – ядовито поинтересовался Ли Эббот.

Я только усмехнулась – тем более что ни о каком корабле я понятия не имела. Абсолютно. Вообще.

Отец никогда не делился своими планами о покорении космоса, а мать, если она и знала, запрещала даже упоминать имя Андреса Диаза после того, как мы переехали в Центр. И Кессель… Хави… за все то время, что мы провели вместе, он лишь раз поднял эту тему, но так и не раскрыл всей правды о планах наших отцов.

А значит, пусть Ли Эббот брызжет слюной, орет и тычет в меня иглами с литианской дрянью. Ему ничего не достанется.

Ни-чего.

– С какого перепуга ты решил, что я собираюсь тебе помогать?

Безумный блеск в водянистых глазах отчима, раздувшиеся от бешенства ноздри и красные пятна на бледных щеках вызывали лишь смех. Он был одержим. Одержим моим отцом, его борьбой, его кораблем, если он и вправду не был плодом больной фантазии литианского капитана полиции, всем. Не потому ли после зачистки в семнадцатом мы с матерью оказались именно у Ли Эббота, десять лет безнаказанно упивавшегося властью над феммой ненавистного Андреса Диаза? Неужели…

Неужели не мать выбрала капитана литианской полиции, стремясь к богатой обеспеченной жизни, а он выбрал нас?..

Губы отчима растянулись в жутковатой улыбке.

– Посмотрим.

Отделив от переплетения трубок капсулы ту, что была связана с катетером в моем предплечье, он поднес ее к моему лицу, подсоединил шприц и демонстративно медленно вдавил поршень. А потом с нескрываемым удовлетворением смотрел, как я борюсь с желанием моргнуть.

Нет. Нет.

Только не это.

Только не снова.

Сердце отчаянно забилось в груди, разгоняемое все нарастающим ужасом и паникой. Глаза защипало.

Держаться, надо держаться.

Нет, нет, нет!

Жжение становилось все сильнее, все нестерпимее. Виски и основание черепа, где к голой коже примыкали контакты мозгового бура, вспыхнули болью. Я чувствовала собиравшиеся в уголках глаз горячие капли, и все тяжелее было заставлять себя не закрывать веки, не поддаваться действию дряни, расщеплявшей сознание на миллионы разрозненных кусочков. Шейд стойко сопротивлялся, но…