Чтение онлайн

– Есть еще оживление Стражей…

Элендар опустил взгляд, и снова поднял:

– Леа… Не со всеми выходит. Но мы рады, что хотя бы превращение в монстров вы иногда останавливаете.

– Однако нескольких Стражей уже удалось оживить.

– Да. И это вернуло их близким, родным. Тоже немаловажное достижение. До ваших теорий, разработок, ЭЭС в Топях, наши ученые бились над воскрешением хаэльримов годами. И проблему превращения решить не смогли…

– Ой. Мне так нравится эта теория, и то, как она подтвердилась на практике. Порочная энергия Топей и полезная действуют совместно в момент оживления. Но чем дольше хаэльрим на болотах, тем больше меняется их соотношение. Может и не меняться, но порочной зачастую в Топях несколько больше. И ситуация идет по накопительной. А когда порочной энергии становится совсем много, организм хаэльрима начинает меняться…

– Самое главное, что вы выявили и просчитали – с какого соотношения все стартует и пытаетесь помочь… нам…

– И вам, и вашим товарищам. У некоторых, правда, равновесие уже очень сильно нарушено. Но пока почти ни один не погиб…

…Мы еще долго общались, уже практически без прежнего напряжения, и складывалось ощущение, что мы знакомы лет сто, не меньше.

Элендар говорил, говорил… Вдруг замирал и смотрел так, что я лишь смущенно улыбалась в ответ. Затем давал мне чай, воду, принес ужин, забрав его у медсестер, что спешили в палату.

Сам есть не стал, хотя посетители имели такое право в этой больнице.

– Дома перекушу, – очень спокойно, однако настойчиво ответил дроу.

Между нами внезапно установилось полное взаимопонимание и – самое главное – наше общение вдруг перешло на какой-то иной уровень. Мы понимали друг друга с полуслова, улыбались, когда одному становилось приятно, и задумывались, когда кто-то из нас заморачивался чем-то…

Когда же Вася пришла и без церемоний заявила:

– Время посещений давно закончилось! Прошу на выход!

Дроу поклонился мне, ей и произнес:

– Леа… я принесу завтра все данные, что ты просила.

Улыбнулся и быстро ушел.

– Похоже, ты его истинная пара, – сказала Вася, проверяя данные моих сканеров и анализаторов состояния.

Я даже вздрогнула.

Так вот что это было? Я ведь лично, в свое время, изучала эффект истинности. Это своего рода реакция одного силового поля существа на другое. Как некая энергетическая связка. Вот почему я ощущала Элендара – его аура говорила мне, что чувствует, думает дроу, как он реагирует на мои слова, действия, эмоции…

Мда… Вот это поворот.

– Только вряд ли он тебе скажет об этом, – добавила Вася.

– Это еще почему? – удивилась я.

– Ну, во-первых, он один раз уже обрел истинную, и та отвергла его притязания.

– Как это? Разве истинность не один раз в жизни приходит?

– Один. Но хаэльримы – особенные. После второго мощного ранения и трансформации его силовое поле так изменилось, что старые привязки ушли.

– Повезло Элендару.

– Ага. А, во-вторых, он ведь все еще привязан к Топям. А этот дроу ни за что не захочет дарить тебе себя в таком виде.

– Ты серьезно? Но это же бред…

– Вполне. Ты еще просто не сталкивалась с тем, насколько упрямы местные эльфы: как светлые, так и темные. Можешь не сомневаться – он не захочет быть с тобой, пока есть шанс превратиться в монстра и не ожить.

– Вот же дурак!

– Да все они дураки! Но любить, уважать и заботиться эльфы умеют… А этот… мне кажется, заслуживает счастья. Но есть еще одна причина, по которой он вряд ли признается.

– Какая?

– Уродство.

– Так вроде не все так страшно, даже наоборот – он красивый, по-своему, необычный…

– Это ты его просто раньше не видела.

– Ну сейчас же он выглядит хорошо.

– Он так не считает, поверь.

В тот момент я не особо поверила Васе, считая, что она сгущает краски, утрирует. Но в следующие дни я железно убедилась в правоте заведующей клиники.

Между нами с Элендаром были и ток, и химия, и удушливое волнение при малейшем касании, но он ни разу не пересек черту.

Приносил все, что я только просила. Развлекал, буквально заваливал лельтериями…

Тянулся рукой к моей и… отдергивал, будто обжегся.

Только чудилось, что Элендар приобнимет, как он подрывался с места и отскакивал, как от огня.

А уж, если он заставал меня возле окна, когда яркий солнечный свет пронзал тонкое платье и просвечивал всю фигуру, от дроу можно было костры поджигать. Голос его еще пару часов казался хриплым, чужим. Глаза были мутными, пьяными. Улыбка – кривой. Он то и дело менял положение в кресле, клал ногу на ногу, но я же все равно все хорошо видела.

Я ведь опытная женщина и скрыть от меня желание крайне сложно.

Тем не менее, Элендар так и не сделал не то, чтобы первый шаг, даже первый микроскопический шажок…

Держался отстраненно, насколько мог.

Я же тайком попросила Себа привезти мне прибор, что фиксировал изменение силовых полей разных существ и привязки – СИП – 25. Его запрещалось применять вне ЭЭС решением Совета Рас. Но… Клиника считалась чем-то вроде нейтральной территории, так, что технически я ничего не нарушала. Не знаю уж почему оборотни, эльфы, дроу и орки стеснялись и боялись, что их поймают на «истинности»… Но и рассуждать об этом не мне – все-таки у попаданок с суперспособностями нет пары… Нам не понять, видимо, заморочек на этот счет.

Я видела, насколько мощно действовала истинность на дроу.

Небольшая штуковина снимала показатели, пока мы общались, а затем я их перекидывала на планшет и анализировала.

Наблюдала, как вспыхивает аура Элендара, едва он меня видит или даже еще только слышит приглашение из-за двери. Как мощные жгуты силового поля тянулись ко мне от ауры дроу. А, если я заводила его, что случалось все чаще и чаще, все силовое поле Элендара вспыхивало протуберанцами и не гасло вплоть до нашего расставания.

Значит, он так и не успокаивался…

Вот такая вот научная теория любви и истинности…

Однако же ни словом, ни жестом Элендар мне не признался.

Упертый… Вася была совершенно права.

Но мне так нравилось с ним общаться…

За пару недель мы с Элендаром стали почти, как родные. И – самое главное – я уже хорошо понимала, видела, чувствовала всем своим существом, что интересуется моей работой дроу совершенно искренне. Не потому, что очень интересуется мной.