Чтение онлайн

Брюнетка как-то странно посмотрев на меня, выглянула за перегородку:

– Штерн, все равно завтракаешь, покарауль пока...

Донеслось недовольное мычание, и в проходе показался молодой человек, по виду мой ровесник, смуглый латинос с воспаленными глазами и помятым лицом. Ни слова не говоря, он сел на корточки и продолжил жевать какой-то бутерброд прихлебывая кофе, а брюнетка унеслась по своим делам.

Этот Штерн таращился на меня как на особо редкую зверюшку, а Робинсон и не думал прекращать разговор: от него периодически доносились обрывки гласных - шлем коверкает речь, но не глушит ее полностью.

Прошло несколько минут и пристальное внимание Штерна меня окончательно достало:

– Молодой человек, что ж вы глаз-то отвести не можете? Чем я так поразил ваше воображение?
– едко поинтересовался я.

Мой собеседник от неожиданности чуть поперхнулся, но потом без тени смущения ответил:

– Да вот пытаюсь понять: вы действительно накрашены?

Я застыл на мгновение.

Дурдом. Жизнь вообще сплошной дурдом и фарс, просто, к счастью, мы не замечаем этого находясь в привычных удобных рамках.

– У меня фингал под глазом, пришлось нанести тон. А что, сильно заметно?
– подумав, спросил я.

– Да нет. Просто с лицом что-то не так, и не сразу ясно, что именно. Это во время бегства приложило?

– Нет. Раньше.

Мы замолчали, но Штерн продолжал меня изучать.

– Ну а теперь что?
– устало спросил я.

– Слежу, чтоб ничего не стырили, - с улыбкой ответил он.

– Лучше бы глазами занялся, - огрызнулся я. Видать пересматривает данные спутниковой съемки, какие программы ни есть, а человеческого разума они не заменяют.

– Через два часа меня сменят и займусь.

Тут Робинсон завершил свой разговор и Штерн тяжело поднявшись, ушел на свое место.

– Здравствуйте, Фальк-Карааба.

Наверняка этот человек давно отучился произносить 'Доброе утро' или 'Как поживаете'

– Здравствуйте, Робинсон. Я хотел бы знать, как идет следствие.

Старший инспектор согласно кивнул:

– Я понимаю ваше желание, Фальк-Карааба, но единственное, что я могу вам сказать: все выкладываются на полную, мы работаем... И пока я не считаю ситуацию безнадежной. А более никакой конкретики я вам не дам. И поймите, это в ваших же интересах.

– Все выкладываются на полную? А стимул? Я не поверю, что вас прижало начальство.

Робинсон зло зыркнул.

– А у вас что? Работают только когда сверху давят? У людей нет понятия долга и профессиональной гордости?

Я опустил взгляд на свои руки.

– У нас - есть. Только здесь я подобного еще не встречал.

– Теперь встретили.

– Вы три года руководите отделом и ни разу еще не обнаруживали бункер. При вас было мало смертей и много успешных выкупов...

– Хватит!
– Робинсон в ярости ударил ладонью по столу.
– Я не собираюсь перед вами оправдываться и что-либо объяснять. Мы ищем бункер! А вы вольны верить мне на слово или нет.

– Ну так дайте мне хоть один аргумент в поддержку ваших слов. Вы же не отрицаете что ваши руководители чересчур спокойны, учитывая ЧТО происходит. Украли старшего посла неприсоединенной планеты, назначили непосильный выкуп, его будут мучить и убьют. Вы ведь понимаете чем это все чревато на политическом межпланетном уровне. Насколько это продуманный и взвешенный поступок.

Евс скривился и сокрушенно покачал головой.

– Я всё понимаю. И мы ищем бункер. Фальк-Карааба, не тяните мне жилы, - устало произнес он.
– Мы делаем всё. И вообще, это я хотел с вами поговорить и вот о чем: Вы будете делать обращение к Бездушным? Если да, то с какого канала?

– Я хотел бы зарезервировать время, но оставить за собой возможность отказаться. Я еще не знаю, как лучше поступить, ведь они могут убить его сразу после сообщения что денег не будет.

– А вот этого я бы настоятельно не советовал говорить. Лучше врать и тянуть время. Обычно пытки идут по нарастающей, а если сообщить, что денег не будет, его не просто убьют, а замучают за сутки - двое.

– А если вообще не выйти на связь?

– Это тот же отказ платить, только не высказанный.

– Так я могу зарезервировать время для прямой трансляции, а потом отказаться или перенести его?

– Да. На каком канале?

Еще в посольстве я долго думал над этим вопросом, долго выбирал один из двух.

– Второй новостной.

Робинсон согласно кивнул.

– Завтра в час пополудни?

– Да.

– Хорошо.

Разговор, кажется, закончился.

– А...
– Робинсон замялся, - Посол Викен на Деправити и Викен-Алани родственники?

– Да. Отец и сын.

Евс кивнул своим мыслям.

– И лорд Викен летит сюда, - добавил я, - Не знаю, успеет ли к выходу в эфир.

Он опять кивнул.

– Вот вам канал связи со мной, - и он подал кристалл настройки, - Если будете дергать чаще чем раз в два часа, то отвечать не буду. Если что-то супер важное - то встроен красный код звонков. Не злоупотребляйте этим. И, кстати, больше вас сюда не пустят.

– Вы что и Викена не примете?

– Ну вот когда он прилетит, тогда и встретимся. Если он не успеет до трансляции, то мои люди залетят за вами завтра утром, и вы окончательно определитесь с обращением.

– Ясно.

– Я вас не задерживаю.

– Я вас тоже, - произнес я вставая.

Как только я вышел из закутка, ко мне подошел рыжий парень лет двадцати:

– Господин посол, я вас провожу.

Рыжий проводил меня до флаера, ревностно следя, чтобы я ничего не стащил или наоборот не прилепил жучок куда-нибудь.

Итак, до завтрашнего утра плов можно оставить в покое: не хотят конкретикой делиться, и до истерики боятся утечки информации, ну и ладно. Мне есть чем заняться, ведь на всякий случай нужно разобраться с обращением. И нужно, наконец, понять, кого можно 'поднять'.